64. На душе скребут кошки

Одно видео разрушило все, что было сооружено не просто днем, но и большим количеством войн над самим собой. _______________________________

Ванесса:Разлепив с трудом веки, я ощутила странный удар под дых. Не то, чтобы меня прям били. Просто странное тягостное ощущение. Что-то произошло, но я пока что не знаю что. Именно это меня и беспокоит.

Одеяло лежит на мне. Под ним я нахожусь в нижнем белье, словно прошедшей ночью ничего и не было между нами с Пэйтоном.

Вспоминая все до малейших подробностей, поворачиваю голову влево с улыбкой до ушей, но она слишком быстро меркнет. Парня на его половине нет. Разбросанных шмоток тоже. Комнату убрали.

Ощущаю вновь странное предчувствие. Кажется, меня мутит. Тошнота ко мне приходит довольно редко, особенно при таких обстоятельствах. Я нервничаю всегда много, это уже закрепилось за мной. Но никогда не было так.

Усевшись, собрав хвост и, наконец, одевшись, выползаю из комнаты, словно от кого-то прячусь. Конечно, я в доме у Пэйтона, а значит ни одной из моих подруг тут просто нет. Мне некому позвонить, потому что я понятия не имею, куда подевался мой мобильник. Да и в конце концов, толком еще не разобралась в ситуации сама.

На кухне, мрачно глядя в ноутбук, как тогда, в доме Джоша, сидит Пэйтон. На носу вновь очки, подходящие больше профессору, нежели обычному ученику выпускного класса. Он пялится в экран и пьет кофе из большого бокала рядом. Что-то мне подсказывает о нехорошем исходе. Парень крайне напряжен и, скорее всего, зол. Но в силу своих: наглости и воспитания брата — сажусь рядом, громко скрипя стулом.

Пэйтон отрывает взгляд от ноутбука лишь на секунду, как бы показав свое безразличие. Меня это не тронуло. Затем, он повернул экран ко мне. Но как прежде, бокала с кофе под рукой не оказалось.

— Я взял общие сведения у нескольких пар своих знакомых, — начал он довольно строго. Тон не похож на обычный. — И доделал несчастный проект, который ты дрочишь уже несколько недель просто так. Биологичка будет обескуражена и рада. Зачет в кармане.— Пэйтон, разве общие сведения должны как-то нам помочь? — Корчу недовольную морду. Совсем недавно заходила речь за этот несчастный проект, и Пэйтон громче всех доказывал мне, что все должно быть настоящим. — Не ты ли был противником таких обходов? — На последнем слове показываю кавычки.— Планы изменились, Хартман. Я устал смотреть каждый день на нескончаемый монолог. Проект готов, презентация тоже, все на флешке, — он протягивает мне маленькую флешку, в форме разбитого сердца. Неужели это что-то значит? — А теперь собирай шмотки и сваливай из моей квартиры.

Хлопаю глазами. Не строю из себя дурочку. Мне действительно непонятно, что происходит с этим парнем. На кануне он был искреннем и счастливым, а теперь мы словно вернулись в самое начало, когда он столкнул меня с лестницы.

— Твой телефон, — что-то падает на стол с громким шумом, но я уже ничего не вижу. Бегу по лестнице вверх, собирая свои «пожитки». Толком ничего сюда не привозила, но глянуть на крайний случай стоит.

Это и оказалось моей, черт возьми, фатальной ошибкой.

Я захожу в ванную комнату, совмещенной с туалетом, неподалеку от комнаты самого Мурмаера. Планировка, к счастью, за некоторое время моего отсутствия не изменилась. И встав перед зеркалом, внимательно разглядывая свое вялое лицо из-за недосыпа, натыкаюсь на что-то странное. Изображение будто бы искажается. Напряжение в груди с каждым разом все нарастает и нарастает. Тянусь к зеркалу и выжимаю эту нервность.

А оттуда, словно по зову, падает прямиком в раковину маленькое, совсем мизерное сооружение. Внимательно оглядываю, взяв двумя пальцами. Это, блять, камера. Точно камера.

Рассудок затуманен. Я выхожу из ванной, тихо прохожу обратно в комнату к Пэйтону и внимательно оглядываю каждый периметр на наличие еще хоть одной такой штуки. Ничего примечательного. Чеееерт!!

Выхожу из комнаты, так ничего и не найдя из своих вещей, но держа все еще двумя пальцами камеру, спускаюсь вниз и направляюсь прямиком к Пэйтону. Он никуда не ушел, все еще раздраженно пялится в ноутбук и мрачно смакует кофе. Не выдерживаю и секунды, швыряя камеру на стол. Она прилетает прямо на клавиатуру, заставляя Мурмаера отвлечься от своих дел. Он оглядывает сооружение хмурым взглядом, а затем, глаза его округляются.

— что это? — Это я должна была спросить, — вновь сажусь напротив. — Какого, блин, хрена, эта штука, — показываю на камеру. — Была в зеркале, в ванной комнате? Где еще такие? И сколько их? — Ванесса, прекрати раздувать слона из мухи.— Не смей только сейчас мне говорить, что ничерта не знаешь! — Ударяю кулаком по столу. — Один вопрос, уродец: ты снимал на видео наш секс? — Прекрати, Хартман.— Я задала очень простой вопрос, придурок, отвечай. — Злость переполняет. Насколько же нужно быть бездушным и неадекватным, чтобы прицепить камеру? — Я действительно про них ничего не знаю. — Ложь! — Прекрати обвинять меня в этой чепухе, — он тоже не выдерживает натиска. — И я тоже задался вопросом , откуда нас снимали. Знаешь что? — Но ответа он не ждет. Поворачивает вновь ноутбук в мою сторону, показывая тот момент, когда Пэйтон, ведя себя как животное, срывает вещи сначала с меня , а потом и себя. — Нас снимали.— Какого.. — слова не вяжутся в предложение. А мозг просто не хочет воспринимать полученную информацию.

Какого хрена?