59

Полёт / 15.05

После моего недолгого пребывания в Англии я снова перезагрузилась и чувствовала себя намного лучше: почему-то эта страна так влияет на меня, что в Нью-Йорк почти не хочется возвращаться. Когда я приехала в Америку в сентябре, меня здесь ничего не радовало, а сейчас есть группа – и этого больше, чем достаточно. Я рада, что вместо очной учёбы влилась в музыкальный коллектив, где смогла, наконец, выразить свои чувства, разобраться в них и показать миру. Найти единомышленников тоже было нелишним – с заочной учёбой это сложнее, чем кажется. В детстве мы выходим на улицу и сразу же находим друзей, а во взрослой жизни с этим непременно возникнут проблемы, рано или поздно.

Через пару недель закончится важный период моей жизни – обучение в университете (даже не верится!). Конечно, я училась по ускоренной индивидуальной программе, да и в сам ВУЗ ходила не так часто, поэтому нет ощущения полноценной учёбы. Но всё же я посещала лекции и вела конспекты, выполняла письменные работы и не раз проходила практики – разве это не настоящая учебная жизнь? Вероятно, очное обучение ощущается иначе, но я выбрала иной путь. Как бы там ни было, завершается целая эпоха, а на первый план выходит будущее, которое больше не нужно планировать – оно становится настоящим.

Я не буду возвращаться к своим вечным вопросам – они лишь засоряют полочки в моей голове, которые сейчас находятся в порядке (может, и не в полном, но в порядке). Я точно не буду продолжать обучение: научная деятельность – это не моё. Но теперь у меня есть образование, а значит, в жизни передо мной открыты все двери (так ведь?). Я просто буду жить и наслаждаться этим – таков мой план.

Сегодня я решилась на то, чтобы закрыть вопрос, который волновал меня так долго. Безусловно, я ещё не раз вернусь к нему, но сейчас у меня есть шанс получить ответ, который я страшусь узнать. Майк...

Я достаю коробку, которую мама отдала мне несколько месяцев назад. Наверное, она надеялась, что я изучу её, получу ответы и успокоюсь, но в тот момент я не могла сделать это. Сейчас же, с наступлением новой эры моей жизни, я чувствую, что могу взглянуть в прошлое. Несколько секунд я смотрю на содержимое, а потом начинаю его перекладывать. Нахожу браслет, который когда-то сплела для брата, и надеваю на руку – теперь буду носить его в знак того, что я могу принять прошлое и то, что Майка больше нет, но в то же время он всегда со мной... Я провожу пальцем по плетению, вспомнив, как он тоже сделал мне браслет, который я носила так много, что он буквально испарился во времени.

Наконец, я достаю блокноты – их не так много, поэтому я могу прочесть каждый из них. Майк писал не только стихотворения, я знала это. Я видела, как перед сном он часто быстро записывал что-то, сидя на кровати, но никогда не показывал мне. Я знала, что записи в блокноте – это слишком личное, поэтому даже не пыталась узнать их содержимое. Может, всё-таки стоило?..

Сначала я пробегаю глазами по разноцветным запискам. Часть из них мы писали друг другу перед школой, чтобы улучшить настроение. Не знала, что он их сохранил...

«Сегодня тот придурок наконец-то тебя поцелует»

«Не надевай завтра этот уродский свитер в полоску – всё-таки уже давно не Хэллоуин»

«Поменьше блеска для губ, деточка!»

«Я помню, что ты обещал мне мороженное после уроков».

Когда я читаю эти маленькие послания сейчас, на лице появляется улыбка. Когда-то мы были подростками – такими беззаботными и счастливыми. Нас волновали поцелуи и то, как мы выглядим в глазах других. Разве что-то изменилось сейчас? Мы, вероятно, стали взрослее и мудрее, но такие мелочи всё ещё волнуют нас... меня.

Другая часть записок – это рифмованные строки или словосочетания. Возможно, Майк хотел написать песню или составить сборник стихотворений, который так никогда и не увидит мир.

«И вот наступает тёмная ночь, и больше никто не сможет помочь»

«И тут ты понимаешь, что ты по дну шагаешь»

«Ты взрослеешь, понимая, что если больно на душе, то лучше скрой ты все испуги под маской счастья на досуге»

«Но ты ждёшь и страдаешь, ждёшь и страдаешь. Ради чего?»

«Все моменты в жизни всегда сменяются разочарованием, а каждый счастливый момент – это редкость»

«На кого же тогда положиться? Только на эти строки и одиночество, ведь это единственное, что спасает... Единственное, что быстрее утопит тебя в море безразличия и небытия».

Наконец, я добираюсь до чёрной тетради, которую уже видела в прошлый раз – в ней только обрывки стихотворений. Но под ней – целый сборник блокнотов разных размеров и цветов. На самом деле, не так уж их и много, но, учитывая то, что только они остались, этого больше, чем достаточно. Остались от Майка...

Я просматриваю даты – последний год жизни брата. Нахожу самое раннее число и начинаю читать.

«Я не знаю, зачем пишу всё это. Наверное, чтобы просто разобраться. Забейте»

«Взрослеть – это дерьмово. Знайте это. Родители больше не играют в счастливую семью, в школе от вас требуют строить планы на будущее. Какие планы на будущее, когда мне всего шестнадцать?»

«Когда реальность начинает кружиться вокруг тебя, а потом вмиг исчезает, всё становится хорошо»

«Я не то, что не могу перестать – просто не хочу»

«Многие боятся смерти, но это ведь не самое страшное, разве нет? Страшнее жить, не зная, кто ты и чего хочешь. Жить и не знать, ради чего живёшь. Жить и не видеть будущего. Ненавидеть будущее».

Некоторые записи написаны неразборчивым почерком, поэтому я едва различаю отдельные слова: «забытье», «созависимость», «погружение», «отпускание», «сверкающая комната», «счастье», «покой», «мир».

Я знала, от чего умер Майк – это не было секретом. Он начал употреблять то, что не стоило бы, а его тело вскоре после этого перестало дружить с ним. Но сейчас, читая то, как он изо дня в день медленно убивал себя, я узнаю о нём больше, чем в последний год его жизни. И я узнаю в его мыслях свои...

Я вижу, что он не хотел умирать, но и бросать не хотел. В его жизни не осталось ничего, кроме веществ, которые дарили ему успокоение. Он не мог разобраться со взрослой жизнью, да и не хотел. Он заранее узнал, что взросление – это ловушка*, поэтому не попал в неё. Он решил остаться навечно прекрасным и молодым...

* – отсылка на «Питера Пэна»

Он запутался в жизни, как это часто бывает с людьми. По его записям я понимаю, что я была одним из немногих людей в его жизни, которые дарили ему свет. Он оставался здесь, в этом мире, ради меня. Но всё-таки этого было недостаточно, чтобы остаться подольше...

«Ри не должна видеть этого. Она должна жить в идеальном мире с единорогами и радугами. Я не испорчу её детство»

«Сегодня я думал, что это точно конец, но потом Трина рассказала мне что-то смешное из школы, и мы долго смеялись. Когда-то и моя жизнь была полна смешных историй. Её смех стал лекарством от меланхолии».

Я бы хотела, чтобы он прочитал заметки своим низким голосом, хотела бы написать ответ на каждую запись, чтобы передать ему свои мысли. Я бы хотела, чтобы он был в моей жизни – тогда мы оба были бы счастливее. Но его больше нет. Майк умер восемь лет назад – и это никак не исправить. Возможно, я могла изменить это. Может, и нет. У нас нет возможности возвращаться в прошлое и менять его. И если бы была, изменила бы я что-то?

Несмотря на сильную боль, я стала счастливым человеком – стала собой. Если бы в моей былой жизни чего-то не случилось, то и я стала бы совершенно другим человеком, а это было бы хуже.

Не важно, как могло бы быть – главное то, что есть сейчас. То, кем я стала в этой жизни: девушкой, которая замечает мелочи, живёт в книгах и музыке и бесконечно мечтает о любви.

Я не знаю, изменится ли что-то после прочтения записей Майка. Я не узнала чего-то катастрофически нового, но поняла, что его устраивало то, что с ним происходит, и он не хотел менять этого. Вполне возможно, что я лишь хочу увидеть такой подтекст в его словах. Но я не могу задать ему этот вопрос, как и любой другой. И я не могу продолжать винить себя за прошлое, которое уже свершилось. Надеюсь, теперь, когда все слова прочитаны, мне станет чуточку легче...

. . .

– Трина, добрый день! Рад вас видеть. Всё в порядке? – Приветствует меня психотерапевт, когда я захожу в кабинет. Перед входом я прикасаюсь к вывеске с его именем на двери, а уже потом стучу – наверное, окружающие думают, что я вообще не в себе.

– Здравствуйте, Нэйтан! Да, спасибо, всё хорошо!

– Выглядишь прекрасно!

– Спасибо! Я сегодня разобрала коробку с вещами Майка... И это было не так больно. До этого боль резала сердце, словно всё случилось вчера, а сейчас была просто тёплая грусть на душе.

– Ты смогла это пережить...

– Я узнала, что Майк не хотел бросать... – я запинаюсь, понимая, что Нэйтан не знает историю моего брата. – Он хотел уйти от реальности и не видел будущего.

– Мне это кого-то очень напоминает.

– Меня?

– Скорее Адама.

– Но Адам мечтает умереть, а Майк хотел жить. У него было всё – была я. Но я знаю, что не могла ничего исправить в тринадцать лет... Не знаю, глупый вопрос. Но как вы думаете: если бы он знал, что всё закончится именно так, он бы всё равно не остановился?

– Трина, он знал это и не остановился. Да, он любил жизнь, судя по твоим словам, но реальность не устраивала его, понимаешь? Он хотел изменить её. Люди уходят от нас – и это нормально. Да, это звучит так, будто у меня нет сердца. Но я знаю, что тебе больно, и знаю, что было больно ему. Но сейчас он больше не чувствует боли...

– Вы же не оправдываете суицид или всё, что похоже на это?

– Нет. Я верю во вторые шансы. На моей практике их было так много, но были и случаи, когда люди выбирали не бороться. Это был их осознанный выбор. Конечно, я делал всё возможное – искал способы достучаться до них, подобрать правильное лечение. Можно помочь любому человеку, главное – чтобы он хотя бы на один процент захотел этого. А в твоём случае стоит просто отпустить этот момент – ты же знаешь, что ничего не изменишь, поэтому стоит жить дальше.

– Если я начну рассказывать о своей жизни, я как будто предам его память или брошу его...

– Вовсе нет. Ты не забудешь брата – ты всегда будешь любить его. И тебе не обязательно всю жизнь быть в трауре – ты можешь испытывать счастье и жить без чувства вины, хорошо? – В ответ я лишь киваю, пытаясь переварить его слова. – А теперь расскажи мне, как твоя жизнь! Я жажду подробностей!

Я рассказываю Нэйтану обо всём, что случилось после нашей последней встречи: о том, как начала новый год действительно по-новому, решив перестать обдумывать каждую мелочь, о нашем туре и расставании с Ривеном, о моей поездке в Англию и об учёбе.

– Я рад слышать, что у тебя всё хорошо. Ты выглядишь совершенно иначе – говоришь с блеском в глазах и дышишь полной грудью. И я хочу сказать – это твоя заслуга. Не лекарств, которые могли бы повлиять на тебя, а именно твоя. Ты смогла оставить плохое и взглянуть вперёд, ты поборола демонов внутри себя. Больше тебя не мучают вопросы о будущем или смысле жизни, например?

– Нет. Я решила не думать об этом – на какие-то вопросы я всё равно не узнаю ответ, поэтому и тратить время на обдумывание этого нет смысла. Мне не хочется знать будущее. Я не буду моложе, чем сейчас, а двадцатые годы – самые лучшие в жизни, поэтому я не тороплюсь оказаться впереди.

– И правильно! Самое важное мгновение – сейчас. Иногда я даю такое задание людям: оценить себя год назад и сейчас, сравнить и сделать какие-то выводы. Я не знал тебя год назад, но готов услышать твой рассказ.

– Мне кажется, год назад я была таким ребёнком... Ребёнком, который уехал в другую страну и начал жить взрослой жизнью. Ребёнком, которому было больно, но он игнорировал это и переносил внимание на другое. Я искала себя, хотела любви и забыться в этом прекрасном чувстве. Я хотела жить, думая, что уже потеряла так много времени – почти пропустила юность, даже не заметив этого. Но сейчас я увереннее стою на ногах и знаю, чего хочу. Я больше не ищу, а проживаю. Я готова взглянуть в лицо своим страхам и даже победить их, возможно. За этот год я приобрела очень много друзей – такого в моей жизни давно не было. И кажется, что за один год случилось больше событий, чем за несколько лет моей жизни. Надеюсь, что следующий год будет не хуже.

– Всё зависит от тебя! Каждый следующий год, я думаю, будет только лучше. Ты больше понимаешь себя, становишься лучшей версией, а значит, и всё вокруг тебя будет таким, каким ты захочешь. Мне приятно видеть, как ты самостоятельно справилась со всем, что ты начала осознанную жизнь. И я надеюсь, ты будешь счастлива.

– Спасибо вам, Нэйтан. Я бы не справилась без вас... Вы открыли мне глаза на многие вещи. Как говорилось в фильме «Воровка книг»: «Посвящается Максу, открывшему мне глаза».

Психолог лишь улыбнулся в ответ, а в его глазах я увидела теплоту и свет.

– А что там у вас с Ривеном? Или Адамом?

– Как я уже сказала, с Адамом мы теперь друзья – и только. Конечно, непривычно, что мы всегда оставались в том положении, когда можно вернуться в отношения, а теперь стали близкими людьми, но в значении «друзья». Но мне важнее то, что он остался в моей жизни. А Ривен... он – человек-противоречие. Возможно, он не подходит мне, потому что мы совершенно разные. Не могу сказать, что мы полноценно родственные души или, наоборот, противоположности. Просто мы разные, но между нами происходит что-то. Да, мы смотрим на мир совершенно иначе, но наши души что-то объединяет. Наверное, это звучит странно...

– Вовсе нет. Ты заслуживаешь такой любви, которую дарит тебе Ривен. Да, я видел вас вместе не так долго, но я заметил его чувства – и они сильные. Он проявляет заботу через действия, а любовь через заботу. Хоть он и выглядит, как тот человек, который скорее пойдёт в клуб и найдёт там «временную любовь», но он может быть и по другую сторону – может любить долго и верно. Я говорю это к тому, что внешность бывает обманчива, а за брутальным образом очень часто можно увидеть доброе сердце.

Когда Нэйтан говорил о Ривене, наши совместные моменты появились у меня перед мысленным взором. Как мы спорили, держась за руки, а потом долго смеялись, как мы смотрели фильмы и обсуждали их, как открывали вместе что-то новое. Как я и сказала, Ривен – человек-противоречие. Но в этом нет ничего плохого – по крайней мере, с ним не станет скучно.

– Знаете, Нэйтан. В том, что случилось осенью, во многом я виновата сама. Не в том, конечно, что Итан чуть не изнасиловал меня. А в том, как я довела себя до такого состояния: поселилась с малоизвестным парнем из-за пари, чтобы проверить себя, доводила себя до изнеможения, чтобы почувствовать рядом Майка, отдалилась от людей и закрылась в себе. Я думаю, это привело к тому, что я просто не выдержала. Вместо того, чтобы попросить о помощи, я отвернулась даже от тех, кто был готов мне помочь.

– Но теперь ты знаешь об этом и сможешь контролировать себя. Это как с потерей сознания. Когда ты теряешь сознание и потом вспоминаешь это, то понимаешь, что чувствовала за несколько секунд до критического момента – и в дальнейшем избегаешь этого. Так и здесь: ты будешь знать, как выглядит «та сторона», где ты не хочешь оказаться. Ты заранее почувствуешь, если что-то будет не так, и сможешь этого избежать.

– Одна мудрая женщина однажды сказала мне, что падение неизбежно... Что рано или поздно каждый сломается.

– Вероятно, она права. Но каждый после этого «падения» будет вести себя по-разному. Кто-то продолжит жить так, словно ничего не произошло. А кто-то переосмыслит свою жизнь и станет лучше, – Нэйтан сделал вид, что говорит другому человеку в стороне, ещё и кашлянув к тому же. – Но ты – второй вариант.

Я ответила ему лёгкой улыбкой.

– Я тоже на секунду стану противоречивым человеком, как Ривен. Но я хочу узнать. Ты скоро оканчиваешь университет, впереди так много всего. Что ты будешь делать?

Я выдерживаю небольшую паузу, но уже давно знаю ответ:

– Жить. Да, так просто... Мне нравится быть в группе и ездить в Англию, нравится читать книги и проводить время с Ривеном. Этим, пожалуй, я и займусь. Когда я училась в университете, я думала, что должна работать по профессии, реализовать себя в ней. Но у меня в будущем будет шанс сделать это, когда юность сменится чем-то более страшным и приземлённым. А сейчас, пока я проживаю свои двадцатые годы, я буду делать всё, что захочется, не думая о всяких «но».

– Но не забывай о здравом смысле!

– Да, вы правы. Спасибо вам, Нэйтан, ещё раз!

– Приходи, если захочешь чем-то поделиться – не важно, плохим или хорошим. Мы не прощаемся, но я хочу сказать тебе, что ты – большая молодец. Ты достигла огромных успехов: почти окончила университет, нашла любовь, отпустила прошлое, встретила новых друзей. Да, я повторяю твои слова, но осенью ты даже мечтать об этом не могла, а сейчас осуществила. Иногда ты забываешь, что нужно ценить себя, принижаешь свои заслуги. Окружающие люди будут говорить тебе об этом – прислушивайся к ним. Живи с открытым сердцем и влюблёнными глазами. Исследуй себя и этот мир. Временами всё кажется обыденным и скучным, но в жизни есть столько всего, что ты ещё не испытала, поэтому не сдавайся, а всегда иди вперёд. И лучше делай хотя бы маленькие шажки. На самом деле, мне хочется вложить в своё пожелание так много, но нельзя сказать всего, как ни старайся. Просто будь счастлива, Трина!

Мы с психологом пожали друг другу руки, после чего я медленно вышла на улицу, где было так тепло и солнечно. А недалеко от больницы уже дожидался Ривен (я написала ему сообщение перед тем, как зайти в кабинет). Без лишних слов я подошла к нему и повисла на его шее, а музыкант сначала крепко обнял меня, а через несколько секунд закружил в воздухе. Любовь иногда всё-таки помогает летать...