Акт XCIV. Совсем не так

Правило клуба O(r/d)dinary №260: Дорогое душе просто так не забудешь

Ян и Ликс минуют входную дверь. И наталкиваются на незванную гостью в виде Джерри.

Ален даже поразился, как одновременно вовремя и невовремя та оказалась этом месте. Как там Джерри всегда это явление называла? "Судьбой"? Так вот, пускай теперь полюбуется, как он, Ян, переиграл свою. А за то, что следила за ним, Джерри ещё своё получит. 

– Ещё имеешь наглость сюда приходить? – Фэй выглядит очень недовольной. Ну да, а как же? Это место для их теперь уже развалившейся команды – святая святых, как можно в святилище пускать демона? 

Джерри замолкает, стоит только следом за Яном появиться неизвестной фигуре.

Фэй не знает эту девушку. Но в ответ на нее глядят настолько открыто, будто они сто лет знакомы. И от этого взгляда Джерри не по себе. 

Глаза цепляют веснушки на щеках. За ними – их переплетённые с Яном пальцы.

На плечи начинает давить тяжёлое осознание происходящего.

Это же... Ликс. Да как Ян посмел!

И Джерри уже собралась высказать ему все, что о нём думает, даже рот открыла. Но Ян одарил ее улыбкой, которая не означала ничего хорошего.

Верно, кто Джерри такая, чтобы ему противостоять? Ее ведь до сих пор ещё не убили только по старой дружбе. В настоящем они уже успели стать если не врагами, то точно неприятелями. Яну ничего не стоит передумать и прикончить ее на месте. Не то чтобы Джерри так уж этого боялась, но...

– А есть какие-то проблемы, чтобы быть здесь? – Ликс хмурится, не понимая.

– Никаких проблем. Не слушай ее, – вступает в разговор Ян и проходит мимо Джерри.

Оказавшись в опасной близости, Ален легонько подталкивает Ликс, чтобы шла вперёд. А сам опускается пониже и шепчет Джерри в ухо:

– Будешь много болтать... Да хоть слово правды ей скажешь, и я позабочусь о том, чтобы вы с Томом в загробной жизни никогда не встретились. Убью тебя и заточу твою душу в теневых силках на веки.

Секунда – и Ян снова рядом с Ликс. Идёт с ней под ручку, как настоящий влюблённый. Как он всегда мечтал.

А Джерри глядит им вслед. Сердце колотится.

Так не должно быть! Если Ликс удалось забрать, значит по Странному клубу пронесся унесший множество жизней ураган. Они не заслужили этого. И что Ян сделал с Ликс, если та спокойно ушла с ним?

Джерри вбегает в здание в попытке найти хоть какие-то зацепки. И находит лабораторию. Неизвестно откуда взявшуюся. Да ещё и развороченную.

Стекло хрустит под ногами. Мешается с оставшейся после побоища кровью.

Если бы Джерри явилась хотя бы чуточку раньше, то... Что? Что бы она смогла сделать – подставиться под удар?

Лужи крови перед глазами разливались морями. Единственное радовало – если нет тел, значит кто-то из ребят выжил. И унёс раненых домой.

Как и погибших.

Главное, чтобы его здесь не было сегодня. Джерри молился всем богам, чтобы не было.

Но боги ее просьбы никогда не слышали – не сделали исключения и сегодня.

Джерри понимает это, когда в луже крови находит серебрянное кольцо.

Ноги подкашиваются. Она падает коленями прямо на разбитые стекла.

Кольцо. Парное тому, что носит она сама. Как иронично, что другие они носили точно такие же. И не менее иронично, что она вот уже второй раз сжимает принадлежащую Тому половинку в испачканных кровью пальцах.

Джерри делает глубокий вдох, пытаясь остановить истерику. Не помогает. От слова совсем.

Она даже не знает, как попасть в другой мир, чтобы проверить, выжил ли владелец кольца. Другой Том, с которым они никогда не были знакомы. Но всё ещё ее Том.

Дрожащие руки выпутывают телефон из ткани кармана. Набирают Бин.

Абонент оказывается вне зоны доступа сети.

– Жив ли ты ещё, абонент? – Джерри увствует, что руки у нее окончательно опускаются. 

***

Начиналось всё красиво.

Но первый тревожный звоночек прозвенел как только  Ян и Ликс покинули здание старого убежища Странной команды. Ликс то и дело продолжала оглядываться в его сторону и, в конце концов, спросила:

– Как думаешь, Ян. Другой ты в своём мире любит меня так же сильно?

Яна перемыкает от ее слов, но он не показывает. Старается осколками души сдержать годами накопленную злость своей способности. И пока получается.

Надо же, ради Ликс он и на такое способен.

– Почему это так тебя интересует? – отвечает он вопросом на вопрос.

Ликс недолго думает. Пальцы цепляют полупрозрачную бусину украшения, она разглядывает её на свет.

Бледный свет верхнего мира, которого здесь всегда не хватало. Мира, где ночь длиннее дня.

– Просто думаю, что если они тоже влюблены, другая я очень опечалится его смерти. Мне тоже почему-то грустно. Хотя он сам напросился – нельзя приходить в наш мир вот так и строить козни. Что они вообще хотели создать в той лаборатории?

Ликс говорит спокойно, но от произошедшей стычки и её развязки сердце всё равно неприятно колет. Перед глазами красный. И источающие холод голубые глаза. 

– А черт его знает. Не так это уже важно, – отфыркивается уже ее Ян. – Теперь, когда разобрались с внешней угрозой, пора позаботиться о внутренней. Мы продолжим сражаться с ненавистниками, чтобы сделать одарённых свободными. И наконец жить спокойно.

Ликс кивает. Приподнимается на носочки и оставляет на щеке Яна поцелуй.

Перед глазами всё ещё красный. 

На душе – тоска. 

***

Ян проигнорировал тихий удар этого крошечного звоночка. Ослеплённый неожиданным триумфом, окутанный невероятным счастьем он не видел ничего, кроме зелёных глаз и милых солнечных веснушек.

Ликс же не знала, что за неразбериха творится в ее голове. И вроде бы всё нормально – они сражаются со злом, спасают одарённых от напастей. И, что самое главное, Ян рядом и любит ее.

Но что-то не так. Совсем не так.

Ночью Ликс выбирается из его объятий, выходит на балкон и, свесив с него ноги, легонько бьёт пятками по звонкому металлу на стене. Сверху манит своим светом перевёрнутый город. А на языке чувствуется яблочный привкус.

***

Второй звоночек заметила Джерри.

Ян позвонил ей спустя три дня, попросив недолго побыть с Ликс, пока он сам отправился выкашивать головы недовольных своим возвращением. Слишком давно его полноценно не было в Хеливаторе, пора местным одарённым задирам узнать, кто здесь хозяин.

Пусть Джерри боялась до чёртиков и его, и непонятного существа из нижнего мира, с которым ей предстояло столкнуться, она не могла отказать в просьбе. Потому что, выплакав все глаза в тот день, когда нашла кольцо, пришла к выводу, что единственная ниточка к поиску ответов – живы ли ребята Паредайза и Бин ее мира – это Ликс. Потому что если хотя бы кто-то из ее товарищей ещё дышит – за ней обязаны прийти.

Джерри надеялась встретить этих знакомых незнакомцев и успокоить свою мечущуюся в неизвестности душу. Она пересилила себя и переступила порог проклятой квартиры.

Ликс хотела пойти с Яном, но получила отказ. Ей только и оставалось, что целый вечер пялиться через стекло на перевёрнутые многоэтажки. Балкон Ян закрыл – видимо, боялся, что она простудится от долгого нахождения снаружи.

Ей понадобилось немало времени вот так просидеть, чтобы понять – в комнате Яна кое-чего не хватает... Разве над окном не висело ветряных колокольчиков?

Ликс нахмурилась. Куда же они делись? А ещё... Она неожиданно обнаружила, что рисунки со стены тоже пропали. Почему Ян снял их?

Джерри застала Ликс в момент, когда та прикрепляла к стене силовой кнопкой маленький рисунок.

Неумелый, больше напоминающий детские каракули. Но явно изображающий улыбающуюся пачку попкорна.

Увидев Джерри, Ликс капельку смутилась.

– Я не умею рисовать так же хорошо, как Ян, – призналась она.

А Джерри обмирает в ошеломлении. Тщательно обдумав, через сколько кругов ада ее в последствии перемелет Ян, не без удовольствия отвечает:

– Но Ян тоже не умеет рисовать.

– Правда? – Ликс своим ушам не поверила. – Да не может такого быть, здесь ведь целая стена рисунков была, откуда они тогда взялись?

Джерри пожала плечами. На губах неожиданно расцвела улыбка. А Ликс не промах!

– Он правда не умеет. Я не вру тебе. Но ты видела на этой стене рисунки. И это тоже правда. Подумай, что это может означать.

Ликс чувствует накатывающую головную боль. И почему-то вместо ответа на ум приходит красный цвет.

Джерри больше не подсказывает ей. От сердца у нее немало отлегло.

Она плюхается на кровать. Вертит в пальцах кольцо Тома. И смотрит на рисунок попкорна.

Одинокая фигурка Ликс, чужеродная для их злого мира, стоит напротив окна и хмурится, глядя на свой, родной. Джерри верила, что очень скоро она сможет вернуться туда, откуда пришла.

Потому что всё идёт своим чередом.

Сейчас они с Яном вместе, но это только пока. Потому что в судьбе Яна действительно нет любви. Хоть своей, хоть ворованной – что ни делай, всё тщетно.

Острый камень на кольце режет палец. Выступает капелька крови.

Пожалуйста, ребята. Заберите Ликс домой скорее.