- 7 -

Глава 7. Зеркальное отражение

​Ничто так не лечит душу, как хороший шоппинг. Особенно когда рядом — кто-то, пугающе похожий на тебя.

​Мы с Бри решили, что синяки — не повод сидеть в четырех стенах, и отправились штурмовать бутики. Несмотря на то что мой шкаф лопался от вещей, Бри наотрез отказалась брать мои «обноски».

— Достаточно того, что вы меня приютили. Чай, не нищенка, сама справлюсь, — отрезала она.

​Надо признаться, это оказалось чертовски весело. Ради шутки мы купили несколько абсолютно одинаковых комплектов одежды. С убранными под кепку волосами и в темных очках Бри превращалась в моего двойника. Мы развлекались как могли: стоило мне выйти из магазина под одобрительный кивок продавца, как через минуту в другом конце зала появлялась… снова я (точнее, Бри) и покупала то же самое. Нужно было видеть лица консультантов — они явно начинали сомневаться в собственном рассудке. Кассы обычно находились далеко от входа, и нашего одновременного присутствия никто не замечал.

​В одном из ювелирных я не удержалась и заказала нам два золотых кулона с гравировкой. Мне — в виде сердца, Бри — изящную звездочку. Маленький символ нашего странного, скрепленного кулаками перемирия.

​Нагулявшись до гудящих ног и обвесившись ворохом бумажных пакетов, мы направились к дому. На Париж опускались сиреневые сумерки. Мы сошли с тротуара, чтобы перейти улицу, как вдруг тишину вечера разрезал визг покрышек. Из-за поворота на бешеной скорости вылетел черный спортивный автомобиль.

​Он несся прямо на нас, словно хищник на добычу. В последний момент Бри с силой дернула меня за руку назад. Машина пронеслась в миллиметре, задев пакеты в моих руках. Один из них с треском лопнул, и содержимое — мое новое шелковое белье — разлетелось по асфальту, украсив придорожные кусты кружевными лепестками.​Автомобиль резко затормозил, оставив на асфальте черные полосы жженой резины. Машина замерла в нескольких метрах. Тонированное стекло водителя медленно поползло вниз.

​Я застыла. На меня сверкнули два черных глаза — в них было столько неконтролируемой, бешеной ярости и странного блеска, что у меня скрутило живот. Взгляд этого человека буквально впился в мою кожу, прошивая насквозь, до самого сердца. Все тело содрогнулось от необъяснимого, первобытного страха.​Я остолбенела. Где-то на периферии сознания Бри ругалась на чем свет стоит, собирая разбросанные вещи, но я не могла пошевелиться. Его взгляд приковал меня к месту, как бабочку булавкой. Он словно играл со мной — хищно, надменно, как кошка с полуживой мышью.

​У него было пугающе красивое лицо. Резко очерченные скулы, тонкий аристократичный нос и губы, застывшие в кривой, издевательской ухмылке.

«Я что, схожу с ума? Почему я не могу отвернуться?»

​Мужчина перехватил руль, еще раз мазнул по мне взглядом, от которого по спине пробежал ток, и рванул с места. Мотор взревел, и черный зверь скрылся за поворотом так же стремительно, как и появился. Я осталась стоять в облаке бензиновых паров, чувствуя странное оцепенение.

​— Сэм, ты чего? — Бри чувствительно дернула меня за локоть. — С тобой всё в порядке?

Она напряженно всматривалась в мое лицо, а потом помахала ладонью перед моими глазами. — Эй! Земля вызывает Сэм!

​— Да… всё нормально, — я наконец выдохнула, чувствуя, как возвращается способность дышать. — Что это было?

​Бри снова завелась, проклиная водителя на всю улицу:

— Какой-то урод на бешеной скорости чуть не размазал нас по асфальту! У тебя что, память отшибло? Тебя задело? Может, в больницу?

​Она заботливо заглядывала мне в глаза, пытаясь нащупать пульс.

— Нет, не надо. Просто шок, — я отмахнулась, но унять дрожь в руках так и не получилось. — Ты видела его?

— Кого? — Бри удивленно вскинула брови.

— Водителя… — мой голос предательски дрогнул.

​Бри, запихнув последнюю обновку в пакет, обняла меня за плечи и потянула в сторону дома.

— Да идиот какой-то. Чтоб его следующей остановой был фонарный столб! - в сердцах выругалась она. - Пошли. Тебе нужно отлежаться. Ты бледная как смерть.

​Я повиновалась, переставляя ноги как автомат. Мы шли к дому, Бри что-то ворчала, но перед моими глазами стояло только одно: его лицо. Эта надменная ухмылка и безумный, черный взгляд, который, казалось, видел меня насквозь.