Второй шанс

— Это она, — прошептал я.Мэй. Живая. Прекрасная. Чужая.Но больше всего — не со мной.

Я не помнил, как спустился вниз.Толпа расступалась, музыка будто глохла.Я пробирался через всё это неоновое марево только с одной мыслью: не упустить.

Но когда я вышел на балкон — её уже не было.Только сигаретный дым в воздухе. И остатки тепла, будто она была здесь всего мгновение назад.

— Мэй?! — выдохнул я, в панике оборачиваясь.

— Эм... ты кто? — раздался незнакомый голос.

Я обернулся и увидел девушку — светлые кудри, дерзкий взгляд, надкусанный леденец во рту. Она стояла между мной и дверью, чуть склонив голову.

— Где она? — я сделал шаг вперёд, голос сорвался, как струна.

— Я не знаю, о чём ты, но ты меня пугаешь. — Девчонка вскинула бровь, и я понял — это она. Та, с которой она была.Подруга.

— Где Мэй?! — рык вырвался сам собой. Я не хотел пугать, правда... Просто... Я не мог снова потерять её.

— Она не обязана с тобой говорить, — прозвучал второй голос, ровный, спокойный.

Парень. Высокий, в чёрной рубашке. Встал прямо передо мной, закрывая дверь телом.Глаза без страха.Он знал, кто я.И всё равно не отступил.

— Ты плохо слышишь? — он смотрел мне в глаза. — Она не хочет тебя видеть.

Мэй появилась в дверном проёме.Секунда.Мы встретились глазами.И она... отступила назад.

Будто я чудовище из сна.Будто я снова причинил боль.А потом — исчезла в толпе за спинами своих друзей.

Айви встала рядом с Лукасом, как вторая башня.— Отойди, — прошипел я. — Это между мной и ею.

— Вот именно, — холодно ответила Айви. — Между тобой и ею. А не между тобой и нами.— Она под нашей защитой, — добавил Лукас. — Мы не позволим тебе снова сломать её.

Я сжал кулаки.Всё кричало внутри: разорви их, доберись до неё, объясни!Но…Я не сделал ни шага.

Они не были врагами.Они были теми,кем я должен был быть сам.

И вот я стою на этом балконе, в этой чёртовой толпе фальшивых лиц,а между мной и Мэй — две живые стены.Айви. Лукас.

И самое страшное...Она не выглядела как пленница.Она выглядела... свободной.

Я пытался подойти.Каждый шаг — как сквозь вонзающиеся в грудь иглы.Но Лукас тут же встал передо мной, как стена.— Не сегодня, Баннет, — спокойно сказал он.

Айви — рядом.Пальцы сжаты в кулак, взгляд — как нож.Они не просто держат её.Они держат меня от безумия.

Мэй прятала глаза.Но я видел — руки дрожат.Она хочет убежать.И если уйдёт сейчас — я снова потеряю её.

Нет.Не в этот раз.

Я отступил. Вроде бы.Но на деле — начал действовать.

Я развернулся, прошёл сквозь толпу к барной стойке.Кэсси заметила меня сразу.Она как всегда: высоко поднятая голова, подводка в стиле «я убью тебя, но красиво»,черная помада,пирсинг в носу и большие татуировки на руках и ногах.Мы слишком давно знаем друг друга.

— Олив, — протянула она, ставя кому-то шот. — Ты выглядишь, будто собираешься поджечь заведение. Или сердце. Снова.

— Мне нужно, чтобы ты отвлекла Лукаса, — сразу сказал я. — Минут на пять. Максимум.

Она моргнула.— Это тот, который смотрит на тебя, как на врага на дуэли?

— Да. Он с ней.Мне нужна возможность поговорить с Мэй.

— Айви тоже с ней. У тебя не хватит рук на обоих.

Я усмехнулся.— Именно поэтому ты мне и нужна.Ты уводишь Лукаса. А Айви... я сам позабочусь о ней.

Кэсси прищурилась.

— Я должна бояться спросить, как?

— Не бойся. Просто будь рядом, когда он отойдёт.

Она фыркнула.— Ладно, Баннет. Но если что — я тут ни при чём. Я просто наливаю.

Я подождал.Кэсси вышла из-за стойки и, как ни в чём не бывало, подошла к Лукасy.Коснулась его плеча, сказала что-то, будто невзначай.

Он отвлёкся.Посмотрел на неё.Конечно.Она знала, как работать с мужчинами.

Айви обернулась на них, чуть нахмурилась.И в этот момент — я двинулся.

У меня в кармане было то, что однажды спасло моему телохранителю жизнь на жарком приёме с испорченной кухней.Слабительное.Мгновенное.Работает тихо, но верно.

Я подхватил бокал с лимонадом, который Айви только что поставила на край столика.Пара капель — и готово.Вернул на место. Отошёл.Ждал.

Через минуту она сделала глоток.Через две — глаза расширились.Резкий выдох.Она резко обернулась к Мэй и что-то быстро шепнула, а потом почти побежала к туалетам.

Идеально.Там всего одна кабинка.Она задержится.

Мэй осталась одна.Рядом — только прохладный воздух и клубная музыка, будто специально заглушающая всё ненужное.

Я сделал шаг.Прямо к ней.

Рекомендую к прослушиванию: "Him & I (Instrumental)"

— Привет, Мэй.

Она обернулась.И на этот раз — не убежала.

— Привет, Мэй, — повторил я. Тихо. Словно боюсь спугнуть.

Она смотрела на меня, будто не знала, кто перед ней. Или знала — и потому хотела забыть.

— Уходи, Оливер, — прошептала она, но голос дрогнул. — Не нужно.

— Я должен... — сделал шаг ближе. — Пожалуйста, просто послушай.

— Я слушала, — перебила. — Долго. Слишком. А потом — увидела.Голоса, музыка, смех. Девушки. Ты. Весёлый. Свободный.Без меня.

Я вздрогнул.

— Это были старые записи, — выдохнул я. — Мэй, это было до...

— До чего? — она вскинула взгляд. — До того, как ты решил притвориться, будто я тебе дорога?

— Нет. Не так.

— А как, Оливер? — глаза блестели, но она не позволяла слезам упасть. — Я думала, ты держишь меня, потому что боишься потерять. А оказалось — потому что тебе просто... удобно. Пока другие девочки приходили и уходили на твоих вечеринках, я верила, что ты, может быть... любишь.

— Я любил! — рванулся вперёд. — И люблю. Чёрт, Мэй, ты даже не представляешь, как больно было без тебя.

— Больно? — прошептала. — А ты знаешь, каково это — быть у кого-то как тень? Пока он живёт, как будто тебя нет? Пока он смеётся с другими, а ты...

Она замолчала.

— Эти видео... — начал я осторожно. — Они старые. До тебя, до нас. Я даже не помнил, что они остались в том ноутбуке. Я не смотрел их. Не вспоминал. Всё это... закончилось, когда появилась ты.

— Тогда почему я нашла их? Почему увидела их в ту ночь, когда уже решилась сбежать?

Молчание.

Я выдохнул и отвёл взгляд.

— Потому что я идиот, Мэй. Я думал, если спрячу своё прошлое — значит, оно исчезнет. А оно вот — догнало. Через боль, через ложь. Через потерю тебя.

Она смотрела. Уже не злая. Но ещё не прощающая.

— Я видела, как он смотрит на меня, — прошептала. — Лукас. Он не скрывает. Но он не врёт. А ты?

Я почувствовал, как сердце сжимается.

— Он может быть кем угодно. Но он не я. Он не держал тебя ночью, когда ты задыхалась от кошмаров. Он не знал, как ты улыбаешься во сне. Не целовал твои пальцы, когда ты боялась дотронуться до мира.

Мэй молчала.

— Ты можешь не прощать, можешь уйти. Я не держу. Не теперь. Но прошу — не живи в иллюзии, что я не любил. Я просто не умел.

Она закрыла глаза.

— Ты умеешь ломать, Оливер. Не умеешь беречь.

Тишина навалилась, как груз.

И всё, чего я хотел — это протянуть руку и сказать, что теперь научился. Что теперь я не тот.

Но мог ли?

Она молчала.

Я видел, как сжимаются пальцы, как дрожит подбородок.Снаружи — ледяная. Внутри... всё горит.

— Я не жду прощения, — наконец сказал я. — И не прошу вернуться.Я просто... не могу отпустить. Не могу смотреть, как ты уходишь — снова.

Она вскинула глаза. В них была злость, обида, и — чёрт возьми — боль. Та, что я сам туда положил.

— Так не смотри, — прошептала. — Ты же умеешь делать вид, что тебя ничего не касается. Сделай и сейчас.

— Это ложь, — выдохнул. — Ты была единственным, что касалось. Слишком глубоко. Поэтому я и испугался.

— Испугался? — усмехнулась, но глаза блестели. — А я что, не имела права бояться? Или я должна была просто принять всё? Поверить, что ты держишь меня не ради власти, а... ради чувств?

Я не нашёл слов.

Мэй шагнула назад, но не ушла.И это... дало мне шанс.

— Я не смогу снова тебя удержать, — сказал я, глядя прямо. — И не буду. Я понял, что если сделаю это — ты возненавидишь меня сильнее, чем уже.А я не хочу, чтобы ты боялась. Не хочу быть твоим страхом.

Она замерла.— А кем ты хочешь быть?

— Тем, кто заслужит второй шанс. Даже если мне придётся ждать. Сначала — прощения. Потом — взгляда. А потом... может быть, и любви.

— Ты думаешь, я всё ещё люблю тебя? — тихо. Почти беззвучно.

Я кивнул.— А ты думаешь, я не чувствую, когда ты отворачиваешься не потому, что хочешь, а потому что боишься снова поверить?

Мэй смотрела на меня, и в её взгляде было слишком много: прошлое, которое болит, настоящее, которое пугает, и... любовь. Та, что она пыталась похоронить, но которая всё равно бьётся в груди.

— Ты не оставишь меня? — спросила она.— Только если ты сама скажешь: «Уходи». Не из боли. А потому что ты этого хочешь.

Она кивнула.Но не сказала.

Я понял — она останется наедине с мыслями.Без Лукаса. Без Айви. Без шума.Просто — сама с собой.

А я отступил.На этот раз — по-настоящему.Чтобы однажды вернуться не как тень прошлого,а как тот, кого она сама впустит.

Но мысль о том, что она больше меня не любит...Она убивала.Медленно. Глубоко. Навсегда.

                     •От лица Мэй•

Я осталась одна.Балкон будто выдохнул вместе со мной — воздух стал тише, свет мягче. Даже музыка внутри клуба теперь звучала приглушённо, будто и она решила не мешать.

Я держалась. До этой секунды.До того момента, как он ушёл.

Оливер.Господи, как же больно произносить это имя даже в мыслях.Словно заноза, что слишком глубоко в сердце, чтобы её вытащить,но недостаточно глубоко, чтобы забыть.

Я думала, я справилась.Что выжгла всё, стерла, пережила.А потом он просто сказал моё имя…И я снова рухнула внутрь себя.

В голове крутились его слова.Про страх. Про прощение. Про то, что не будет держать.Впервые — не холодный, не расчетливый.Живой. Уязвимый. Настоящий.

Я сжала руки.Если бы он хотя бы был чудовищем до конца…Если бы я могла по-настоящему ненавидеть.

Но я помнила, как он касался моей щеки ночью, думая, что я сплю.Как прикрывал меня своим телом, когда в нас стреляли в лесу.Как его голос срывался, когда он звал меня по имени.

Я помнила и плохое. Очень хорошо.И всё же…Сердце не забыло то, каким он был, когда думал, что никто не видит.

«Ты думаешь, я всё ещё люблю тебя?» — спросила я.Но это не был вопрос к нему.Это было обращение к себе.

Ответ я не хотела слышать.Потому что он был слишком честным.

Я смотрела на город внизу. Огни. Машины. Люди, бегущие куда-то.А я застряла во времени. В прошлом. В голосе, что всё ещё звучал в ушах.

Он изменился.Или просто впервые снял маску?

Я не знала.Но если он не лгал…Если правда хочет не тюрьму, а путь к моему доверию…То почему сердце стучит сильнее, когда он рядом?

Я провела пальцами по шее.Кожа горела. Там, где он смотрел. Где стоял слишком близко.

— Чёрт... — выдохнула я.Я всё ещё чувствовала.И это пугало сильнее, чем вся боль, которую он причинил.

— Эй.Голос Айви — как щелчок в голове.Я обернулась. Она уже рядом, вытирает руки бумажной салфеткой, криво усмехается.

— Сюрприз. Я ещё жива. Хотя подозреваю, что кто-то из нас хотел бы иначе.

Я не ответила.Она всё поняла.Тонкий, острый ум — как всегда.

Айви опустилась рядом на перила, посмотрела в темноту.Пару секунд — молчание.Потом:

— Ты разговаривала с ним.

Я кивнула.Медленно. Осторожно. Словно признание.

— И?.. — спросила она. — Или я уже должна звать Лукаса с шокером?

Я усмехнулась.Тихо. Беззвучно. Почти больно.

— Он... другой, — выдавила я. — Или хочет казаться другим.И я не знаю, что хуже.

Айви кивнула. Не перебивала. Просто слушала.

— Знаешь, — продолжила я, — когда я сбежала от него, я была уверена, что больше никогда...(Я сглотнула.)...не посмотрю в его сторону.А сейчас стою здесь и думаю — он всегда был таким?Или я тогда не увидела?

— Или не хотела видеть, — тихо добавила Айви.

Я посмотрела на неё.Её глаза были мягкими. Без осуждения.Она не злилась. Она просто... была.

— Я не верю ему, Айви, — прошептала я. — Но я боюсь, что снова начну.И это меня пугает больше всего.

Она взяла меня за руку.Сжала крепко.

— Он может быть кем угодно. Но ты — это ты.Ты имеешь право чувствовать. Сомневаться. Слушать себя.А если он вздумает снова ранить — тогда я первая кину в него коктейль. И не из тех, что подают за стойкой.

Я улыбнулась.Настояще.

— Спасибо.

Айви выдохнула.

— Но, клянусь, если он ещё раз подсыплет мне что-то — я его сама отравлю.— По-честному? Он и тебе должен теперь, — хмыкнула я.

— О да. Ещё как должен.

И мы замолчали.В этом молчании — больше поддержки, чем в тысяче слов.

—Я оставлю тебя наедине со своими мыслями.Тебе сейчас нелегко,я понимаю.Пойжу поговорю с Лукасом,он как раз вернулся—она кивнула в сторону Лукаса и потрепав меня по волосам вошла внутрь оставив меня одну.

Айви встала, оглянулась и нашла Лукаса у стены, прислонившегося к колонне. Он что-то листал в телефоне, явно напряжённый.

Она подошла молча. Он поднял взгляд.— Всё нормально? — сразу спросил он. — Где ты была?

— В аду, — буркнула Айви. — Или рядом. И да, я в порядке. Просто... не по плану.

Он нахмурился.— Что случилось?

Айви посмотрела ему в глаза.— Она поговорила с ним. С Оливером.

Лицо Лукаса стало каменным.— Что? Когда? Как?

— Когда я исчезла в туалете, — кивнула она. — Не спрашивай, что он сделал. Но я уверена — это не совпадение.

Лукас выругался сквозь зубы.— Чёрт. Я знал, что он не сдастся.

— Он и не сдался. Но и не напал, — сказала Айви.— Просто... говорил. Как человек, не как манипулятор. И она — слушала.

Лукас оттолкнулся от стены, будто готов был пойти и вытащить Мэй силой.

Айви встала перед ним.— Эй. Стоп. Не надо геройства. Она в порядке.

— Пока, — резко бросил Лукас. — Но если он снова зацепит её... Я не позволю.

— Я тоже, — спокойно ответила Айви. — Но, Лукас... ты должен понять. Она не сломалась.Она просто... всё ещё чувствует. Это не слабость. Это боль.

Он сжал челюсть.— Он не заслуживает её.

— Не заслуживает, — кивнула Айви. — Но, может, это и не нам решать.Иногда люди возвращаются не потому, что верят — а потому, что всё ещё надеются.

Лукас замолчал.В его глазах — борьба. Ярость и тревога. Но Айви не отступила.

— Мы рядом, — сказала она мягче. — Мы держим её. Но не можем держать вместо неё.Ты ведь тоже хочешь, чтобы она сама выбрала свой путь?

Он кивнул. С неохотой.— Я просто не хочу снова видеть её с разбитым сердцем.

— А я не хочу снова пить из его грёбаных стаканов, — усмехнулась Айви. — Так что давай будем рядом. Просто рядом.

Я сидела на узкой скамейке у выхода из клуба. Сумерки заползали в небо, клубная неоновая суета осталась позади, а внутри всё было слишком громко от тишины.

Он подошёл неслышно. Как всегда.

— Мэй, — голос тихий. Без давления. Без приказов. — Я не прошу вернуться. Не сейчас.Но... хотя бы скажи, как мне тебя найти. Где ты. Или... дай мне хоть что-то. Зацепку. Способ.Потому что если ты исчезнешь — я сойду с ума.

Я медленно подняла на него глаза. Он был сломан — и не скрывал.

— А зачем тебе? Чтобы найти и запереть снова?

Он покачал головой.— Я не могу больше. Не смогу снова закрыть тебя в клетке.Я понял... если ты будешь со мной только потому, что некуда деться — это хуже, чем вообще без тебя.Я хочу, чтобы ты выбрала. Меня. Когда-нибудь.Но если ты исчезнешь навсегда... я даже не смогу надеяться.

Я сжала пальцы. В груди пульсировала старая боль.— А если я скажу... и потом пожалею?

— Тогда забудь, что я просил, — он вздохнул. — Просто...Ты ушла. Я должен был отпустить. Но моё сердце будто всё ещё на твоей ладони.И если ты сожжёшь его — я приму это. Но хотя бы смогу смотреть, как ты идёшь, а не теряться в догадках: жива ли ты, дышишь ли... улыбаешься ли хоть иногда.

Он замолчал. И добавил тише:

— Я не прошу второй шанс. Я прошу один способ... не потерять тебя насовсем.

Я долго смотрела на него.Слишком долго, как для того, кто должен была отвернуться и уйти.

Но в глазах Оливера не было игры. Только усталость. И страх. Такой… настоящий. Почти детский.Он не знал, что делать без меня. И впервые не пытался это скрыть.

— Я не могу снова потерять тебя, — выдохнул он. — Скажи хоть что-то. Как тебя найти. Любую зацепку.

Я отвела взгляд, потом перевела его на стойку — и заметила, что рядом лежит счет, ручка, какой-то забытый чек.

Подошла.Взяла ручку.На обороте чека нацарапала цифры.

Левый номер.Тот, который включаю раз в сто лет. Почти никто о нём не знает.Но если он действительно хочет — теперь он его знает.

Я протянула чек.

— Не звони просто так. Не звони ночью. Не пиши сто сообщений подряд.Если правда хочешь — используй с умом.Если нет — выбрось.

Он взял его аккуратно, будто это было что-то большее, чем просто бумажка.

— Спасибо, — сказал тихо. — Я не подведу.

Я встала.Сердце колотилось слишком громко.Я не должна была этого делать. Но... сделала.

— Увидимся когда-нибудь, Оливер. Может быть.— Увидимся, Мэй, — ответил он. — Я верю.