21 Глава

Прошло полчаса.

Мадара никогда не думал, что тридцать минут могут растянуться в бесконечность.

Он сидел на жёсткой скамейке в коридоре больницы, щенки прижимались к его ногам. Юки время от времени поскуливала, будто чувствовала тревогу. Ючи лежал тихо, непривычно спокойно.

«Просто переутомление...» - упрямо повторял он про себя.Она сильная. Она всегда справляется.

Дверь палаты открылась.Из неё вышел мужчина лет сорока в белом халате. Он снял очки и внимательно посмотрел на Мадару.

- Вы кем приходитесь девушке?На секунду парень замер. Кто он ей?Он не имел права так волноваться... но и не мог иначе.- Я её молодой человек. Врач кивнул.- С ней всё в порядке. Переутомление и стресс. Нужен отдых, постельный режим. Сейчас можете забрать её домой.

Мадара медленно выдохнул.

Он даже не заметил, как всё это время сжимал кулаки.- Спасибо.Он опустил взгляд на щенков.- С вашей мамой всё хорошо, - тихо прошептал он и погладил каждого по шерсти.Юки лизнула его руку. Ючи едва приоткрыл глаза.

Дверь снова открылась.Ран вышла сама. Бледная, но собранная. Слишком спокойная.- Ты как? - Мадара сразу оказался рядом.- Всё хорошо, - она отвела взгляд. - Спасибо.Он знал этот тон.Она закрывалась.- Поехали домой.- Нет.Он нахмурился.- Что?Ран крепче сжала поводок.- Ючи... поехали в клинику. Сейчас же.- Ран, тебе отдыхать надо.- Пожалуйста, Мадара. Это важно.В её голосе было что-то такое, что заставило его замолчать. Страх. Вина. Предчувствие.Он посмотрел на Ючи - щенок дышал неровно.- Хорошо. Поехали.

В ветеринарной клинике пахло лекарствами и чем-то холодным, металлическим.

Ран ушла с Ючи за врачом.Мадара остался с Юки в коридоре.

Он гладил белую шерсть, неловко, как умел.- Всё будет хорошо.Но слова звучали пусто.

Через какое-то время дверь открылась.Ран вышла медленно.Ючи был у неё на руках.Тишина.- Ну что? - слишком резко вырвалось у Мадары.Она посмотрела на него - быстро, почти испуганно - и тут же отвела взгляд.- Это конец...Голос сорвался.Он подошёл ближе.- Что значит конец?Она сглотнула.- У него врождённая патология сердца. Кардиомиопатия. Сердце увеличено... оно работает на износ. Лечения нет. Только поддержка. И... - её голос дрогнул. - Это может быть не недели. Дни.Слово «дни» повисло между ними, как приговор.Мадара молчал.Он ненавидел ситуации, где нельзя ничего решить силой.- Поехали домой, - тихо сказал он.

Дом встретил их тишиной.

Ран постелила плед рядом со своей кроватью. Осторожно положила Ючи. Юки сразу легла рядом, прижимаясь к нему мордой.- Я не отойду от него, - прошептала Ран.- Я тоже останусь, - ответил Мадара.

Ночь тянулась бесконечно.

Часы тикали слишком громко.

Ючи дышал с усилием - каждый вдох будто требовал борьбы.Ран сидела на полу, гладя его по голове.- Ты же сильный... - шептала она. - Мы ещё погуляем. Ты поправишься, слышишь?Она знала, что врёт.Но не могла иначе.Около трёх ночи дыхание стало рваным.- Мадара...Он уже был рядом.Грудная клетка щенка поднималась резко, судорожно. Юки тихо заскулила.- Всё хорошо, малыш... - Ран говорила быстрее, словно пыталась удержать его голосом.Ючи посмотрел на неё.Долго.Спокойно.И выдохнул.Тишина.Ран замерла.- Ючи?.. - шёпотом.Она слегка потрясла его.- Нет... ну давай... пожалуйста...Ничего.Она прижала его к себе сильнее.- Нет... нет, нет...

Слёзы прорвались мгновенно. Она согнулась, обнимая маленькое безжизненное тело, словно пыталась защитить от самой смерти.Юки легла рядом и положила мордочку на лапу друга.

Мадара стоял секунду неподвижно.Потом опустился рядом и осторожно обнял Ран со спины.

Он не пытался забрать щенка.Не пытался говорить правильные слова.Просто держал её.

Она плакала тихо, почти беззвучно, но так, что это ломало всё внутри.

Смерть Ючи была маленькой.Почти незаметной для мира.

Но для Ран она стала трещиной, которая больше никогда полностью не закроется.

А для Мадары - моментом, когда он окончательно понял:он будет рядом. Даже если не может спасти

Тем же вечером позвонила Хана. Она ждала подробностей - честного, до мелочей рассказа. Но вместо знакомого голоса в трубке раздался холодный, низкий тембр.- Твоя подруга сейчас не может разговаривать.Это был Мадара Учиха.Он стоял у кровати и смотрел на Ран - бледную, измученную, будто потускневшую. В его взгляде не было привычной жёсткости, только настороженная тишина.- Она тебе потом напишет.- Что?.. - Хана даже не успела договорить.Мадара сбросил вызов.Ран медленно приподнялась на локтях. Движение далось тяжело. Лицо осунулось, под глазами тёмные разводы от туши, в уголках - красные, воспалённые следы слёз.- Зачем ты взял мой телефон?.. - голос хриплый, почти шёпот.- Чтобы тебя не беспокоили. - Он сел ближе, осторожно поправил одеяло, словно боялся причинить лишний дискомфорт. - Спи. Я буду тебя охранять.Эти слова прозвучали непривычно мягко. Почти нереально - из его уст.Ран смотрела на него так, будто видела впервые.- Пока я кое-что не выясню... я не смогу уснуть.Он внутренне напрягся. В груди будто что-то стянуло узлом, но на лице ничего не дрогнуло.- И что же ты хочешь выяснить?Ей было трудно. Видно - каждое слово давалось усилием.- Мадара... что между нами происходит?Он ответил слишком резко, громче, чем собирался:- А что между нами происходит?Вопрос прозвучал как защита. Как попытка спрятаться.- Ты мне помогаешь... - её пальцы нервно теребили угол одеяла. - А с другой стороны - губишь. Я хочу тебе верить. Но мне нужно услышать это от тебя.

В комнате повисла тяжёлая пауза.

Мадара смотрел на неё долго. Слишком долго. Его сердце билось так, будто он стоял на краю обрыва.- Я не знаю, когда это произошло... - он говорил тише, осторожнее, будто боялся спугнуть момент. - Но рядом с тобой мне становится легче. Ты смотришь на меня так, будто видишь не то, что все остальные.Он поймал её взгляд.- Я понимаю тебя. Эти издёвки... боль... одиночество.Ран едва слышно закашлялась, но не отвела глаз.- Ты правда мне не безразлична.Её тело дрогнуло. Словно по коже прошёл разряд.

После смерти щенка сердце Ран закрылось, как захлопнувшаяся дверь. Боль была ещё слишком свежей. Слишком живой. Открывать эту дверь снова - страшно.Но она хотела поверить.- Ты... правда? - почти беззвучно.

Они замолчали. Молчание не давило - оно звенело. Каждый из них переваривал услышанное.Ран волновалась так, что это было видно по дрожащим пальцам.

И тогда Мадара сделал первый шаг.Он медленно наклонился, осторожно коснулся её щеки. Заправил за ухо выбившуюся прядь белых волос - почти невесомо.

Ран видела, как дрогнули его ресницы. Как он на долю секунды задержал дыхание.Слишком близко. Тепло его кожи обжигало.Её сердце билось так громко, что казалось - он слышит.Если сейчас отступить - всё останется по-старому.Если позволить - назад дороги не будет.Его пальцы осторожно коснулись её щеки. Большой палец едва заметно стёр влажный след от слезы.- Ран... - почти выдох.И в этом выдохе было больше чувств, чем в словах.Он коснулся её губ сначала едва-едва.Не поцелуй - вопрос.Она замерла.Страх внутри кричал: не привыкай.Но тело не слушалось.Её пальцы дрогнули и сами нашли ткань его рубашки. Сжали.И тогда поцелуй стал глубже - всё ещё осторожный, но уже настоящий.Тёплый. Медленный. Чуть неуверенный.Ран закрыла глаза.В груди что-то болезненно распахнулось.Как дверь, которую она после смерти щенка заколотила изнутри.Она ответила. Несмело. С дрожью.Не страстно - а так, будто проверяла: не исчезнет ли он.И когда он не исчез...Из её глаз скатилась слеза.Не от боли.От того, что впервые за долгое время ей стало... спокойно.

Мадара отстранился первым.Не резко - осторожно. Его пальцы на мгновение задержались на её щеке, будто он запоминал тепло её кожи.- Отдыхай, - тихо произнёс он. - Я рядом.Он встал. Сделал несколько шагов к двери.Щёлкнул замок.Тишина.Ран лежала, глядя в потолок. Сердце всё ещё стучало после поцелуя, но теперь к этому ритму примешалось что-то другое. Тревога.Комната вдруг показалась слишком большой. Слишком пустой.Она привыкла к пустоте. После смерти щенка она научилась с ней жить - научилась дышать через боль, засыпать с тяжёлым комом в груди.Но сейчас эта пустота была другой.Теперь в ней не хватало его.Мысль пришла внезапно, почти пугающе ясная:Если он уйдёт... я снова развалюсь.Ран резко села. Дыхание сбилось.- Глупость... - прошептала она себе, но голос предал.Она спустила ноги с кровати. Пол холодный. Реальный. Настоящий. В отличие от её страха.Дверь открылась тихо.Мадара стоял в коридоре спиной к ней, опершись ладонью о стену. Он не выглядел уверенным. Скорее - напряжённым. Словно сам боролся с чем-то внутри.Ран замерла на секунду.Гордость говорила вернуться.Страх - не привязываться.Разум - держать дистанцию.Но тело выбрало иначе.Она сделала шаг. Потом ещё один.Подошла сзади.И просто вцепилась в ткань его рубашки.Сильно. Почти отчаянно.Лбом упёрлась в его спину, будто боялась, что он растворится.Мадара замер.- Ран?.. - его голос стал ниже.Она не ответила.Пальцы только сильнее сжали ткань. Костяшки побелели.В этом жесте было всё - страх, зависимость, боль, просьба не уходить.Он медленно повернулся к ней.И тогда он увидел её глаза.Не романтические. Не счастливые.Испуганные.- Я... - она попыталась сказать что-то, но голос сорвался. - Я не хочу снова одна.Это не было «я люблю тебя».Это было страшнее.Мадара осторожно обнял её, прижимая к себе так, будто собирал по частям.И в этот момент Ран поняла.Не разумом. Не словами.А тем, как её дыхание выровнялось в его объятиях.Без него она сможет существовать.Но жить - уже нет.

***

Мадаре позвонил отец и коротко, без лишних слов, приказал явиться в кабинет через час.Ран уже почти спала, устроившись у него на плече. Её дыхание стало ровным и тёплым, пальцы лениво сжимали край его рубашки. Сквозь сон она уловила обрывки разговора - низкий голос Мадары, холодную интонацию, которой он обычно говорил только о делах.

Её веки мгновенно распахнулись.Тёмные глаза сонно, но настороженно уставились на него.

- Ты... уходишь? - голос был хриплый, мягкий от сна.Мадара на секунду замер. Он не хотел её будить.- Да. Это срочно...

В его голосе впервые за вечер прозвучала лёгкая вина. Он осторожно провёл ладонью по её волосам, погладил по голове, как будто пытаясь успокоить - её или себя.

Ран медленно приподнялась на локте. Волосы рассыпались по подушке.- Напиши... когда освободишься.Она сказала это тихо, почти шёпотом, но в этих словах было столько доверия, что у Мадары на мгновение сжалось сердце.- Конечно.

Он наклонился и легко коснулся губами её лба. Поцелуй был коротким, но тёплым - непривычно мягким для человека, который обычно не позволял себе лишних чувств.Ран снова опустилась на подушку.Дверь тихо закрылась.И уже почти проваливаясь в сон, она подумала:<<Я буду скучать...>>

Через час Мадара стоял в кабинете отца.Комната была погружена в полумрак. Плотные тёмные шторы закрывали окна, не пропуская ни единого луча света. Единственная лампа на столе отбрасывала тяжёлое жёлтое свечение, из-за которого тени на стенах казались длиннее и мрачнее.

Кабинет всегда выглядел так - строгий, холодный, будто созданный не для разговоров, а для приговоров.

За массивным столом сидел его отец. Таджима. Старик не говорил ни слова. Просто смотрел.Этот взгляд Мадара знал с детства. Тяжёлый, прожигающий, будто пытающийся разрезать человека на части и заглянуть внутрь.Раньше этот взгляд заставлял его нервничать.Теперь - нет.Мадара стоял спокойно. Ровная спина. Руки в карманах. Лицо холодное, почти безразличное.

Спокоен, как удав.

- Ты что-то хотел.Это прозвучало не как вопрос.Как утверждение.

Старик медленно откинулся на спинку кресла.- До меня дошли слухи... - его голос был тихим, но в нём чувствовалась сталь. - ...что мой сын стал сопляком.Взгляд Мадары мгновенно потяжелел.В груди что-то неприятно сжалось, словно невидимая рука сдавила рёбра. Дышать стало чуть тяжелее.

Он собирался рассказать сам.Когда сочтёт нужным.Но то, что кто-то уже шептался за его спиной... да ещё и донёс это отцу...

Это раздражало сильнее, чем он ожидал.- О чём ты? - Мадара лениво поднял бровь, делая вид, что не понимает. - Я не совсем улавливаю.

Таджима тихо усмехнулся.- Не делай из меня дурака, сын.Его пальцы медленно постукивали по столу.- Ты прекрасно знаешь моё мнение.Мадара уже чувствовал, куда идёт этот разговор.

И именно поэтому раздражение начало подниматься внутри, медленно, тяжело.- Это тебя не касается.Слова прозвучали жёстко.Но мужчина только усмехнулся холоднее.- Сначала бизнес, - он наклонился вперёд, сцепив пальцы, - а потом уже заводи всяких шлюх.В комнате стало тише.Настолько, что было слышно, как Мадара медленно втянул воздух.Его челюсть сжалась.Желваки резко выступили на скулах. Мышцы на шее напряглись.- Не смей... - его голос стал низким и опасным. - открывать свой рот на мою...Он остановился.Слово застряло в горле.Что он должен сказать?Девушку?Любимую?Даже в голове это звучало непривычно.Секунда тишины.Старик только смотрел.Мадара резко выпрямился.- С глаз моих долой.Голос был ледяной.Но Таджима даже не шелохнулся.- Мне не нужны твои советы, отец.- Я хочу только для тебя лучшее.Старик устало потёр переносицу и тяжело вздохнул, будто этот разговор утомлял его больше, чем злил.Но в его голосе всё равно оставалась жёсткость.- Ты просто пока этого не понимаешь.

***1,5 часа назад.На телефон Таджимы пришло короткое видео.Всего несколько секунд - но уже с первых кадров в груди неприятно потянуло.

Подпись была лаконичной:«Посмотри на своего сына.»Номер он узнал сразу. Без проверки. Без сомнений.

Этот человек не писал просто так.Таджима открыл видео не сразу.Пальцы на мгновение замерли над экраном, будто предчувствуя - ничего хорошего он там не увидит.Но всё же нажал.Несколько секунд тишины.И затем - Мадара.Живой, целый... но не там, где должен быть.Челюсть Таджимы медленно сжалась. Взгляд потемнел, стал холодным, как сталь.

Он не повысил голос. Не ударил по столу.Он просто смотрел - внимательно, цепко, запоминая каждую деталь.Номер отправителя был из его круга.

Его человек. Проверенный. Надёжный. Тот, кому он сам приказал следить за сыном.Потому что Мадара - не просто наследник фамилии.

Их жизнь никогда не ограничивалась бизнесом, компанией, контрактами.Это была лишь оболочка. Ширма.Красивая, дорогая... но пустая.Настоящая работа скрывалась глубже.Там, где не было права на слабость.Там, где решения стоили жизней.И именно там сейчас должен был быть Мадара.Наследник.Будущий хозяин.Тот, кому предстояло занять Трон.

Пальцы Таджимы медленно сжались в кулак.Не от ярости - от разочарования.Самое опасное чувство из всех.

Он стал набирать буквы на клавиатуре:"Тебя понял, Обито"

Дорогие мои, буду рада если перейдёте на мой тгк: _Red Orchid _