Глава 28 Ghost face

Ночной воздух оказался холоднее, чем я ожидал.

Или мне так только казалось.

Дверь за нашими спинами закрылась тихо, почти бесшумно. Впереди был сад. Огромный, тёмный, освещённый только редкими фонарями вдоль дорожек и мягким светом, который падал из окон особняка.

Спенсер шла впереди, не спеша, с интересом, пытаясь разглядеть все то, что смогла бы. Будто снова превратилась в ребёнка, которому дали исследовать что-то новое.

Я шёл следом, медленно, размеренно, так, что между нами оставалось расстояние. И просто наблюдал.

Сад действительно выглядел иначе ночью. Цветы вдоль дорожек почти теряли свои цвета, превращаясь в силуэты. Высокие кусты отбрасывали странные тени. Вдалеке виднелась беседка, окружённая белыми розами и чем-то ещё, что днём выглядело бы красиво.

Ночью всё выглядело немного опаснее.

Мне это нравилось.

Девушка замедлилась у края дорожки и оглянулась на меня через плечо.

- Тут правда красиво, - сказала она тихо.

Голос у неё был мягче, чем обычно. Не слабый. Просто спокойный. И это почему-то только сильнее зацепило.

- Я знаю

Она повернулась ко мне лицом.

- И ты всё это время держал это место почти пустым?

Я пожал плечами.

- Я не собирался устраивать здесь приём.

- Разумно, - сказала она. - Потому что если бы ты устроил приём, я бы заставила тебя купить сюда нормальные вещи, и возможно, несколько розовых подушек.

Спенсер на секунду улыбнулась, и эта улыбка оказалась именно такой, какой я запомнил её ещё раньше: не слишком громкой, не напоказ, но живой.

И, чёрт возьми, в этот момент я снова почувствовал то, что слишком долго подавлял. Не только интерес. Не только желание.

Одержимость - холодную, чёткую, почти болезненную. Не эмоциональную истерику, не глупую страсть. Нет.

Что-то гораздо хуже.

Тихое, собранное желание быть внутри её внимания. В её голове. Под кожей. Там, где она обычно хранит только то, что не хочет показывать.

Ошибка...

Потому что именно сейчас внутри меня проснулось то, что я слишком долго держал под контролем.

- У тебя тут даже беседка есть, - замечает она

- Удивлена?

- Немного.

Я смотрю ей вслед. На светлые волосы. На то, как она расслабилась за последние часы. На то, как перестала постоянно смотреть по сторонам.

Мы остановились у беседки. Я не сразу зашёл внутрь - просто стоял рядом, смотрел на неё и на то, как она оглядывает сад.

И в этот момент на секунду всё стало слишком тихо, слишком интимно, слишком близко к тому краю, где разговор уже не прячется за обычные фразы.

- Знаешь, - говорю я наконец, нарушая тишину, - я всё ещё не понял одну вещь.

Она останавливается, чуть поворачивается ко мне.

- Какую?

- Тогда. Во время погони.

Её плечи едва заметно напрягаются.

- Ты поняла, что под маской был я. - пауза. - Как?

Спенсер отворачивается к клумбе с цветами, будто внезапно они стали самым интересным объектом в мире, а я стал просто фоном в ее мире.

- Это глупо.

- Всё равно скажи.

Она медлит, потом тихо выдыхает.

- Ты двигался так же.

Я молчу.

Она продолжает:

- И голос. Не в том смысле... То, как ты говорил. Спокойно. Будто вообще не сомневался, что тебя смогут узнать.

Я чувствую, как уголок губ чуть дёргается.

- То есть, ты узнала меня по тому, как я хожу?

- Не делай вид, что это не странно, - бурчит она.

- Это странно.

- Нет, просто тебя легко узнать и заметить в любой толпе.

- И всё равно ты пошла за мной тогда.

Она резко смотрит на меня, а после закатывает глаза.

- Не начинай.

Я перевожу взгляд на беседку, в которой мы остановились. Потом снова на неё. И неожиданно в голове возникает странная мысль, и я спрашиваю:

- Какие фильмы ужасов тебе нравятся?

Она моргает, ее большие пушистые ресницы так и хлопают несколько раз.

- Что?

- Просто ответь.

- Это... ты сейчас серьёзно?

- Возможно.

Она прищуривается.

- Ты что, решил устроить мне допрос в стиле плохого слэшера?

- Может быть. - я чуть склонил голову. - А может, мне просто любопытно.

- Я не знаю. Наверное, те, где у маньяка есть хоть какая-то логика.

Я сделал ещё один шаг.

- То есть?

- То есть я не люблю тупых убийц, которые бегают за людьми просто потому, что у них в голове пусто. - она чуть прищурилась. - Если уж кто-то пугает, то пусть он хотя бы знает, что делает.

- Хороший вкус.

- Не надо делать вид, будто ты спрашивал это ради кино.

Я не ответил сразу. Потому что она права.

И потому что мне нравилось, как быстро она начала чувствовать, что здесь что-то не так. Не опасное для неё - пока что. Но точно не обычное.

И я уже видел, как её взгляд начинает меняться: сначала осторожность, потом лёгкое напряжение, потом то самое тихое понимание, что я веду разговор туда, где она уже не сможет полностью контролировать его исход.

Спенсер опустила взгляд на тёмную дорожку у своих ног, а я в это время оказался чуть позади неё - достаточно близко, чтобы чувствовать тепло её тела, но не касаться. Пока.

Сад был пуст.

Никого кроме нас. Ни охраны, ни случайных прохожих, ни чужих глаз. Только темнота, редкий свет фонарей, листья над головой и её дыхание, которое стало чуть тише, когда я подошёл сзади.

Я наклонился чуть ближе, и когда заговорил снова, голос сам собой стал ниже, тише, теплее и опаснее одновременно.

- Давай сыграем в небольшую игру? - тихо произношу ей почти у самого уха.

Она замирает. Я вижу, как напрягаются её плечи. Как она чуть медленнее выдыхает. Как пытается сохранить привычную уверенность.

- В какую? - дрожь, которую она пытается скрыть в своем голосе, я все же успеваю услышать.

- М? Ты уже боишься или мне показалось, Barbie?

Она медленно, совсем немного поворачивает свою голову в мою сторону, так, что я могу теперь видеть, как расширились ее зрачки.

Теперь мы слишком близко.

Опасно близко.

И впервые за весь вечер в её взгляде появляется не только любопытство.

Осторожность и интерес, то самое, которую я и хотел увидеть у нее уже долгое время, к тому, что произойдет дальше

Потому что ночь только начиналась.

- Игра простая, как и ее правила, детка.

- Что нужно делать? - она такая робкая и нерешительная, когда спрашивает это.

- Твоя задача убежать как можно дальше, в пределах данной территории и спрятаться так, чтобы я тебя не нашел.

- А если... если все же найдешь? - она пытается повернуть голову полностью в мою сторону, чтобы разглядеть мое лицо, но я не позволяю ей этого сделать.

- Тогда я сделаю с тобой все... - говорю я медленно, понизив голос настолько, чтобы каждое слово звучало тяжелей обычного, - что только захочу.

Я почти вижу, как в её голове что-то щёлкает. Не страх. Скорее адреналин, осторожность, интерес - та самая смесь, которая у неё всегда появляется, когда ситуация перестаёт быть безопасной и становится хоть немного реальной.

Её взгляд опускается на мои губы всего на секунду, потом снова поднимается к глазам, но этого хватает, чтобы я понял: она уже чувствует, куда всё идёт.

- И ты называешь это игрой? - спрашивает она наконец.

Голос у неё тише, чем обычно. И чуть ровнее, чем следовало бы, если бы она действительно не была задета этим предложением.

Я чуть склоняю голову.

- А ты думала, я предложу тебе чай и спокойную беседу?

Она фыркает, но слишком слабо, чтобы это выглядело как настоящая защита.

- У тебя очень странное чувство юмора.

- У меня были другие планы. Прости если разочаровал тебя.

Тишина.

Сад словно замирает вместе с ней.

Я вижу, как у неё чуть расширяются зрачки. Как она снова делает вдох и почти тут же задерживает его, будто не уверена, насколько безопасно сейчас дышать слишком громко.

И, честно говоря, мне нравится, как это на неё действует. Не потому, что я хочу просто напугать её. Нет. Потому что она слишком долго играла в холодную уверенность, слишком долго держала себя в руках на людях, долго заставляла всех думать, что у неё всё под контролем.

А здесь, в темноте, со мной, всё это начинает уходить.

Понемногу.

И именно это - лучшее, что могло случиться.

- Ты ведь специально говоришь так, - тихо произносит она, и в её голосе уже слышно не только осторожность, но и тот самый интерес, который она пока ещё пытается спрятать.

Я усмехаюсь.

- Так же как и ты, которая всё ещё стоит здесь и ждет чего-то.

Она смотрит мне прямо в глаза. Теперь уже не отводит взгляд.

И, чёрт возьми, это почти подвиг для человека, который минуту назад ещё пытался сохранить дистанцию.

- Если я убегу, - говорит она после паузы, - ты не будешь жульничать?

Я коротко улыбаюсь.

- Не могу обещать тебе этого.

Я чуть отступаю назад, давая ей пространство ровно настолько, чтобы она почувствовала выбор. Не свободу - выбор.

Это две очень разные вещи.

- Правила простые, - повторяю я. - У тебя есть минута форы. Потом я иду за тобой. Если ты добираешься до укрытия и я не нахожу тебя - победа твоя. Если нахожу...

Я позволяю паузе повиснуть между нами.

Спенсер сглатывает и смотрит на меня уже не так уверенно, как в начале.

- И что тогда?

Я медленно наклоняю голову.

- Тогда я сам решу, как завершится игра.

Она выдерживает мой взгляд ещё пару секунд. Дольше, чем ожидал бы кто-то другой. И это, кстати, делает её только интереснее.

Потому что ей страшно - немного. Но не настолько, чтобы она отступила. Наоборот, в ней уже начинает разгораться что-то другое. Чистое, острое, опасное. То, что я успел заметить ещё раньше, в ту ночь, когда понял: ей нравится не только безопасность, но и риск.

Нравится сам момент, когда всё стоит на краю. И если это правда, то я только что предложил ей именно то, чего ей хотелось больше, чем она готова признать.

- Минуту? - уточняет она, уже тише.

- Минуту, - подтверждаю я. - И если ты решишь просто стоять здесь и строить из себя смелую, я сочту это за капитуляцию.

Она закрывает глаза на секунду, будто собирается с мыслями, а потом снова смотрит на меня. Уже не с сомнением. С решением.

И вот это мне нравится ещё больше.

Потому что она не спрашивает, стоит ли это делать. Не просит передумать. Не пытается пошутить и свести всё к очередной колкости.

Она просто принимает игру. Не до конца, не без внутреннего сопротивления - но принимает.

- Если ты меня найдёшь, - говорит она, и теперь в её голосе уже слышится та самая тонкая провокация, знакомая мне по её лучшим репликам, - это ещё не значит, что ты получишь всё, что хочешь.

Я тихо усмехаюсь.

- Посмотрим.

И в этот момент её взгляд меняется окончательно. Осторожность всё ещё есть. Но теперь рядом с ней - азарт.

Спенсер отступает на шаг назад, потом ещё на один, всё ещё не спуская с меня глаз. Она явно уже чувствует, как по коже начинает ползти возбуждение, которое пока ещё можно выдать за обычное напряжение. Глупо. Она думает, что я этого не вижу. Думает, что можно прикрыть дрожь в пальцах просто темнотой и дыханием. Но я замечаю всё.

Всегда.

- Ты издеваешься надо мной? - спрашивает она.

- Нет.

- Тогда почему мне уже не нравится выражение твоего лица?

Я чуть наклоняюсь вперёд.

- Потому что ты слишком хорошо понимаешь, что будет дальше.

Её дыхание сбивается едва заметно.

И мне этого достаточно.

Потому что вот теперь всё стало именно таким, каким и должно было быть: ночь, пустой сад, тишина, тени, её лёгкая неуверенность и мой холодный, выверенный интерес. Не спешка. Не хаос.

Только напряжение, которое растёт медленно, как тёмная волна перед тем, как накрыть с головой.

Спенсер делает ещё один шаг назад. Потом второй. И, наконец, отворачивается.

- Минуту, да? - бросает она через плечо.

Я не отвечаю.

Просто смотрю, как она уходит в темноту между деревьями, и позволяю себе ту самую тонкую, почти мрачную усмешку, которую редко кто видит.

Потому что игра уже началась. И, чёрт возьми, я собираюсь её выиграть.

И получить то, что по праву было и всегда принадлежало только мне: ее.

Полностью и без остатка.

Она моя.

Моя.

Моя.

Моя!!!