Глава 40 «Жизнь без тебя»

ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Сад стал другим.Под вишней теперь росли синие розы. Не одна. Не две.Целая линия вдоль дорожки — аккуратная, выверенная, как его жизнь.

Каждый дождь — новый куст.Он ни разу не пропустил.За эти пять лет Чон изменился.

Он стал тише.Опаснее.

Его имя начали произносить осторожно.Не потому что он кричал. А потому что больше не кричал вовсе.

Он закрыл три крупных сделки.Убрал двух конкурентов.Расширил территорию.

Но самое страшное — он перестал действовать из эмоций.Раньше в нём жила ярость. Теперь — расчёт.

Сад он не тронул.Он построил вокруг территории охрану. Камеры. Людей.Сад стал почти святыней.Никто не входил туда без его разрешения.

На второй год его предали. Чон не вспылил.Он просто исчез из его жизни.А через неделю исчез и сам предатель.

Без шума.Без следов.

С тех пор все боялись его по другому.

На третий год ему предложили брак. Союз. Политический.

Он отказался.Больше подобных предложений не поступало.

Он перестал смеяться.Но научился улыбаться так, что люди не понимали, что именно их пугает.

Единственное, что осталось неизменным — это дождь.Каждый раз, когда начинался дождь, он выходил.

Даже если шло совещание.Даже если кровь ещё не высохла на его рубашке.

Он шёл в сад.Сажал новую синюю розу.Молча. А иногда просто стоял под дождём, закрыв глаза.

Через пять лет его называли холодным.Но в саду, среди синих роз, земля всё ещё хранила его самую живую часть.

И когда дождь падал на лепестки, они становились почти чёрными.

Как память, которая не тускнеет.

Дверь особняка открылась ещё до того, как Наоми успела нажать на звонок второй раз.

Она вошла уверенно — тонкие каблуки стучали по мрамору, пальто цвета шампанского, идеально уложенные волосы. Она выглядела так, будто пришла не к мужчине, а к событию.

Чон стоял в глубине холла, в чёрной рубашке, без пиджака. Рука в кармане. Взгляд — холодный.

— Ты не отвечал, — мягко сказала Наоми, снимая перчатки. — Я решила, что проще приехать.

— Не стоило.

Он сказал это спокойно. Без раздражения. Без тепла.

Она остановилась на секунду.

— У тебя гости?

— Нет.

— Тогда в чём проблема?

Он посмотрел на неё так, будто искал ответ, но не для неё — для себя.

— Я устал.

Это было ложью. Он не был уставшим. Он был пустым.

Наоми медленно подошла ближе. Пахло её дорогим парфюмом — сладким, но с металлической нотой.

— Ты устал... или тебе просто не до меня?

Чон усмехнулся, едва заметно.

— Не драматизируй.

Она коснулась его груди ладонью. Лёгкое движение, почти нежность.

— Я не прошу любви, Чон. Я прошу внимания.

Он убрал её руку.

Не грубо. Но окончательно.

— Ты знала, на что шла.

Тишина стала плотной.

Наоми смотрела на него дольше обычного. В её взгляде не было слёз. Только понимание.

— Ты всё ещё о ней думаешь, да?

Он не ответил.

И этого было достаточно.

Она отвела взгляд, сглотнула, потом медленно выдохнула.

— Я знаю про Розэ.Она твоя бывшая, но тем не менее, вы расстались пять лет назад...

Чон не ответил. Он даже не посмотрел на неё — просто сделал глоток виски.

Наоми нахмурилась.

— Серьёзно. Она до сих пор существует в твоей голове?

Он поставил стакан на столик. Стекло глухо ударилось о мрамор.

— Это тебя не касается.

— Конечно касается, — в её голосе появилось раздражение. — Я приезжаю к тебе ночью, отменяю встречи, терплю твоё молчание... И что? Я соревнуюсь с призраком бывшей девушки?

Слово «призрак» прозвучало почти насмешливо.

Он резко поднял взгляд.

Не злой.Но такой холодный, что она на секунду замолчала.

— Не говори о том, чего не знаешь.

— Тогда объясни, — шагнула ближе Наоми. — Что в ней такого, чего нет у меня? Она красивая? Особенная? Или просто ты не умеешь отпускать?

Он усмехнулся.

— Ты слишком много думаешь.

— А ты слишком мало чувствуешь.

Тишина.

Она подошла вплотную и провела пальцами по его воротнику.

— Я не прошу любви. Правда. Но хотя бы не делай из меня... временную паузу.

Он перехватил её запястье. Осторожно, но твёрдо.

— Ты не пауза.

— Тогда кто я?

Он отпустил её.

Ответа не последовало.

И в этом молчании Наоми впервые почувствовала тревогу.Не ревность.Не злость.

А странное ощущение, будто она борется не с живым человеком, а с чем-то глубже.

— Она ещё в городе? — спросила она уже спокойнее. — Если да, я хочу её увидеть.

Чон отвернулся.

— Этого не будет.

— Почему?

Он смотрел в тёмное окно.

— Потому что.

Наоми закатила глаза.

— Ты ведёшь себя так, будто она умерла.

Слова повисли в воздухе.

На секунду в комнате стало слишком тихо.

Чон медленно сжал челюсть.

— Хватит.— Нет, серьезно... Скажи мне где она я... - не успела она договорить, как он в ярости кинул стакан в стену разбивая стекло вдребезги. Осколки разлетелись во все стороны— Я сказал Хватит!Ты знаешь что это значит? - рявкнул он

Она не поняла, что именно сейчас сказала не то.

И это делало ситуацию ещё болезненнее.Наоми первой отвела взгляд.

Она почувствовала, что зашла куда-то не туда. Интуиция подсказала — ещё шаг, и он закроется окончательно.

Она резко изменила выражение лица. Улыбнулась. Лёгко.

— Ладно, — будто ничего не произошло. — Забудь.

Чон молчал.

Она подошла к дивану, сняла пальто, аккуратно положила его на спинку.

— Слушай... открылся новый ресторан на набережной. Частный зал, живая музыка. Тебе понравится. Поедем?

Он даже не повернулся.

— Нет.

Коротко. Спокойно.

Она тихо рассмеялась.

— Это было не приглашение «может быть». Это было «поехали».

— Не хочу.

Она замерла.

— Ты не хочешь... или не хочешь со мной?

Чон провёл ладонью по волосам. Он выглядел так, будто этот разговор его утомляет.

— Я никуда сегодня не поеду.

— Тебе же нравились такие места.

— Раньше.

Она подошла ближе.

— Чон, мы просто поужинаем. Без разговоров о прошлом. Без... всего этого. Я хочу нормальный вечер.

Он посмотрел на неё наконец.

И в его взгляде не было ни раздражения, ни нежности.Только отсутствие интереса.

— Мне не до этого вечера Наоми

Это прозвучало тише, чем отказ.Это прозвучало как граница.

Её улыбка медленно исчезла.

— Хорошо, — слишком спокойно сказала Наоми. — Тогда я хотя бы подышу воздухом. Здесь душно.

Он кивнул, даже не посмотрев на неё.

— Делай что хочешь.

Эти слова задели сильнее, чем отказ.

Она накинула пальто и вышла через стеклянные двери на террасу. Ночной воздух был прохладным, тихим. Особняк казался огромным и безжизненным.

Наоми спустилась по каменным ступеням. Каблуки стучали глухо.Её раздражение постепенно сменялось странным беспокойством.

Она шла вдоль дорожки, пока не заметила в глубине участка мягкое голубоватое свечение.

Сначала подумала — подсветка.

Но нет.

Это были цветы.

Много цветов.

Она подошла ближе... и замерла.

Перед ней раскинулся сад.

Не обычный декоративный участок, не дизайнерская клумба.

Это было что-то бережно созданное.

Ряды аккуратных кустов.Сотни бутонов.И каждый — синий.

Глубокий, почти нереальный оттенок.Как небо перед грозой.

Наоми медленно провела пальцами по лепестку.

— Синие розы?.. — тихо прошептала она.

Она знала, что это редкость. Почти невозможность.Такие цветы не сажают просто так.

Это не про вкус.И не про интерес.

Её сердце неприятно сжалось.

Почему он никогда не говорил об этом?

Почему в его идеально холодном доме есть место, которое выглядит... живым?

Она оглянулась на окна особняка. В одном из них горел свет. Его силуэт едва угадывался.

И вдруг она поняла.

Он не ходит в рестораны.Он не любит шум.Он не хочет «нормальных вечеров».

Потому что его вечера — здесь.

В этом саду.

Наоми медленно выпрямилась.Впервые за всё время рядом с ним она почувствовала себя не соперницей другой женщины...

А лишней в чужой истории.

И самое страшное —она всё ещё не знала, чья это история.

— Синие розы... — тихо повторила Наоми, касаясь одного из бутонов.

— Не трогайте.

Голос раздался за спиной резко и твёрдо.

Она вздрогнула и обернулась.

В тени фонаря стоял мужчина в строгом тёмном костюме — один из охраны. Лицо спокойное, но взгляд жёсткий.

— Простите? — Наоми выпрямилась.

— Вам нельзя находиться здесь, — сказал он сухо. — И тем более касаться цветов.

Она медленно опустила руку.

— Я гостья господина Чона.

— Это закрытая часть территории.

— Закрытая? — в её голосе появился холод. — Я не увидела таблички.

— Таблички нет. Есть правило.

Он сделал шаг ближе, не агрессивно, но достаточно, чтобы обозначить границу.

— Пожалуйста, покиньте сад.

Слово «пожалуйста» прозвучало формально.

Наоми усмехнулась.

— Вы серьёзно сейчас выгоняете меня?

— Я выполняю приказ.

— Чей?

Пауза.

— Господина Чона.

Это прозвучало как пощёчина.

— Он приказал никого не пускать сюда?

— Да.

— Даже меня?

Охранник не изменился в лице.

— Никого.

Тишина стала тяжёлой.

Наоми почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения. Не потому что её остановили. А потому что ей не дали права быть здесь.

— Я не собиралась ничего ломать, — сказала она холодно. — Это всего лишь цветы.

Взгляд охранника на секунду стал жёстче.

— Это не «всего лишь».

Голос раздался из темноты.Наоми резко обернулась.Чон стоял у края дорожки. Он слышал всё.

Охранник сразу выпрямился.

— Господин Чон, я—

— Всё в порядке, — коротко перебил он.

Его взгляд был направлен только на Наоми.

— Даже мне нельзя? — спросила она тихо.

Он подошёл ближе. Медленно. Уверенно.

— Даже тебе нельзя трогать эти цветы.

Слова прозвучали ровно. Без злости.Но в них была стена.

Наоми почувствовала, как что-то внутри ломается.

— Я думала... — она усмехнулась, — что я для тебя хоть что то значу...

Она смотрела на него несколько секунд.Будто ждала, что он смягчится.

Он не смягчился.

— Понятно, — выдохнула она. — Значит, есть место, где мне не рады.

— Наоми. —

— Не надо, — перебила она. — Я всё услышала.

Она развернулась.

На этот раз её шаги не были медленными.Каблуки резко ударялись о камень.

Она прошла мимо охранника, даже не взглянув на него, и скрылась в сторону дома. Через минуту хлопнула входная дверь.

Тишина.

В саду снова остались только Чон и его помощник.

— Простите, господин, — тихо сказал охранник. — Я должен был остановить её раньше.

— Ты всё сделал правильно.

Чон уже не смотрел в сторону дома.

Его внимание привлёк один из кустов дальше по ряду.

Он сделал несколько шагов.

Остановился. И не поверил в случившееся.

— Посмотри.

Охранник подошёл ближе.

Среди ровных, одинаковых синих роз выделялся другой цвет.

Одна.

Лепестки были не такими глубокими.Оттенок уходил в холодный лавандовый, почти серебристый.Будто синий растворялся, уступая место чему-то новому.

— Это... дефект? — осторожно спросил помощник.

Чон медленно покачал головой.

— Нет.

Он знал эти розы.Он лично следил за их посадкой.Они не меняли цвет.

Но эта — изменилась.

Его пальцы коснулись стебля, аккуратно, почти бережно.

В глазах впервые за долгое время появилась тень эмоции. Не явной. Но глубокой.

— Странно... — прошептал помощник.

— Светлая...это ты постаралась...Затем тихо ответил охраннику

— Нет, — Не странно.

Он не объяснил.

Но внутри него что-то сдвинулось.

А в доме всё ещё чувствовалось присутствие Наоми —чужое, временное.

В отличие от этого сада.