Глава 46

США, Вашингтон. 2024 год. Несколько месяцев спустя.

 Джессика Миллер, всегда полагала, что свадьба – это раз и навсегда. Это то событие, которое сохраняет в сердцах нежные воспоминания и восторг. И всё это, не продержится и дня, без настоящей, крепкой любви. Её родители с самого детства показывали, какая она может быть: всеобъемлющая, взаимная, долгая. Что без поддержки друг друга и понимания, весь белый свет уже давно бы разрушился. Да и сама Джес, из тех сказочных людей, что меняют жизнь, превращая её в эффектную, позитивную, наполненную волшебством. Она как лучик солнца в темном туннеле, зазывает вас перейти на сторону счастья, забывая про печали. Она особенная девушка, мечтающая о свадьбе, которая могла бы запомниться не только ей, но и близким. Может, поэтому она привезла всех гостей сюда, в место под названием «Домик на дереве», в Вашингтоне. Здесь, в окружении пушистого, высокого леса, скрывающего их всех от целого мира, Джессика решила стать женой Джека Фрейзера.

Джек, больше никогда и не думал, что снова возьмет чью-то руку в свою и произнесет громкое «да». Последние несколько лет, он проживал во тьме, удобной для него. В ней укрываются все израненные люди, не желающие принимать чью-то помощь. В ней удобно, уютно, темно, никто не бередит старые раны, не заставляет выходить из зоны комфорта и сражаться с миром, что причиняет порой невыносимую боль. Выучившись на программиста, он совсем запер себя в четырёх стенах маленькой квартиры Лондона. Нью-Йорк, тоже мало чем впечатлил. И продолжая сидеть в своей скорлупе, он пропускал целую жизнь. Всё мимо и ни грамма сожалений, только прошлые воспоминания, которые он пролистывал в голове, как книгу. И случилось чудо! Возможно, что чудо посылается нам специально, чтобы направить на дальнейший, правильный путь? Джек не знал, кто-то ли ему помог найти Джес, или она сама появилась, но теперь мало что могло сделать его жизнь прежней.

Он внимательно смотрел на её бледное, но такое живое лицо, слегка преображенное свадебным макияжем. А её алые губы, так и растягивались в призывной, озорной улыбке. Он знал каждую морщинку и родинку, что сейчас скрывало пышное, молочное платье, превратившее девушку в принцессу. На плечах смешно топорщились рукава «фонарики», которые Джес яро защищала перед ним, когда он смеялся. Из-под чересчур длинного подола, иногда выглядывали носочки белых туфель. Девушка вела его вперед, в чудо-дом, где так часто обручаются люди. Деревянный, двухэтажный, построенный в старинном стиле, он приветствовал их своей треугольной крышей и довольно непрочным, висячим в воздухе мостом.

- Ты ищешь приключений, верно? – откашлявшись, остановил её Джек.

Она покраснела и тихо рассмеялась.

— Это самое популярное место, и самое захватывающее, — заверила девушка, кивая, отчего золотистые кудри, слегка выбились из высокой прически.

Мужчина заботливо поправил прядь и вздохнул.

- Мне неважно место, важна только ты, — уткнувшись в её лоб, прошептал Джек.

- Тогда идем со мной, — прошептала она.

Джек послушно вложил свою руку в её ладонь, что едва обхватывала пальцы, и вместе, ни капли не боясь, они прошлись по мосту, туда, где уже их ожидал священник. Джессика яростно помахала своим родителям, что стояли по правую сторону, у окна, освещающего всё помещение и выглянув, заметила оставшихся друзей.

Все эти фонарики, охватывающие дом со всех сторон, напоминали Джеймсу Фастеру – свет. Тот самый свет, когда, находясь в отчаянье, он подталкивает тебя на свершения. Наверное, единственное, что он понял в своей жизни – никогда нельзя сдаваться. Всегда идти вперед, даже если идешь босиком по раздавленному стеклу. Жизнь жестока, и она не выбирает людей сильнее духом, дабы испытать их. Она смотрит на всех, дает испытания каждому. Только не все выбираются на поверхность другими. А ещё Джей знал, что в мире множество людей, которые тебе предназначены. Он бросил взгляд на Мисси, что дрожала от легкого ветерка, и скосил взгляд на Кэт, которая, выпрямив спину, что-то говорила. Все люди, что повстречаются на пути, будут менять тебя, ломать, делать лучше. Кто-то подарит счастье, кто-то мимолётную страсть, кто-то семью.

Джеймс вошел в тесноватый холл, где по горизонтали расставленные стулья, на спинках которых выделялись ленточки и белые розы. Сквозняк здесь так и гулял, словно хозяин, но он так и подталкивал его к другу. Протянув свою ладонь в знак поздравления, Джей крепко обнял Фрейзера. Именно его слова порой, наводили его на простую истину.

Друзья в жизни безмерно важны. Мисси Фастер, скромно сжимая подол фиолетового, шелкового платья до пят, слезливо наблюдала за двумя друзьями, что преодолели невероятный путь до счастья. Их улыбки друг другу, сильные рукопожатия и, в конце концов, объятия, сквозили теплотой и доверием, чем не каждый мог бы похвастаться. Она благодарна Джеку, и новым знакомым Джея, что помогли ему справиться с той болью, которую ей пришлось вынашивать в себе. Мисси огляделась. Едва живая, округлая лестница, обвешенная шарами и цветами, вела на второй этаж. Пол под черными туфлями, так и скрипел, но настойчиво держал гостей. Ей показалось, что домик очень похож на её душу: израненный, с трещинками по углам, но наполненный свежим воздухом и светом. Здесь чувствовалась некая сказка, что пряталась за дикими цветами, пытающимися проникнуть внутрь. Теперь Мисси точно верила в сказку, ведь поборов самую страшную тьму в себе, вопреки всему, она оказалась здесь.

- Мы начинаем? – спокойно поинтересовался мужчина в черном одеянии и крестом, остановившись в середине зала.

Джес отрицательно покачала головой, чмокнув Джека в щеку. Тот смущенно потрогал лепестки роз в её букете. Невеста подмигнула Лео, что стоял в самом дальнем углу, нашептывая некую историю, неизвестной девчонке, краснеющей время от времени. На нем сегодня фрак, что облеплял спортивную фигуру полицейского, и бабочка, которую он то и дело поправлял. Чейз помахал невесте и подошел к входной двери. Прищурившись, он пытался разглядеть последнюю пару, что, как всегда, опаздывала.

- У нас ещё не все подошли, — заметил Лео, кивнув на улицу.

- Вроде ехали все вместе, — пожала плечами Джессика, обходя все праздничные стулья и поправляя листья, которые будто желали сбежать поскорее.

- Ох уж эти влюбленные парочки, — усмехнулся Джеймс, притянув к себе Мисси и зарывшись носом в мягкие волосы. Она хихикнула, но даже не шелохнулась, прикрыв глаза от удовольствия.

- Ладно, спешить не будем, — задумчиво ответила Миллер, извиняющее пожав плечами. – Им и так далось тяжело, признать некоторые моменты. Пусть побудут вместе.

- Просто дело в том, что «влюбленные часов не наблюдают», — хмыкнул Джек, взяв невесту за руку.

Джес прыснула.

- Не знала, что ты читаешь русские комедии, — удивилась девушка.

Джек шутливо поклонился и поцеловал её ладонь.

- У нас будет целая жизнь, чтобы узнать тайны друг друга, — шепнул мужчина.

- Что же, я уже хочу начать, — засмеялась девушка, обхватив его плечи.

Кэтрин Сталлер не спешила, хоть и осознавала, как подруга не любит опоздания. Вопреки всему, ей хотелось насладиться чудным моментом спокойствия, что проникло в душу, словно подняло её над землей. Запах леса и ещё не растворившейся росы, так и влетал в нос. Здесь всё сияло жизнью и утренней свежестью. На том высоком дереве, уходящем в небеса, заметила совсем рыжую белку, что со скоростью света перебиралась по веткам. На заднем плане, кажется, пели птицы, которых раньше она совсем не замечала. Что она вообще замечала в этой жизни, кроме, стремления стать врачом? Порой хочется просто остановиться, вдохнуть больше воздуха в легкие, и на выдохе осознать, как же ты счастлив!

Да, сегодня, как и в остальные мелькающие дни, она была счастлива. С сильной рукой, держащей её ладонь, девушка понимала, что теперь любые неудачи и проблемы, будут сражены. Почему? Потому что любовь, если она настоящая, взаимная, победит любого врага. Она вдохновит, она подскажет, она согреет, убережет от страданий и боли. Бушующая, как смерч, и горячая, как солнце, всегда удержит вас от ошибок и боли.

- Этот мост, похож на наши приключения, — рассмеялась Кэтрин, повернувшись к Ричарду.

Коуэн оглядел сооружение. Четыре деревянные палки: две с их стороны и две с той, единственное, что удерживало мост на весу. На вид крепкая веревка, обвивала доски и вытягивалась словно канат.

- Мы же всегда со всем справлялись, — отмахнулся Рич и потянул девушку вперед.

Он подумал и остановился точно посередине, ухватившись за веревки.

- В чём дело? – удивилась Кэт, вцепившись в его локти, ведь мост постоянно потрясывало, как от землетрясения.

Ричард хитро улыбнулся, отчего его темные глаза потемнели и заискрились шалостью. Удержав равновесие, он галантно поклонился, протягивая ей руку.

- Потанцуем?

Кэт ахнула, но даже не думая, присела в реверансе, отдавая не только свою руку, на этот танец, но и своё сердце. В черном костюме с жилеткой под пиджаком, Ричард походил на джентльмена старых лет, а с сияющим, страстным взглядом, на героя её романов, что она читала в детстве. Интересно, пройдет ли когда-нибудь чувство трясущихся коленей, когда его рука ложится на её талию? Лучше бы нет, потому что стоит посмотреть на его черные, лоснящиеся волосы, слегка падающие на лоб, и она готова пойти за ним на войну. Стоит его пухлым губам, растянуться в усмешке, на спине собирается целое собрание мурашек, а мозг громко кричит «люблю».

Кэтрин так прекрасна! В его голове эта фраза с самой их первой встречи. Её грозовые молнии в небесных глазах, когда она злится. Её сморщенный носик, когда ей что-то не нравится. Как забавно дергается её правое плечо от раздражения. Ричард Коуэн знал о ней всё: все повадки, привычки, желания. А особенно он знал, насколько сильно Кэти любит его. Наверное, настолько же сильно, как он любит её. Это невообразимая, немыслимая тяга друг к другу, бушующего океана, когда она пытается поглотить всё на своем пути, во время шторма.

Она так великолепна в этом серебристом платье, рукава которого спадают с плеч, открывая ему безупречную кожу, с родинкой на ключице. Кэтти прекрасно двигается, улавливая его ритм, словно слышит ту же песню, что и он. Бывает же такое, что два человека на целой планете, находят друг друга и подходят так, как никто бы не подошел. Они не просто читают мысли друг друга, а заканчивают предложения. Они единое целое. Стали единым целом, после преодоления препятствий. Ему вспомнился тот дождливый день, когда по его вине улетел зонтик, и как яростно она защищала свою правоту. Вспомнилось, как он украл её на улице, и как кулачки яростно били по его спине. Кэти всегда боролось с несправедливостью, не сдавалась объятиям горя. Он помнил, что она доверилась ему с самого начала, и шла за ним вопреки всему.

Прижав к себе девушку, он задвигался плавнее и медленнее, вдыхая её сладкие ароматы, что были сильнее окружающего леса. Он рос на чувстве долга и желания отца, стать полицейским. Рич никогда не любил свою профессию, что впоследствии стала его работой. Для него «спасать людей», как говорил отец, стало гильотиной на шее, которую он везде таскал за собой. И впоследствии к тоске по отцу, и не любви к работе, присоединилось желание одиночества. Всегда вспоминал отношения отца и матери, и их ужасающий конец. Два несчастливых человека в обществе, пытающихся показать, что всё хорошо.

Ричард Коуэн не желал быть отцом. Он уже другая личность, со своей историей. Нашел его убийц, встретил любовь всей своей жизни, приобрел замечательных друзей и по-настоящему поверил в работу полицейского.

- Идем? – спросил Рич, отвлекаясь от своих мыслей.

Кэт подняла голову и поцеловала его.

- Я люблю тебя, Ричард Коуэн, — выдохнула она.

Он улыбнулся.

- И я люблю тебя, моя Кэти.

Войдя в домик, где собрались все, кому можно доверить свою жизнь, священник начал свою речь. Джек крепко держал за руку свою невесту, хоть лицо его совершенно растерянно. Вероятно, он тоже не слушал, о чем говорил старец. В его душе витали эмоции, что ощущали все присутствующие. И это только светлые, прекрасные, сильные чувства, что спасут этот мир.