32

ЮРИ

Оказавшись в ванной комнате, я сразу же отмечаю, что замка на двери нет. Вот как теперь быть? Дракон психанул и вроде не собирается ко мне приставать. Но всё равно некомфортно: ванная комната должна быть надёжным убежищем.

Прежде всего, подхожу к зеркалу. Ну и видок у меня! Лицо красное, губы искусаны. Странно, что он, вообще, видит во мне женщину.

«Пр-ривлекательную», - мурлычет драконица.

«Угу, грелку постельную».

«Это кто кого гр-рел сегодня», - возмущается моё второе «я».

Мама, я становлюсь шизофреником.

«Что такое шизофр-реник?» - сразу же переключается драконица на новое слово.

«Это человек, у которого в голове голоса».

«То есть др-ракон?» - понимающе говорит моя вторая ипостась.

Закашливаюсь от смеха и сразу начинаю фантазировать: а что, если все шизофреники моего мира, то есть моего бывшего мира, - это приблудившиеся из других миров драконы.

И вот именно в этот момент я всерьез осознаю, что здесь, в Айсгарде, я застряла навсегда. Смеяться больше не хочется. В земном мире драконы не летают. А, значит, если у меня получится туда вернуться, то место мне будет в психушке. Ну или скрываться до конца своих дней, притворяясь нормальной.

Уныло оглядываюсь, пытаясь понять, как тут всё устроено. Надо бы умыться. Я не могу разобраться, что и как включается. Вроде есть подобие раковины, к которой подходят металлические трубы, есть выступающие из стены краны, но ни одного нормального вентиля. И кота, как назло, нет.

Стук в дверь.

— Нельзя! — кричу я и тут же понимаю, что вряд ли дракон стал бы стучать. — Кто там?

Дверь приоткрывается, и через маленькую щёлочку проникает женский голос:

— Госпожа, позвольте вам помочь.

— Ханыль? - я искренне радуюсь. - Заходите.

Женщина тут же проскальзывает внутрь:

— Я наберу вам ванную.

Киваю, присаживаясь на пуфик и внимательно наблюдая, на какие выступы она нажимает, чтобы добыть воду.

— Ханыль, - зову, когда ванная начинает наполняться, — а здесь как включается?

После короткого инструктажа у меня получается открыть кран с холодной водой.Набираю её в ладони и с наслаждением погружаю горящее лицо.

На этот раз Ханыль справляется сама, без помощниц. И получается у нее ловко. Видно, что делает она всё быстро, ориентируясь на какие-то внутренние часы.

— Его Сиятельство ждёт вас к завтраку, - отвечает Ханыль на вопрос, куда мы так спешим. — Он приказал накрыть стол прямо в вашей спальне.

Голод я чувствую уже давно, и слово «завтрак» мне приятно слышать, но я спрашиваю:

— А это обязательно? Завтракать вместе с Его Сиятельством?

Ханыль замирает со щёткой для волос в руках:

— Его Сиятельство приказал, - с недоумением говорит она.

Ну да, всё ясно. Если князь приказал, то не отвертишься. Слугам даже в голову не приходит, что кто-то может не захотеть.Вздыхаю и больше не говорю ни слова.Стараюсь даже не думать, потому что главный адвокат князя у меня внутри. Только и ждёт, когда я проявлю недовольство.

Когда я уже одета и причёсана, снова заглядываю в зеркало. И ловлю себя на том, что и мне не наплевать на то, как я выгляжу.

«Мы понр-равимся», заявляет вторая ипостась.

И я снова чувствую, как кровь приливает к щекам. А ещё появляются угрызения совести. Я ведь понимаю, что я не просто так сейчас такая бодрая. Я помню, как вместе с огнём теряла силы. И это было вчера. То есть много часов я была в забытье, и именно Минхо меня восстанавливал. Для этого не надо даже слов драконицы, я сама это ощущаю. Аромат хвои и специи теперь внутри меня. Может, поэтому я и испугалась утром, решив, что между нами что-то было. И, похоже, оскорбила его.

Князь - конечно, жёсткий человек и привык брать всё, что ему хочется, но всяко открыто, напрямую, а не обманом. Вчера, если бы не прибежал Чан, уже всё бы случилось, и да, я, если вспомнить мои слова, пообещала ему.Эм, а что я пообещала? Повторить «Я хочу» в спальне? Но остального я точно не обещала.

— Госпожа, - робко говорит Ханыль, — пора идти.

Закусываю губу, чтобы не сказать какую-нибудь резкость. Она точно не виновата; князь тоже не виноват: он само терпение. Получается, что все проблемы во мне? Аррр! Ну уж нет, я умею разбирать свои ошибки, но комплекс вины - это точно не моё. В конце концов, князь должен был сообразить, что для меня проснуться в постели рядом с обнажённым мужчиной - шок.

Ханыль открывает передо мной дверь, и я, так и не решив, как вести себя правильно, выхожу из ванной.

Минхо полностью одетый, в длинном синем сюртуке, или камзоле, не знаю, как у них это называется, стоит у большого арочного окна и смотрит наружу.

Неожиданно понимаю, что за все проведённые в Айсгарде дни я даже ни разу не выглянула в окно. Не знаю даже примерно, как выглядит мир, в который меня занесло. Но события вертелись вокруг меня с такой скоростью. И если я когда-то оставалась одна, то в это время за окном уже было темно. Так что и подходить смысла не было. А перемещались мы из замка в Академию через портал.

Очень хочется подойти и встать рядом сМинхо, чтобы хоть глазком увидеть, что там за покрытым изморозью окном. Но не решаюсь.

— Юри, - он говорит так спокойно, словно не рычал на меня час назад и не слышал моего злого шипения в ответ. — Иди сюда. Посмотри. Ты ведь ещё не видела свой родной мир?

— Почему ты уверен, что он мой родной? - я подхожу и становлюсь рядом ним.

— Твой дракон сказал.

— Ты можешь слышать моего дракона? - чувствую раздражение от того, что кто-то подслушивает мои мысли.

— Нет. Но мой видит её, и он в таких вещах не ошибается.

Минхо поворачивается ко мне и, обхватив рукой за талию, притягивает к себе. Второй рукой берёт меня за подбородок и разворачивает мою голову к окну.

— Смотри.

Его движения настолько плавные и естественные, что я не успеваю ни воспротивиться такому бесцеремонному обращению, ни привычно возмутиться. А ещё я не сразу понимаю, куда смотреть и что я должна увидеть, потому что, снова вдохнув его запах и почувствовав его руки, я подсознательно приготовилась к тому, что он меня поцелует. Испанский стыд. Князь играет со мной как кошка с мышкой, а я таю от малейшего прикосновения.

— Юри, - теперь он стоит за моей спиной, обхватив меня обеими руками. — Смотри. Это твоя земля, твой Айсгард.

И я замираю, поражённая красотой горных вершин, сверкающих за окном.

— Когда ты привыкнешь ко мне, мы сможем вместе летать над горами.

Ничего не могу с собой поделать, да и не хочу, мне так уютно в его объятиях. И Минхо знает об этом. Сейчас он покоряет меня нежностью.Зарывается лицом в мои волосы, касается дыханием верхушки уха. Завораживает, соблазняет, окутывает своим ароматом. Мне хочется только одного: повернуться и самой прижаться к его губам. Но есть один вопрос, и он звенит тревожным колокольчиком в тот момент, когда мой разум почти отключился:

— Скажи, а если бы я оставалась просто человеком или человечкой, как ты меня называл, ты бы говорил мне то же самое?

— Ты моя истинная, - просто отвечает он. — Да, если бы ты была человеком, как истинная Джиу, ты бы летала на моей спине.

Вот теперь я совсем растаяла, и только чёрт, явно проскочивший со мной с Земли, мог заставить меня задать ещё один вопрос:

— В качестве твоей наложницы?