Глава 17

Первое, что увидела Мика, выглянув ранним утром из «бунгало», был бледный лунный диск,

нырнувший за горизонт. Время пришло. Наступил день скачек. Гасиенду Петроса едва ли

можно было узнать: пёстрые флаги развевались на весеннем ветру, цветочные гирлянды

украшали окна, а на дворе полыхал огромный костёр, который предстояло поддерживать

весь день. Было раннее утро, но первые гости уже прибыли. Некоторые приезжали из

соседних поместий, многие - из других андалусских провинций. Молодые и пожилые,

семьями, туристы с огромными фотоаппаратами, с удивлением взирающие на всё вокруг...

Ради такого события Петрос даже укоротил бороду и теперь стоял у ворот, чтобы лично

поприветствовать каждого. В короткой черной куртке и с элегантной плоской шляпой на

голове он выглядел, как тореро. Он как раз показывал одной семье из семи человек в

сопровождении трех неспокойных огненно-рыжих кобыл, где подать заявку на участие, как

вдруг замер. Перед ним предстала высокая худощавая женщина, облаченная в длинное

черное платье. Ее серебристо-седые волосы были заплетены в косу, покоившуюся на плече.

Только босые ноги не вписывались в привычный образ испанской донны.

- Я опоздала, - извиняющимся тоном сказала Тара. - Но я так долго не... Я не знала...

Она в очередной раз неуверенно оглядела себя, но Петрос только улыбнулся.

- Ты не опоздала, - сказал он, подавая ей руку и приглашая встать рядом. - Ты пришла точно

вовремя.

Мика, всё еще не веря своим глазам, прокладывала себе путь через толпу. Многие из

приехавших женщин облачились в яркие платья, пара мужчин по примеру Петроса надели

традиционные андалусские костюмы. Но большинство прибывших были в обычной одежде.

Несколько молодых парней в коротких шортах и с красочными символами на груди и руках

выглядели, как индейцы.

Но больше всего выделялись лошади, которые, не обращая внимания на людей, сновали по

двору. В их гривы были вплетены разноцветные ленты и цветы, хвосты были заплетены в

причудливые косы, а спину почти каждой лошади украшали рисунки. Они изображали

флаги, гербы, клейма окрестных деревень и андалусских провинций. На спину некоторых

накинули попоны, но ни на одной из лошадей не было уздечки. Эта была полная

противоположность любому турниру, который видела Мика. Свобода и никакого

принуждения. Никаких правил, никакой амуниции. В этот момент она разглядела Фанни -

подруга сидела внутри наспех сооруженной будки, служившей, по всей видимости, местом

регистрации участников.

- Си, сеньор, сильвупле. Ваш лошадь, уи? - Фанни как раз отдавала билет сбитому с толку

всаднику, сидевшему на гнедой лошади. Тот, похоже, всеми силами пытался понять, что от

него хотели.

- Не знала, что ты еще и на испанском говоришь, - улыбнулась Мика. Фанни лишь

добродушно пожала плечами.

- А кто сказал, что я на нём говорю? Но приходится.

- И сколько уже? - серьезно спросила Мика.

- Пока 130. Через час начало, - Фанни выглядела обеспокоенной, но ее врожденный

оптимизм взял верх. - Но люди подтянутся! Кстати, держи свой билет. Значит, 131 человек.

Так и запишем.

И в этот момент на лице Фанни отразилась странная гримаса. Мика по опыту знала - такое

выражение лица появлялось у подруги в двух случаях: либо от приступа сильной зубной

боли, либо в попытке скрыть рвущийся наружу смех. Она обернулась и увидела Сэм, которая

направлялась к ним... В нежно-розовом платье, украшенном всевозможными рюшками, с

ободком в волосах, на котором красовался немыслимых размеров ярко-розовый

искусственный цветок. Только угрожающее выражение лица напоминало о старой-доброй

Сэм. У Мики непроизвольно вырвался смешок.

- Скажешь хоть слово, и в скачках станет на одного участника меньше! - прошипела Сэм и,

повернувшись к Фанни, добавила:

- А если ты будешь ржать, то...

Фанни предупредительно зажала рукой рот.

- Я даже не думала. У меня просто зуб болит, - запротестовала Микина подруга, чуть не

икнув от еле сдерживаемого хохота.

- Что с вас взять, - мрачно вздохнула Сэм и важно, как пристало юной донне, объяснила. -

Я, конечно, на скачки переоденусь... Но отец попросил поприветствовать гостей в

традиционном наряде.

- Понятно!

- Мы так и думали!

- Отлично выглядишь!

Фанни с Микой переглянулись - похоже, они перегнули палку.

- Я в курсе, что жутко выгляжу, - вдруг ухмыльнулась Сэм. - Но плевать, скачки уже через

час. Кстати, у меня для тебя сюрприз, - обратилась девушка к Мике.

- Что за сюрприз?

- Иди за мной, только незаметно, - ответила Сэм. И с этими словами она подобрала подол с

рюшками и направилась в конюшню, чеканя совсем не характерный для юной донны шаг.

- Незаметно? Ну-ну, - хихикнула Фанни, подмигнув Мике. Спустя секунду она уже

продавала билеты 132 и 133 двум сутулым стариканам.

Мика в поисках испарившейся Сэм шла по коридору конюшни. Дочки Петроса нигде не

было. Вздохнув, девушка посмотрела на часы. Скоро придёт время выводить Оствинда и

вести его к месту старта. К ее собственному удивлению никакого волнения она не

испытывала. Совсем никакого - будто никаких скачек сегодня не было. На мгновение

вспомнился прошлый вечер и странная, разлившаяся в груди тоска при взгляде на табун

диких лошадей. Мика помотала головой, стараясь прогнать воспоминание, толкнула дверь в

денник Оствина и ... в удивлении застыла.

- Нравится? - спросила невесть откуда взявшаяся Сэм в привычных джинсах и белой

рубашке. Мика по-прежнему молчала. Оствинда кто-то подготовил к скачкам, и он выглядел

не как раньше. Чуб на его голове был заплетён в косу и смотрел вверх выкрашенным в ярко-

красный кончиком. На ногах были повязаны ярко-желтые «гольфы», а по спине бежали

разноцветные причудливые узоры. Сэм робко посмотрела на Мику, которая всё еще не

проронила ни слова.

- Я рисовала по старым фото. Так выглядела лошадь Тары, на которой она победила на

скачках.

Оствинд ударил копытом, будто подтверждая, что очень даже доволен своим воинственным

окрасом.

- Вот это колючник Оры - наше клеймо, ты его знаешь, - принялась объяснять Сэм. - Это

герб нашей провинции. Эти линии обозначают четыре стихии. Тут солнце и луна.

- А вот это уже не как у Тары, - добавила она, показав на грудь Оствинда.

Мика прищурилась. Рисунок был выполнен грубыми мазками, но она в тот же миг узнала

его: это же герб поместья Кальтенбах!

- Фанни мне его нагуголила... Или как там правильно называется, - засияла Сэм. Мика,

наконец, обрела дар речи.

- Безумие. Сэм... С ума сойти! - она подошла к вороному коню и коснулась пальцами

искусной росписи.

- Он же выглядит..., - она подбирала нужные слова. - Он же, как настоящий ... восточный

ветер.

Мика обернулась к Сэм.

- Спасибо! - восторженно поблагодарила она.

- Погоди. Ты еще Кортадо не видела! Отец разрешил мне на нем выступить, - гордо

улыбнулась Сэм.

- Отлично, - ответила Мика. - Вы просто созданы друг для друга. Ты в курсе?

По лицу Сэм пробежала тень.

- Да... Но его все равно скоро продадут.

Мика не нашлась с ответом. К счастью, к Сэм вернулся позитивный настрой.

- Так мы готовы, нет?

Мика посмотрела на Оствинда. Карие глаза с золотистым отливом сияли. Он выглядел диким

и свободным. И в этот момент Мика поняла: это будут его скачки.

- Да, - сказала она. - Мы готовы.

Когда Мика с Сэм вывели лошадей из конюшни, огромный двор гасиенды был почти пуст.

Осталась только пара всадников, остальные следовали к месту старта, ориентируясь по

украшенным лентами тюкам сена, которые в этот раз служили указателями. Сэм уже

собиралась последовать за ними, как Мика ее остановила.

- Сэм, погоди, - сказала она, кивнув на группу людей, которые с серьезными лицами стояли

возле будки Фанни. Петрос, Тара, старый «ковбой»... Девушки переглянулись. Вряд ли это

сулило добрые вести.

- Я пять раз пересчитывала, - убитым голосом объясняла Фанни, когда они подошли ближе.

- 194. Но какая разница? На шесть больше, на шесть меньше.

«Ковбой» медленно покачал головой и сочувствующе посмотрел на Петроса.

- Боюсь, есть разница. Я сам очень хочу, чтобы всё получилось, но если я напишу в отчете,

что условия были выполнены не полностью, скачки не признают культурным достоянием.

Будет процесс и... - Педрос избавил «ковбоя» от необходимости заканчивать предложение.

- Я понимаю, Карлос. Спасибо.

Сэм в неверии смотрела на отца:

- Нам не хватает всего ШЕСТЬ человек. То есть всё это напрасно?

Узкая ладонь успокаивающе легла Сэм на плечо. Тара ласково смотрела на племянницу:

- Это всё не напрасно. Скачки Оры сегодня состоятся.

- Хм, нет. Вы ошибаетесь, - раздался голос рядом. Мика его тут же узнала: это же глава

общины, разговор с которым они на днях подслушали на кухне Петроса. Теперь он стоял

перед ними и был таким же мерзким, как она его себе представляла. Рядом возвышались

четверо мужчин в серых, сшитых по заказу костюмах. Под обжигающим солнцем Андалусии

они выглядели, как стая пингвинов, оставленных в жаркой пустыне. Чихуахуа, по кличке

"крыса", спокойно дремавший в ящике из-под апельсинов, водруженном на стойку «будки»,

проснулся и начал тявкать.

- Эти скачки незаконны, поскольку организованы на территории, принадлежащей компании

Waterlife AG. А мы, к нашему сожалению, разрешения на их проведение не даём, - взял

слово один из «костюмов». - В противном случае мы будем вынуждены в ближайшее время

возвести ограду для защиты территории, принадлежащей нашей компании, в целях...

Тут ему пришлось замолчать, поскольку ему настойчиво что-то впихивали в руку. Забыв, что

же он хотел сказать, «костюм» перевёл взгляд на Фанни, которая теперь стояла рядом с ним

и лучезарно улыбалась.

- Ха, пока это НАША ЗЕМЛЯ! И если вы хотите тут стоять, то должны получить билет.

Иначе мы будем считать это незаконным вторжением на чужую территорию, что грозит

заключением сроком от 3 до 18 лет.

Мужчина с удивлением наблюдал, как Фанни энергично вручала синие билетики остальным

присутствующим. Мика затаила дыхание, когда поняла, что было у подруги на уме. Петрос

оглянулся на старого «ковбоя» - тот пытался скрыть ухмылку.

- Да-да, ладно уж, - нервно сказал глава общины и небрежно сунул билет в карман. - В

любом случае, пора заканчивать. Я тебя предупреждал, Петрос. Теперь я не смогу помочь ни

тебе, ни... - он пренебрежительно взглянул на Тару, - твоей чокнутой сестрице. Лошадей,

конечно, жалко. Но, что поделать.

Лицо Тары посуровело, она шагнула к коренастому мужчине, который был ниже ее почти на

две головы. Тот в страхе отступил и нервно икнул.

«Тряпка», - подумала Мика.

- 199! - раздался голос Фанни. - Вы точно все пришли? Может, у вас в машине еще какой-

нибудь громила остался?

Глава общины растерянно обернулся.

- ЧТО? Нет! - отмахнулся он.

- Черт! - вырвалось у Мики. Похоже, настал момент признать поражение. Тара взяла

Петроса за руку. Победа была так близко!

Но вдруг Сэм вытянула шею, стараясь разглядеть что-то возле ворот.

- Смотрите! - крикнула она. Остальные обернулись: Мика, Фанни, Тара, Петрос, глава

общины и даже «костюмы» уставились на ворота, потому что в этот момент в них

преспокойно зашла девушка: блондинка, с россыпью веснушек на лице, в странного вида

шароварах. Она без особой спешки подошла к собравшимся, сняла со спины запылившийся

рюкзак и, оглядев всех, сказала:

- Привет всем! А вот и я!

Фанни, Сэм и Мика переглянулись и... вдруг заорали, как сумасшедшие:

- СОНЯ-Я-Я!