А теперь здесь никого

Солоноватый аромат моря, смешанный с запахом цветов, защекотал ноздри Тиквы. Перед глазами расстилалась лишь бесконечная темнота, и девочка не могла понять, где она находилась. Тело лежало на чём-то мягком и тёплом, что было так приятно к телу. Совсем не камень.

Медленно открыв глаза, она увидела рядом сидящую с ней доктора Велару. Девушка встревоженно постукивала пальцами по покрывалу на теле девочки, прикусив при этом нижнюю губу.

- Но почему? Что произошло? Что вызвало на её лице столь сильную тревогу?

Пристав на локти, Тиква затуманенным взглядом попыталась что-то произнести, но боль в горле остановила её, из-за чего она смогла издать лишь болезненный хрипящий звук.

- Дорогая, я всё знаю, - оглянувшись на звук, тут же успокоила её доктор, попытавшись снова уложить девочку в лежачее положение. - Отдыхай, врачи посоветовали тебе разговаривать как можно меньше, - ласково продолжала обращаться она с ней, заботливо укрывая ту одеялом.

- Знаете? - едва прохрипела Тиква. - Что произошло?

Велара несколько секунд мешкалась с ответом, после чего посерьёзнела в лице.

- Я знаю, что Наам сделала тебе больно, - словно виновата в этом она, пролепетала доктор. - Мы заметили вас, когда ты была без сознания, а Наам была рядом с тобой и трясла за плечи, чтобы ты поднялась. Видимо, она боялась, что получит за это по заслугам. Мне очень жаль, что так вышло... Я не должна была объединять вас.

Тиква замолчала, глядя на девушку и пытаясь вспомнить события произошедшего.

- Вот мы с Наам зашли в сад, болтали и... Та вспылила. Мы поссорились...

- А где сейчас Наам? - спросила девочка доктора, медленно, но постепенно возвращаясь в реальность.

- Она пробудет в своей больничной комнате вплоть до операции. Не переживай, я не позволю, чтобы вы больше с ней виделись, - обнадёживающе оповестила её девушка, чуть сжав наволочку одеяла.

- Наам переживала тогда, потому что подумала, что сильно навредила мне, или потому что её могли наказать за это? - мимолётно пронёсся вопрос в голове девочки.

- Ты её больше не увидишь, так зачем уже думать об этом?

Осознание настигло девочку, и та схватилась за руку Велары.

- П-погодите. Вы сказали, что я больше не увижу Наам? Почему?! Позвольте мне поговорить с ней хоть разок перед операцией! - сиплым голосом, насколько это было возможно, прокричала Тиква.

Доктор посерьёзнела, скривив губы в тонкую дугу.

- Нет, Тиква. Я не позволю тебе больше находиться с Наам в здравии или нет. После всех тех историй, что я слышала от тебя и других, она и так не особо шла на контакт, но когда она может причинить вред другим, я категорически против.

Тиква на мгновение растерялась от этих слов и обеспокоенно понурила голову, не зная, что и чувствовать по этому поводу. Одинокая слеза скатилась по её щеке, и та, не сдержав всхлипа, тут же попыталась смахнуть её с лица.

- Я запуталась, Велара, - плача пробубнила та себе под нос, безуспешно вытирая горькие слёзы, которые не желали облегчить ей задачу и перестать идти.

- И это тоже из-за Наам, - строго заметила девушка, после чего резко смахнула слёзы с её лица и встала. - Постарайся не напрягаться и отдохнуть, я дам время тебе подумать, после чего потом мы увидимся. Всё станет как прежде. Просто потерпи. А сейчас прости, но у меня много дел из-за Наам и её выходок, и с этим нужно кому-то разобраться.

После этих слов девушка встала и поспешно вышла из комнаты, оставив девочку одну продолжать плакать в постели.

- Если бы я не потеряла сознание, я бы смогла успокоить Наам, и этого бы не произошло...

- Если бы тебя не было, то этой ситуации вообще бы не произошло. Ты даже не можешь нормально существовать, не раздражая всех вокруг.

- Н-неправда.

- Ты предала Наам.

- Неправда! - закричала Тиква, вцепившись руками себе в волосы и потянув в разные стороны.

- Боль меня отвлечёт...

Нервы были на пределе. Девочка резко развернулась и вгрызлась зубами в подушку, пытаясь успокоиться и скрыть истерику. В этот момент время длилось ужасно медленно. Чувство собственной вины медленно разъедало её внутренности, добираясь до самого мозга, отчего голова раскалывалась напополам, а тело никак не переставало болезненно извиваться.

- Я не виновата! - пытаясь убедить саму себя прекратить плакать, твердила Тиква.

- Но ведь если бы ты не рассказывала всё доктору Веларе, Наам бы сейчас была с тобой. У неё был бы шанс сбежать с тобой.

- Ты не понимаешь меня! Я не могла молчать! - оправдывалась она, когда горло снова начало сильно сдавливать.

- Теперь его нет...

Девочка пролежала так достаточно долго, пока слёзы на её щеках не высохли, оставив обжигающие красные дорожки на бледных впалых щеках.

Сейчас она ничего не чувствовала, конечности отяжелели до такой степени, что та даже пальцем двинуть не могла. Она уже не плакала, ни о чём не думала, просто лежала, уставившись в стену немигающим взглядом. Она желала сейчас просто снова почувствовать поглаживания по голове и услышать мимолётный проблеск мелодии на виолончели, которая скажет ей, что всё хорошо и это был лишь ночной кошмар, который со временем забудется. Но всего этого не было.

- ...

Здесь никого не было.

***

Наам ходила по комнате быстрыми шагами, наматывая уже неизвестно какой по счёту круг. Её заперли до утра в больничной комнате и приставили двух смотрителей, чтобы те следили за ней...

- Гнилые люди, - в который раз выругалась она себе под нос, чуть сильнее сжав в руках собственных плечи.

Она не имела права на выход.

- Но я должна извиниться, - единственное, о чём она могла думать.

Она не знала, что сейчас с Тиквой и в каком она состоянии: в порядке ли она или всё плачевно. И всё это могло быть по её вине...

Незнание постепенно сводило её с ума. Она не могла спать. Дышать было возможно, но давалось это с трудом, так как она прекрасно могла чувствовать, как с каждым вздохом её лёгкие расширялись в груди и, словно тлеющие угольки, накалялись, прожигая в себе всё больше дыр, которые впоследствии неприятно гудели.

Внезапно дверь в комнату приоткрылась, и в проём протиснулась сначала светлая голова Барта, а после и сам он.

- Быстро, - проговорил мужчина тихим, но резким голосом. - У нас минута, пока мой коллега ничего не заподозрит.

- Барт? - Наам остановилась как вкопанная, вцепившись в него взглядом, её охватила смесь надежды и подозрения.

- Я видел записи с камер в саду, - разочарованно вздохнул мужчина, чуть наклонившись и положив руку на шею от досады.

Он явно чего-то избегал.

- Я знаю, что случилось. И я знаю, что доктор Велара лжёт Тикве.

Он выдохнул и наконец посмотрел на неё.

- А теперь слушай меня внимательно. Завтра, во время твоей операции, будет полная неразбериха. Медперсонал будет сосредоточен на тебе, смотрители - на периметре. Всё по стандарту, к которому ты так привыкла.

- И что? - раздражённо прошипела Наам, сжав руки в кулаки. - Отведи меня к Тикве!

- Я не могу тебя освободить. Но я могу сделать так, что трубы в операционной станут слегка... повреждены... Так что не бойся действовать, как ты умеешь.

Мужчина подошёл к девочке и, взяв её ладонь в свою, обнадёживающе сжал, после чего на ней оказалась небольшая бумажка с нарисованным от руки планом здания.

- Нашёл у Тиквы в кармане, пока доставлял её в палату. Не знаю, когда та успела, но там отмечен путь к запасному выходу. Не потеряй.

- Почему? - не веря собственным глазам, прошептала Наам. - Почему ты это делаешь?

Барт горько усмехнулся.

- Тебе незачем знать что-либо обо мне. Ведь больше мы вряд ли увидимся...

Смотритель нахмурился в лице, отступив от девочки на шаг и кивнув той на прощание.

- Когда всё это случится... Найди Тикву и бегите. Но если вас поймают... - он тяжко вздохнул, - я ничего не знал. Я нашёл дверь уже взломанной.

Наам уже открыла было рот, чтобы сказать ему пару слов на прощанье, но мужчина, не дожидаясь никакого ответа, так же бесшумно вышел, как и вошёл, оставив Наам наедине со схемой в её ладони.