30 глава. первый снег

Дни стали однотипными и полностью почти одинаковыми. Было ощущение, что я просто попала в день сурка.

Моя квартира. Университет. Квартира грехов. Снова моя квартира.

И так по кругу и вот в таком темпе проходила вся моя неделя. И самое ужасное в этом всём было то, что я была одна и когда я приходила к ребятам, то решала дела. Времени не было ни на что и ни на кого. Дела и учёба. Учёба и дела. Всё время уходило на это.

Ещё после нашей посиделки с Алиной, мы умудрились поссориться с Вахитом. Он стоял на том, чтобы кудрявый и моя подруга поговорили. А я стояла на том, чтобы кудрявый шёл на хуй. Вахит не злился, спокойно принимал моё мнение, хоть и был не согласен с ним. И потом, после нашего разговора, он взял и решил действовать сам. И я сорвалась.

Улицы стали кипишивать и боломутить воду, начинался самый настоящий хаос. Все были на нервах и на стрессе и тут ещё этот поступок Вахита. Я просто взорвалась и сорвалась по итогу на Вахита, он просто стал козлом отпущения в этой ситуации.

Меня достаточно сильно вывело это из себя, ещё в тот день я была итак на не грани и я психанула. Психанула и наговорила ему дохуя гадостей, сказав, что если он такой самостоятельный и умный, то он может идти нахуй и забыть меня как сон. Он проигнорировал меня и моё мнение и то что я говорила, меня это серьёзно зацепило конечно, но скорее под влиянием нервотрепки длительной, меня уже просто понесло.

Самое ужасное в этой ситуации стало то, что Вахит правда ушёл и с того момента будто исчез. Я несколько раз даже гуляла по району принадлежащему "Универсаму", желая увидеть его, но видела его пацанов, которых я знала, но только не его.

Это серьёзно меня пугало и напрягало, я серьёзно испугалась, что могла потерять его. В этот момент я готова была хоть начать извиняться на коленях перед ним, полностью послав свою гордость, но лишь бы он вернулся. Я уже не раз прокляла свою вспыльчивость и импульсивность, которые включились когда дело доходило до близких.

*Защищая одного близкого, я задела и обидела другого своего близкого. И любимого.*

Чтобы окончательно не впасть в апатию, я стала просто завалить себя учёбой и делами. Первое время это помогало, а потом я просто стала доводить себя до такого состояния, когда прихожу домой и падаю на кровать и сразу засыпаю. Организм конечно же не оценил такое, но я старательно игнорировала это. Я стала игнорировать всё и всех, став холодной и неживой.

- что-то ещё получилось узнать о том, что планируют сейчас делать "Наёмники"? - спокойно, но твёрдо проговорила я, разбирая документы и делая глоток кофе.

- пока, что нет. Тишина относительная. Шумиха конечно у них там ещё стоит из-за новости, что Уголь помазок, но они пока решили не действовать. Мне кажется, что они просекли, что не случайно это произошло. - спокойно, чётко и глядя на меня, ответил мне Максим. Я лишь кивнула, продолжая смотреть бумаги.

- ещё бы, такое не каждый день услышишь же... Хах... Даже если просекли, пока они не начали снова действовать можно не переживать. - спокойно с лёгкой насмешкой проговорила я. Макс тяжело вздохнул, а потом как-то начал мяться. Я перестала перебирать бумаги и подняла голову, смотря на него, слегка хмурясь.

- мне одна пташка на хвосте принесла кое-что. Это по поводу уже группировки твоего брата и его друзей партнёров, что недавно только ими стали. - спокойно и немного с отвращением и злостью проговорил Макс. Я застыла, закусывая губу, чувствуя как к горлу подступает тошнота, а сердце падает куда-то в желудок.

- Кащей, глава "Универсама", чернухой баловался же раньше и сидел. Он же бросил как вернулся Адидас старший. - чётко и как можно спокойнее начал Макс. Подумав немного, он всё же скривился и уже агрессивнее продолжил. - он щас активно ищет тек с кем сможет договориться о поставках этой дряни в Казань. Шифруется, гнида, достаточно умело и даже пацаны его об этом не знают, он им говорит, что хочет начать продавать подпольно электронику.

- снова начал баловаться её?

- точно неизвестно, слишком сильно прячется и скрывается, поэтому скорее всего да и... И он Вадима мог подсадить на это. Вадим тоже по своим связям что-то всё ищет и ныкается как Кащей, но делает это осторожнее и не так активно как он. - обречённо и слегка брезгливо, хмурясь проговорил Макс.

На мгновение я замерла. В глазах потемнело, а руки сжали стол настолько сильно, что ногти больно вцепились в деревянную поверхность. В ушах как на повторе звучали слова Макса. Чувства смешались в такой адский коктейль, что хотелось начать рвать на себе волосы или пойти и придушить и Вадима и Кащея блять.

Ярость. Непонимание. Отвращение. Отрицание. Ужас. Разочарование. Печаль. Ярость. Ненависть. Раздражение. Непонимание. Боль. Страх. Отрицание. Ярость. Ненависть.

- блядство. Я убью их. - тихо прошипела я, закрывая глаза и нервно начиная массировать переносицу,

- неплохая идея на самом деле. - немного насмешливо, но разделяя мои чувства, проговорил Макс. Я лишь тяжело вздохнула, садясь ровно и смотря на парня.

- подключай хоть все наши и свои связи, но не позволь этим двоим провернуть свои грязные делишки... И пусть, ещё кто-то из поставщиков кинет ему намёк, что лучше не стоит этим промышлять если он не хочет проблем. - серьёзно и твёрдо проговорила я, Макс расплываясь слегка в улыбке кивнул. Затем уже тише и почти шипя, я добавила. - Вадима прессовать уже лично буду я. Я устрою ему блять такой приход, что рад не будет сука.

- понял, Ведьма. Будет сделано.

***

- Min Margaret... (моя Маргарита...) - тихо и как-то слишком нервно проговорила Алина, заглядывая ко мне в комнату.

Сейчас было раннее утро и я сидела за столом, снова ковыряясь с бумагами и продумываю наш план действий в случае тех или иных ситуациях. Сегодня мне особенно сильно не спалось и с середины ночи преследовало какое-то непонятное чувство тревоги и опасности. Из-за него же по большей части я больше и не смогла уснуть и села опять за работу. Настроение упало сразу и сегодня я решила для себя, что свой выходной проведу сидя дома, предусмотрительно закрывшись на все замки и забить ещё досками бы окна не помешало.

- я тебе разбудила, ты чего так рано уже не спишь? - спокойной и ласково проговорила я, отворачиваясь от подруги и снова смотря на бумаги.

- Василис... - голос подруги задрожал и стал звучать встревоженно и напугано. Я невольно застыла, напрягаясь всем телом и уже готовясь к очередным проблемам с утра пораньше. - Вахит...

Звон. Мерзкий и пробирающийся под кожу, оставаясь где-то в районе костей. Мир на мгновение перестал существовать, а сердце перестало биться.

Ужас. Животный ужас и страх. Неверие. Ненависть. Злость. Раздражение. Страх. Надежда. Снова ужас и страх.

Стоило только подруге произнести его имя как меня словно ударило током. Всё смешалось в кашу, я больше не слышала Алину, все чувства обострились на максимум, а нервы кажется просто порвались как струны, больно ударяя по сердцу.

Я не помнила как покинула квартиру, как добежала до качалки, не понимала, что было эти пять, десять минут или вообще две минуты. Счёт времени был просто потерян. Единственное, что у меня крутилось в голове то время, пока я бежала "Боже, пожалуйста, пусть с Вахитом всё будет хорошо! Пусть я буду проклята сто раз, но пожалуйста пусть с ним всё будет хорошо!" и "Какая же я дура! Дура! Дура!".

Сейчас было плевать на обиды, риски, злость. Было плевать на всё. Но только не на него. Пусть прогонит меня, бросит, опустит, сделает, что угодно, но только он был бы жив и цел.

Пульс подскочил под сто, сердце где-то билось в горле, из-за чего дышать было ужасно тяжело, глаза были застелены слезами. Слезы лились просто водопадом из глаз и у меня не получалось их контролировать. Да и сейчас было не до этого. Руки тряслись как у наркомана в завязке, а голова очень сильно кружилась, что кажется я могла в любой момент просто упасть.

Резко почти одним рывком открываю качалку, несусь по лестнице ко входу, почти падаю, но во время успеваю схватиться за стену и сдержать равновесие. Ещё один резкий и нервный рывок, вторая дверь открывается. И я замираю.

Наступает гнетущая, тяжёлая, мерзкая тишина и все взгляды устремляются на меня. Но я их не чувствую и просто игнорирую, зацикливаясь на самом родном и любимом взгляде.

Удивлённый, встревоженный и немного недовольно злой взгляд, но даже так до сих пор самый любимый и родной.

Сердце делает сальто, слезы начинают наворачиваться на глаза ещё больше и отчаяние настолько въедается в разум, что хочется упасть в ноги Вахиту и начать вымаливать у него прощение.

Невольно глаз цепляется за перевязанную грудную клетку Вахита, я машинально закрываю себе рот, к горлу подступал всхлип и что-то похожее на крик и затем я стала чувствовать обжигающие ручейки слëз на щеках. Хотелось подойти и обнять его, но тело словно парализовало, а ненависть к самой себе и стыд за сказанные слова ранее, просто не позволяли даже нормально посмотреть ему в глаза.

- твою мать! Василиса... - доноситься как сквозь толщу воды, голос Вахита. Встревоженный, не понимающий и немного злой тон, заставляет меня невольно сжаться и зажмуриться.

Кажется на мгновение время остановилось и я перестала ощущать собственное тело и разум. Пришла я в себя лишь тогда когда почувствовала до боли родные, немного холодные руки Вахита. Он нежно гладил и прижимал к себе, обнимал меня, а я схватив его за кофту, просто рыдала и бесконечно повторяла "прости.".

- чшш... Тише тише, я рядом. Всё хорошо, яраткан (любимая). - спустя пару минут кажется, донёсся до меня нежный шёпот Вахита. Я замолчала, но рыдать и вздрагивать из-за всхлипов не получалось перестать. У меня просто не получалось это остановить и как-то контролировать.

- мне очень жаль, я не должна была тебе говорить этого. Я не должна была тебе говорить тех слов. - еле слышно, через всхлипы, до сих пор прижимаясь к нему, прохрипела я. Вахит лишь тяжело вздохнул заставляя меня напрячься и на мгновение застыть.

- я тоже не должен был, так поступать. Оба хороши в этой ситуации. - спокойно, но немного недовольно проговорил Вахит. Я лишь еле заметно кивнула ему, шмыгая носом. - прости меня, яраткан (любимая).

Я закусила губу, чтобы не разрыдаться по новой, прижимаясь ближе к Вахиту и начиная как душевно больная отрицательно качать головой. Сердце неприятно щемило, а к горлу поступал рвотный позыв вины из-за извинений Вахита, я не считала его виноватым. Я в целом почти уже не видела его вины в этой ситуации, а только свою.

- но Василиса твою мать блять, что с тобой?! Ты выглядишь так... Так... - начал спустя какое-то время, возмущённо и рассерженно Вахит, прижимая меня ещё сильнее к себе. Я лишь виновато опустила голову ему на грудь, чувствуя лбом бинты. От ощущение бинтов на коже, слезы кажется по новой начинали наворачиваться.

- а ты? - лишь тихо и холодно проговорила я. Вахит вздрогнул и застыл от моего тона, я чувствовала как его мышцы напряглись.

- тему не переводи. Я так-то жив и здоров, а ты же выглядишь как живой труп. - холодно и недовольно проговорил Вахит, поднимая моё лицо за подбородок и смотря мне в глаза. Я вздрогнула и сильнее закусила щеку, старательно отводя взгляд. - Василиса, не отводи взгляд.

Я застыла, сердце упало куда-то в пятки, а лицо кажется побледнело ещё сильнее. Такого Вахита я боялась больше всего, боялась потому что видела впервые. Таким по рассказам пацанов он был лишь с врагами. И потом уже невольно в моей голове проскальзывала параллель с моим отцом, когда я после общения с пацанами, вспомнила об этом. Отец любил меня, но однажды всё же слишком сильно перегнул палку. И тогда я увидела его. Ястреба.

Тогда это стало началом конца.

Глотая слезы и свою гордость, я посмотрела ему в глаза. В груди начало разливаться чувство дежавю. Но оно было мерзким, холодным и до ужаса неприятным. Было ощущение будто я снова та семнадцатилетняя девочка, что скоро отправят в Казань к брату.

*Неужели это сново начало конца?...*

Теперь я окончательно чувствовала себя униженной и слабой. Невольно стало закрадываться сожаление о том, что я сюда пришла. На глаза всё равно невольно стали наворачиваться слезы обиды и теперь я просто не понимала, что чувствую в данной ситуации. Не понимала, что чувствую к Вахиту.

Вахит вздрогнул, а потом удивлённо и испуганно резко отошёл от меня, отпуская мой подбородок. Во взгляде читался ужас и сожаление. Я лишь отрицательно покачала головой, резко отворачиваясь и пулей вылетая из качалки. Также как и пришла молча и выглядя как душевно больная.

Как только я оказалась на улице в лицо неприятно ударил холодный воздух и по телу разлилась слабость и ноющая боль. Быстро заходя за угол какого-то дома, я дала волю чувствам. Прислонившись к стене спиной, я скатилась по ней, закрывая себе рот. И начав рыдать на взрыд, с губ то и дело срывались крики и всхлипы, что я заглушала руками.

Больно. Больно. Больно. Ужасно больно.

Я не знаю сколько прошло времени, я просто выпала из реальности, утопая в боли. Пришла я в себя лишь когда почувствовала знакомые руки на коленях и то как невесомо на них была преклонена голова.

Я была полностью выжата и физически и морально, поэтому просто застыла смотря на затылок Вахита и прикрывая слегка рот, боясь издать какой-нибудь звук. Я не понимала как мне реагировать и что сказать, поэтому хотелось просто исчезнуть. Хотя бы на время, дать себе время подумать и успокоиться пожалуй.

Вахит стоял на коленях. Он стоял передо мной на коленях и аккуратно слегка обнимал мои ноги чуть ниже колен, а лбом прижимался в сами колени. Он молчал и не поднимал на меня головы. Просто молчал и ждал. И я молчала и ждала.

- я не прошу у тебя сейчас прощения. Я не достоин его... То что я увидел в твоих глазах, то что ты испытала из-за меня, такому нету прощения... Просто выслушай меня. Пожалуйста... - его голос сейчас звучал хрипло и очень надрывисто. Печаль, сожаление и много боли, этот тон заставлял всё внутри меня сжаться и замереть.

Я разрывалась. Сейчас я не хотела с ним говорить, не хотела его слышать, я боялась его, мне было больно и неприятно из-за его поступка. Но я не могла взять и перечеркнуть всё то, что было между нами. Я не могла перечеркнуть свои чувства к нему. Где-то глубоко внутри себя, мне даже хотелось слышать его голос, чувствовать его прикосновения, мне хотелось, чтобы он исправил эту ситуацию.

Я была в смятении. Я почти не видела выхода из этой ситуации. Или видела, но просто не хотела осознавать его и принимать.

- я... Я группировщик и я далеко не хороший человек, я ужасный человек на самом деле и мне тяжело быть тем кто я думал, что уже давно умер... Та часть моей личности, что проснулась с появлением тебя в моей жизни, кажется мне дикой, инородной и мне порой тяжело её принимать и включать. Но... Но я пытаюсь... Пытаюсь ради тебя... Не отторгать её и принимать. - начал тихо, но серьёзно и искренне говорить Вахит. Я лишь затаила дыхание, смотря на него и внимательно слушая. - но я пацан. Пацан до мозга костей... И мне несвойственно быть... Быть кем-то нежным, добрым и блять плюшевым мишкой. Я не плюшевый мишка, я пацан, что привык к послушанию и контролю ситуации... Что чаще всего решает ситуацию через силу и грубость... Иначе я просто не умею, я пытаюсь научиться, но я такой какой я есть. И другим я могу и не стать.

- я знаю, что сейчас просто не имею право это говорить и... И просить тебя... Но я прошу... Дай мне шанс. Я обещаю, что такое больше не повторится. Я обещаю, что ты не зря дашь мне его... Клянусь. Я клянусь свой жизнью перед тобой, что сделаю тебя счастливой и что буду для тебя защитой, а не опасностью... Ты мне очень важна и я тебя очень люблю Василис... Ты для меня это смысл жизнь. Ты что-то выше и важнее всего, что было в моей жизни раньше.

Слезы снова тихо и медленно закапали по щекам. Пришлось прикусить палец, чтобы не закричать, душа просто разрывалась, а сердце с глухим ударом разбивалось. По телу невольно пошла дрожь, когда Вахит оставил лёгкий и еле ощутимый поцелуй на моей коленке, наклоняясь ещё ниже. Теперь его голова покоилась где-то в моих ногах. Я запуталась. Потерялась в урагане собственных чувств. Чувств к нему.

- дай мне время подумать... Пожалуйста... Я сейчас не в том состоянии, чтобы что-то решать... Я боюсь, что могу ошибиться... Ошибиться если отвергну тебя, но... Я... - начало тихо и сломлено говорить я, голос дрожал и не выдержав этого, я прикрыла глаза, позволяя слезам скатиться по щекам с большим напором и количестве.

Я резко замолчала, когда почувствовала ладонь Вахит на губах, он аккуратно и будто боясь, неуверенно накрыл мой рот, призывая остановиться. И поддавшись, я замолкаю, просто позволяю себе эту минутную слабость.

Слабость, сделать вид, что всё хорошо, что не было того ужаса в качалке. Что мы счастливы и мы любим друга друга, что нету сейчас в наших отношениях этого мерзкого "но".

Сама тянусь и просто осторожно прижимаюсь к Вахиту, слегка обнимая его. Тот не сразу, но копируя мои движения, тоже аккуратно обнимает меня. На душе становится немного легче и спокойнее. Больно, но не так сильно. Но до сих пор больно, но теперь боль стала с примесью любви.

На нос упало что-то холодное и очень лёгкое, затем стало тепло и немного мокро. Потом это повторилось ещё раз. Но теперь уже не только на носу, а по всему лицу и рукам стало это ощущаться. Не сразу, но я поняла, что это были снежники.

Пошёл снег. Первый снег. Невинный и чистый как первая любовь. Влюблённые часто мечтают встретить вместе первый снег. И не специально, но у нас с Вахитом это получилось. На душе невольно стало тепло и даже весело, поэтому снова прикрыв глаза, я позволила себя немного насладиться и раствориться в этом моменте и в этом ощущение.

Моя случайная любовь, что была сначала похожа на первый снег, но теперь похожа на грозу в середине октября. Если бы я знала, что так будет, то всё равно бы не отказалась от неё.

Продолжение следует...