°

зонтиками, чтобы не промокнуть окончательно. Разглядываю их, и меня внезапно накрывает волна тревоги. Мой парень – Ной Флинн. Люди за окнами машины пришли сюда, они увидят и услышат, как он будет петь на сцене. И если даже кто-то из них пока не знает, кто он такой, к концу концерта его будут знать все. Некоторые девушки даже держат самодельные плакаты: «ЖЕНИСЬ НА МНЕ, НОЙ»; «МЫ ЛЮБИМ ТЕБЯ, НОЙ»; и даже «Я БУДУ ТВОЕЙ ДЕВУШКОЙ ЛЕТО».Но тревога быстро проходит. Какая мне разница, если кто-то хочет быть его «девушкой лето» (в конце концов, я-то знаю, кто его единственная «девушка все сезоны», и невероятно счастлива от этого). Это даже мило: столько фанатов пришли на концерт такой популярной группы, где Ной всего лишь выступает на разогреве. Большинство этих девушек знают его только по видео на Ютьюбе, но каждая сыграет свою роль в том, чтобы он стал еще известнее, – сейчас и потом. Хотя, конечно, многие сегодня оказались в «Брайтон-Центре» не из-за Ноя, а из-за The Sketch – четырех парней, словно сошедших с рекламы «Эйберкромби и Фитч». Меня распирает от гордости за Ноя и за сумасшедшее путешествие, которое его ждет. От мысли, что я все время буду рядом, внутри зарождается предчувствие счастья.Щелкает замок ремня безопасности. В ужасе гляжу на Ноя.– Что ты делаешь?– Выхожу поздороваться, конечно.– Но там льет как из ведра! – я сама Капитан Очевидность.– Ну и что? Может, я все равно собирался скоро принимать душ… и знаешь что? – Он протягивает мне руку. – Ты идешь со мной.– Что? – Я смотрю на него широко раскрытыми от ужаса глазами.– Хочу, чтобы нас увидели вместе. И чтобы ты почувствовала, каково это – быть на виду у всех. Вместе со мной. Вернемся через секунду, Ларри.Машина останавливается. Ной выпрыгивает наружу, тянет меня за собой. Я замираю в дверях, но вижу его сияющую улыбку, и это придает мне сил. Хватаю сумку, вытаскиваю из нее камеру и выскакиваю из автомобиля.Барабанные перепонки грозят лопнуть от пронзительных воплей фанатов, выкрикивающих имя Ноя. Все начинают махать как сумасшедшие, едва заметив, что он направляется прямо к ним.В том, как Ной непринужденно болтает со своими поклонниками, есть что-то завораживающее. Он сияет от радости, не обращая внимания на ливень. Волосы его запутываются еще больше, мгновенно начинают виться, но и это не заботит Ноя. Еще бы – он в своей стихии!Кто-то кричит:– Пенни! Да погляди же, это Пенни! Девушка Онлайн!Я оборачиваюсь и вижу двух девушек. Обе машут мне, и я, набравшись храбрости, машу в ответ и улыбаюсь. Какое странное чувство. Большей части меня сейчас хочется оказаться в безопасной машине, но вместо этого я делаю глубокий вдох и начинаю снимать. Ной, обнимающийся с поклонницами. Ной, дающий «пять» фанатам. Моя камера – мой щит. «Тебе это под силу, Пенни», – уговариваю я себя.Кошусь через плечо. Девушки, махавшие мне, уже стоят рядом.– Ты волнуешься, когда видишь, что Ной будет играть перед такой толпой народа? – спрашивает одна из них.Решительно киваю.– Я в диком восторге. С ума сойти можно!– Кстати, нам до ужаса нравился твой блог! Тебе нужно обязательно начать его снова, – подключается вторая.Тепло улыбаюсь.– Не уверена, что смогу. Хотя я по нему скучаю, честно.– А на что это похоже – встречаться с Ноем Флинном? – снова любопытствует первая девушка.– На сон, – искренне отвечаю я.Ной отыскивает меня взглядом и кивает в сторону автомобиля.– Приятно было пообщаться, – говорю я. Ной берет меня за руку, мы снова садимся в машину. Я машу девушкам на прощание и поворачиваюсь к нему. Ной расплылся в улыбке, как Чеширский кот, и можно только догадываться, какие чувства он сейчас испытывает.– Ты в порядке? – улыбка Чеширского кота сменяется гримасой беспокойства.– Это было… офигенно!Я крепко обнимаю Ноя. Камера лупит его по груди, и мы весело смеемся. Нам сейчас совсем не хочется размыкать объятия.– Подожди, я хочу запомнить этот момент, – говорю я.Придвигаюсь к нему поближе, включаю камеру на телефоне и поворачиваю ее объективом к себе. Делаю селфи – нас обоих, вместе, рядом друг с другом. Мы смотрим на лица на экране, и все, что я там вижу, – двое до умопомрачения счастливых, сияющих от радости людей. Сердце захлестывает такая волна тепла, что, кажется, я сейчас взорвусь.А самое главное – это чувство не оставит меня все лето.Глава пятаяКогда мы наконец выбираемся из машины, менеджер Ноя, Дин, уже ждет нас, нервно постукивая ногой и то и дело глядя на часы. Прилизанный, волосок к волоску, одетый в строгий костюм, он тем не менее оставил верхние пуговицы рубашки расстегнутыми – видимо, чтобы выглядеть не так официально. Ной говорит, что так Дин пытается «быть своим». Я тут же вспоминаю препода по актерскому мастерству – мы звали его «Просто Джеф». Он хотел, чтобы студенты считали его крутым, но получалось, честно говоря, не очень. У Дина, по крайней мере, хоть работа зашибись.– Привет, Дин, – здороваюсь я. Приятно видеть знакомое лицо. Я познакомилась с ним на каникулах – как раз когда Ной впервые заговорил о гастролях.– Пенни! Рад тебя видеть. – Он расцеловывает меня в обе щеки, и я едва не падаю с ног от аромата его лосьона после бритья. – Пойдемте, голубки. До сих пор не верится, что ты шлялся рядом со входом. Всем охранникам теперь кошмары по ночам сниться будут…Извиняться Ной не собирается, только пожимает плечами.– Ты вообще заметил, что там льет как из ведра? Хотел поздороваться с теми, кому приходится торчать под дождем и ждать.Я ног под собой не чую от счастья после встречи с фанатами. Ной, уверена, ощущает то же самое. Неважно, что я смотрелась там как промокшая оборванка – парень-то мой уж точно выглядел на все сто.Дин закатывает глаза. Он не удивлен – знает, что это часть очарования Ноя. Собственно, именно Дин и отыскал его на Ютьюбе и предложил заключить контракт с «Сони». С тех самых пор он практически заменил Ною отца, помогал справляться с уймой проблем, которые неизбежно возникают, если ты за одну ночь стал звездой Интернета. Именно Дин отправил его на гастроли с The Sketch, убедив всех и каждого, что Ной готов к таким выступлениям – даже если сам Ной вовсе не был в этом уверен.Дин также стал ключевой фигурой плана под названием «Уговори родителей Пенни, что с ней все будет в порядке, если она поедет на гастроли с Ноем». Он полдня проторчал у нас дома, снова и снова заверяя маму с папой, что рок-гастроли с Ноем и The Sketch – вовсе не то, что показывают в телешоу и в голливудских фильмах. Никакого алкоголя, никаких наркотиков, никаких случайных связей.– В наши дни, со всеми этими смартфонами, социальными сетями и папарацци, мы просто не можем допустить никаких рисков, не можем позволить, чтобы пострадали наши исполнители, – сказал Дин. Странно было слышать, как он называет Ноя «исполнителем». – Стоит им только выйти за рамки приличий, как сразу же кто-нибудь снимет это на видео, и оно пойдет гулять по Интернету. Так вот, моя работа – чтобы этого никогда не случилось.Встреча Дина с родителями была не так уж давно, а сегодня то, о чем они говорили, происходит наяву. Гастроли начинаются, и я едва ли в силах в это поверить.Дин возвращает меня к реальности.– Ной, ты должен быть на сцене через час. Нет времени заниматься ерундой!– Да я и так весь день репетировал. Можно мне перерыв устроить или нет?– А можно было предупредить меня, куда ты намылился, чтобы не пришлось метаться вокруг, как безголовая курица?!Ной подмигивает мне. Как это похоже на него – смыться, не сказав никому ни слова. Я стараюсь не хихикать, но получается плохо.За кулисами вовсе не так классно, как я воображала. Думала, там кожаная мебель и огромные зеркала в рамах из ярких лампочек или хотя бы индустриальная обстановка – голые трубы под потолком и динамики на каждом углу. А нас провели по узким коридорам к неприметной двери с прикнопленным листочком: «НОЙ ФЛИНН».За дверью – крошечная, отделанная бежевым комната. Пара серых диванов рядом с журнальным столиком. Сама по себе обстановка – скучнее некуда, если бы не полный беспорядок вокруг. В углу сложены музыкальные инструменты; чемоданы открыты, вещи валяются на полу; несколько кожаных курток небрежно брошены на спинку дивана. По стенам развешены фотографии знаменитостей, которые выступали в «Брайтон-Центре»: от Бинга Кросби (которого я теперь знаю, спасибо Эллиоту) до современных групп – The Vamps, The Wanted и даже One Direction. Интересно, появится ли среди них когда-нибудь фотка Ноя?Я любопытствую:– А у The Sketch такая же комната?Ной мотает головой.– Не, у них гримерки куда круче.– Что ж, логично. А я с ними познакомлюсь?Он смеется.– Черт побери, Пенни, я сам с ними еще не виделся ни разу! Я всего лишь на разогреве, не забыла? Их менеджеры держат ребят в ежовых рукавицах – Дину и не снилось. Удивлюсь, если мы увидимся с ними на гастролях. Хотя вдруг тебе повезет? Подожди-ка. Надеюсь, ты не собираешься обновлять своего бойфренда-рок-звезду? Или как?Толкаю его кулаком в плечо и показываю язык. Я разочарована, что не смогу познакомиться с The Sketch, но огорчение быстро улетучивается – когда я замечаю массу вкусных вещей на журнальном столике. ОГРОМНАЯ ваза с арахисовыми чашечками и жевательным мармеладом, бутылки неоново-желтого «Ликозейда»… и шоколадные мини-яйца «Кэдбери».– Постой-ка. Ной, как тебе удалось все это раздобыть?– Ты о чем?– Сейчас лето, а мини-яйца бывают только на Пасху! – Я ухмыляюсь. – Они что, входят теперь в твой звездный райдер?– Придется довериться в этом вопросе твоему экспертному мнению, – отвечает Ной.Наклонившись, он хватает яйцо и закидывает его в рот. Потом вытягивает из-под стола коробку, открывает ее – и комнату наполняет аромат шоколадного печенья.– Но поскольку Сейди Ли заставила меня пообещать, что я передам это ее любимой жительнице туманного Альбиона и не стану лопать все сам, мини-яйца – следующие по списку!– Да ладно, с кексами Сейди Ли ничто не сравнится!Я беру из коробки печеньку. Внутри она все еще мягкая. Мне жутко хочется слопать все кексики самой, но я сдерживаюсь и предлагаю их Ною, а потом и Дину, заглянувшему в гримерку.– Эй, кто-нибудь хочет пива?Поднимаю взгляд от коробки и вижу в дверях незнакомого парня. Длинная сальная челка закрывает ему почти весь лоб. Как и на Ное, на нем черная футболка, но, в отличие от моего парня, предплечья незнакомца украшены татуировками. В одной руке у него – пара бутылок пива. Я смотрю на него, и по спине у меня бегут мурашки, сама не знаю отчего.– Я пас, – заявляет Ной. – Блейк, познакомься с моей девушкой, Пенни. Пенни, это Блейк, один из лучших моих друзей и ударник в группе.Блейк едва удостаивает меня взглядом. Хотя… может, он и посмотрел в мою сторону, просто волосы так низко свисают ему на глаза, что невозможно ничего увидеть. По крайней мере, кажется, я слышу негромкое утвердительное мычание.– Привет, – пищу я от волнения. Вот теперь заметно, как выражение лица Блейка меняется – рот чуть насмешливо кривится.У меня падает сердце. Я так хотела произвести хорошее впечатление на друзей Ноя, а теперь чувствую себя неуклюжей и жалкой. Не в своей тарелке, в общем.Остальные члены группы Ноя выглядывают из-за спины Блейка. У них тоже пиво в руках, но эти парни явно дружелюбнее и улыбчивее своего товарища. Ной знакомит нас, когда они заваливаются в гримерку: басист Марк и клавишник по имени Райан. Оба плюхаются в кресла напротив.Блейк широкими шагами пересекает комнату и втискивается на диван рядом с Ноем. Теперь я зажата между этим мрачным парнем и подлокотником.Блейк протягивает Ною бутылку. Тот берет, но вместо того чтобы отхлебнуть, ставит на журнальный столик. Блейк шумно пьет пиво и заявляет:– Мы в Англии, братан. Здесь тебе можно.Ной пожимает плечами.– Сказал же, не хочу.Блейк, набычившись, глядит на него. Ситуацию спасает Дин: он хлопает в ладоши, и вся группа поднимает глаза.– Ребят, это ваше первое большое выступление. На репетиции вы играли неплохо. Так что просто повторите все точно так же, и вы, считай, справились. Думаю, не нужно объяснять важность этого выступления для Ноя, да и для вас всех? Если справимся – это будет прорыв. А под лежачий камень вода не течет. Дальше. Осталось десять минут до того, как дадут свет и вы все пойдете на сцену. Это ваш звездный час.Я шепчу Ною на ухо:– Он всегда такой?– Ты про напутственные клише перед концертом? О да, в этом весь Дин.Он смотрит на менеджера.– Можно мне минутку побыть одному?– Если только одну, – Дин угрожающе сужает глаза, чтобы мы, не дай бог, не подумали, что он шутит. – Так, все вон.– Кроме Пенни.Он кивает. Блейк недовольно ворчит. С жуткой неохотой, еле волоча ноги, он все-таки выползает в коридор вслед за Дином.Мы остаемся одни. Ной поворачивается ко мне. Я вижу, что его переполняет нервное возбуждение.В следующую секунду понимаю: это не от радости. Он реально чем-то взволнован.– Пенни, я не знаю, смогу ли выйти на сцену.Глава шестаяВот этого я от Ноя точно не ожидала услышать. Фирменные ямочки его исчезают, челюсть напрягается. Лицо сравнивается по цвету с бумагой, и он – подумать только! – грызет ногти.