Глава 8-Бывшие друзья

ГЛАВА 8 — БЫВШИЕ ДРУЗЬЯ

Часть 1. Встреча под дождём

Следующий день. Вечер. Улица за школой.

Дождь.

Холодный, монотонный, беспощадный.

Капли били по асфальту, создавая тысячи маленьких взрывов в лужах. Где-то вдали гудели машины — далёкий, чужой мир. Но здесь, в этом переулке, был только я, дождь и тишина.

Я стоял в одном конце улицы — в капюшоне, тёмные очки скрывали глаза. Медленно снял капюшон, позволив дождю стекать по волосам, по лицу.

Губы сжаты. Тело напряжено.

Готов к битве.

С другого конца переулка шёл он.

Исмоил.

Тоже в капюшоне. Медленно приближался — против ветра, против дождя, против всего мира.

Капли попадали ему в лицо, но он не моргал.

Он тоже снял капюшон.

Мы остановились — два метра друг от друга.

Лужи отражали тусклый свет фонаря между нами.

Два силуэта. Два зеркала.

Я говорю — спокойно, с горькой ухмылкой:

— Ну что ж, Иса. Давно не виделись.

Он смотрит на меня — задумчиво, чуть улыбается.

— Ага... Сколько лет прошло с нашей дружбы в детском саду.

Пауза. Он смотрит в сторону — туда, где нет ничего, кроме воспоминаний.

— Жаль, ты пошёл в параллельный класс. Сейчас бы мы просто стояли... Может, курили бы.

Он выдыхает — словно вспоминая прошлое, которое мы похоронили.

— Ага... — отвечаю я.

Тишина.

Только звук дождя.

Капля скатилась с оправы моих очков — медленно, как слеза, которую я не мог пролить.

Я поправил очки.

И резко принял боевую стойку.

Исмоил удивлённо моргнул — но без страха. Только понимание.

Он тоже принял стойку.

Лёгкий полуприсед. Руки напряжены. Взгляд острый.

Между нами — два метра.

И целая пропасть прошлого.

Часть 2. Танец смерти

Первый удар.

Исмоил сделал шаг вперёд — резко, взрывно.

Боковой пинок ногой — прямо в голову.

Воздух свистнул от удара.

Я отшагнул назад — мгновенно, на автомате.

Его нога пролетела мимо — на волосок от моего лица.

Он всё ещё быстр.

Я ответил серией ударов руками — левая, правая, хук.

Он уклонился, уклонился, блокировал.

Контрудар в плечо.

Я блокирую.

Мы двигались по кругу — как танцоры, как зеркальные отражения.

Каждый удар — отработанный, знакомый.

Мы знали движения друг друга.

Потому что когда-то мы были одним целым.

Дыхание тяжелело.

Дождь бил по лицам.

Кровь и вода смешивались на асфальте.

Мой удар.

Я отскочил назад — резко развернулся.

Удар ногой с разворота — точно в лицо.

Время замедлилось.

Ботинок почти касается его щеки.

Капли дождя разлетаются в стороны — как искры.

Хрясть.

Иса отшатнулся назад.

Из носа — кровь.

Он вытер её рукой, посмотрел на красное пятно на ладони.

Потом на меня.

Лицо серьёзное.

А потом — лёгкая, почти детская улыбка.

— Вот это уже интересно...

И в этой улыбке — всё наше прошлое.

Песочница. Игрушки. Смех.

Когда мы были друзьями.

Его удар.

Внезапно он бросился вперёд — схватил меня за куртку.

Два резких удара в живот.

Бух. Бух.

Боль взорвалась в животе — острая, выжигающая воздух из лёгких.

Я согнулся, но не упал.

Исмоил оттолкнул меня всей массой — сильно, жёстко.

Я полетел назад.

Спина ударилась о бетонную стену.

БАМ.

Голова — об стену.

БУМ.

Звук — глухой, гулкий, как удар молота.

Дождь стекал по стене.

Мир закачался.

Гул в ушах.

Всё плыло.

Встань.

Встань, блядь.

Я закрыл глаза на секунду.

Потом открыл.

Шатаясь, пошёл вперёд.

И врезался кулаком в его лицо — мощный хук справа.

Всё, что у меня осталось.

Вся моя ярость. Вся моя боль. Все эти годы.

ХРЯСТЬ.

Мы оба упали.

Часть 3. Тишина после бури

Земля.

Холодная. Мокрая. Грязная.

Я лежал на спине — смотрел в небо сквозь дождь.

Капли падали на очки, размывая мир.

Рядом — Исмоил.

Лежал на боку.

Разбитое лицо. Мокрые волосы. Кровь смешалась с грязью.

Мы оба не двигались.

Только дышали — тяжело, хрипло, еле.

Тишина.

Только дождь.

Шшшшш...

Музыка в голове затихла.

Остался только этот звук.

Исмоил пошевелил рукой.

Повернул голову ко мне.

Прошептал — тихо, почти нежно:

— Мы всё равно похожи, брат...

Я не ответил.

Только смотрел в небо сквозь капли на очках.

Похожи.

Да.

Два осколка одного разбитого зеркала.

Два лидера, идущих в никуда.

Два друга, ставших врагами.

Два мальчика из песочницы, которые выросли в монстров.

Часть 4. Воспоминание

Флешбэк — Детский сад.

Солнечный день.

Мы сидим в песочнице — маленькие, беззаботные.

Исмоил строит замок.

Я подаю ему формочки.

Смеёмся.

Держимся за руки.

Бежим по траве — свободные, счастливые.

Когда мир был простым.

Когда не было банд, драк, крови.

Когда мы были просто... детьми.

Возвращение.

Я моргнул.

Дождь всё ещё шёл.

Исмоил всё ещё лежал рядом.

— Похожи... — повторил он еле слышно.

Я закрыл глаза.

Да, Иса.

Мы похожи.

Слишком похожи.

И именно поэтому мы не можем быть вместе.

Потому что два лидера не могут стоять рядом.

Только друг против друга.

Часть 5. Последние слова

Я медленно сел.

Тело ныло от боли.

Рёбра, голова, живот — всё горело.

Посмотрел на Исмоила.

Он тоже сидел — держась за бок, с кровью на губах.

Мы смотрели друг на друга — долго, молча.

В его глазах — то же самое, что и в моих.

Усталость.

Пустота.

И странное облегчение.

— Это было... честно, — сказал я тихо.

Он кивнул.

— Ага. Один на один. Как и обещали.

Пауза.

Дождь усилился.

— Что теперь? — спросил я.

Исмоил пожал плечами — болезненно, с гримасой.

— Не знаю. Наверное... продолжим. Но уже не как друзья.

— Никогда не были врагами по-настоящему, — сказал я.

— Нет, — согласился он. — Просто... по разные стороны.

Он встал — с трудом, шатаясь.

Я тоже встал.

Мы стояли напротив — два разбитых воина.

Исмоил протянул руку.

Я посмотрел на неё.

Потом — на его лицо.

Пожал.

Крепко.

— Береги себя, Нурмухаммад.

— И ты, Исмоил.

Мы отпустили руки.

Развернулись.

И пошли в разные стороны.

Часть 6. Одиночество

Я шёл по пустой улице — один.

Дождь смывал кровь с лица.

Но не смывал боль.

Физическую — да.

Но внутреннюю — нет.

Я потерял друга сегодня.

Нет.

Я потерял его давно.

Просто сегодня мы это признали.

Остановился у фонаря.

Посмотрел на своё отражение в луже.

Разбитое лицо. Пустые глаза.

Кто я?

Победитель? Проигравший?

Ничья — это тоже результат.

Но почему так больно?

Достал телефон.

Написал Малике:

**«Прости. Я не знаю, кто я больше. Но я пытаюсь разобраться».**

Отправил.

Убрал телефон.

Пошёл дальше — сквозь дождь, сквозь боль, сквозь тьму.

Один.

Как всегда.

«Некоторые дружбы не выдерживают испытания властью. Но память о них остаётся навсегда».

КОНЕЦ ГЛАВЫ 8

"Мы всё равно похожи, брат..."