Глава 23

14 декабря 1996 год, Выручай Комната

— Это никак не повлияет на наше общение и занятия, — обретя возможность говорить после двадцати минут их общего молчания, что нарушалось сдавленным дыханием двух не смотрящих друг на друга взглядов, сказала Гермиона.

— Это не вопрос.

— Это и не было вопросом.

Малфой кивнул.

— Думаю, мне стоит попытаться начать переносить свои продвижения в окклюменции на то, ради чего это изначально было начато, — откинув волосы с лица и обернувшись, решительно провозгласила Гермиона. — Когда ты готов попробовать?Вперившись глазами, она несмотрящим взором обратилась на него.

— Я надеялся, ты отказалась, — тихо ответил Малфой.

— Я уже говорила, что прошу твоей помощи. Она по-прежнему нужна мне, — холодно отрезала она.

Изучая ее пустым взглядом, Драко несколько секунд молчал, прежде чем выдохнуть и встать, отходя от рояля.

— Завтра, — подавая руку ей, сказал он. — Я напишу о времени.

Проигнорировав его ладонь, Гермиона встала.

— Хорошо.

Тихо выдохнув еще раз, Малфой указал протянутой рукой на выход, побуждая ее сделать шаг и пойти перед ним.

Молча следуя по темным коридорам, она думала только о том, чтобы дойти до Башни и упасть на пол.

Кап.

Цветы не вырастут.

Кап.

Их даже не зачали.

Замедляясь у развилки, она стиснула до скрипа зубы.

— Не провожай меня.

— Грейнджер, — едва слышно протянув, он продолжал идти.

— Не провожай, — почти рыча, она ускорилась.

Гермиона слышала, как Малфой продолжал идти за ней, пока она гналась, отчаянно переставляя ноги.

Кап.

Не смей заплакать.

Кап.

Не смей. Не смей.

Оказавшись перед входом в свою Башню, она замерла.

Уйди.

Уйди.

Но Драко стоял сзади.

Задержав дыхание до распирающей и жгучей боли в легких, она резко обернулась на него.

Он выглядел как ангел слез, как ангел боли. На его серебряные пряди мягкими пылинками ложился лунный свет.

Внезапно в один миг все ее существо налилось... злобой.

Как он посмел?

Сорвавшись со всех ног, Гермиона вплотную подошла и так по-детски принялась бить его в грудь трясущимися кулаками.

Как он посмел?

Как он посмел последовать за ней?

Как он посмел к ней заявиться?

Как он посмел напомнить о способности дышать за несколько секунд, прежде чем перекрыть своими пальцами вновь обретенный кислород?

Малфой даже не пытался прекратить ее односторонний бой, стоя смиренной возвышавшейся фигурой и обреченно принимая каждый вперенный удар.

Замедляя кулаки и опускаясь лбом на поврежденное ее руками место, она глотнула ароматы сандала, кедра и разрезанного сердца пополам, что было отражением района ее ребер.

— Драко, — не удержавшись и схватившись за его мантию, она судорожно выдохнула его имя, заикаясь всхлипом и не пытаясь ничего сказать.

Он поднял руку, накрывая ее пальцы и задерживаясь поверх них на несколько секунд, прежде чем мягко обхватить и отнять от себя, заставив Гермиону оторваться.Держа ее ладонь в своей, Драко медленно поднес бледнеющую кисть к губам и уронил холодный поцелуй.

— Спокойной ночи, Грейнджер, — отпуская пальцы, сказал Малфой, унося свой образ прочь.

***

— Ты все испортила! Ты все испортила! — запуская в нее горсть размокшего песка, кричал темноволосый мальчик.

— Извини, я не хотела... — растерянно смотря на исчезающие в воде части, сказала Гермиона, убирая грязь со своего лица. — Я не специально.

— Убирайся, уродина! — захлебываясь слизью, что текла из покрасневшего от гнева носа, завизжал он.

— Я же сказала, что случайно. И я извинилась.

— Какая мне разница от этого? — ударяя кулаками волны и размазанный песок, не прекращал свой вопль мальчик. — Ты разрушила его! Ты его разрушила! Твои извинения не вернут его! Противная уродливая девчонка! Убирайся!

Вбежав по лестнице в бунгало, она хлопнула дверью.

Схватив лежащую на тумбе книгу, Гермиона вновь погрузилась в безопасный мир.

«Отныне, — внушал самому себе Жюльен, — я буду полагаться только на те черты моего характера, которые я уж испытал на деле. Кто бы мог сказать, что я с таким наслаждением буду обливаться слезами? Что я способен любить человека, который доказал мне, что я дурак?»

***

— Мисс Грейнджер? — размывая смятое воспоминание, возникшее внезапно в ее голове, окликнула МакГонагалл.

Сидя в холодном кабинете уже несколько минут и нервно щелкая своими пальцами, Гермиона так и не придумала, что говорить уже как долгое затишье ждущей ее слов обеспокоенной Минерве.

— Я эмпат, — безжизненно выдала она в итоге, уловив почти мгновенный судорожный вздох, который выпустила пораженная профессор. — В Новой Зеландии произошел один... инцидент, и мне пришлось использовать палочку.

Густая тишина повисла в воздухе, затягивая старый жгут.

Гермиона смутно помнила, как закончилась ее вчерашняя ночь. Она не помнила, как заснула и встала утром. Как она добралась до кабинета тоже стерлось из заплывшей памяти.

Кажется, она пропустила завтрак.

— Гермиона... Почему вы сразу не сказали мне? — дрожащим тоном спросила МакГонагалл. — Вам нужна помощь? У вас есть литература?

«Знатное происхождение наделяет человека множеством всяких качеств, отсутствие которых оскорбляет меня, — я замечаю это на примере Жюльена, — думала Матильда, — но оно стирает те качества души, которыми заслуживают смертный приговор».

— Гермиона? — стук в дверь, отдавшийся вибрацией в спине, оторвал ее от тихих букв.

Поднимаясь на ноги и откладывая книгу, она открыла дверь.

— Ты знаешь, кто такой Оливер? — спросила сразу же стоящая в проходе мама.

— Нет.

Нахмурившись, она ледяным взглядом обвела затихшую Гермиону.

— Миссис Барлоу — мама Оливера — сказала мне, что ты намеренно испортила его песочный замок, кинула в него песком и оскорбила.

Без эмоций на лице смотря на мать, Гермиона медленно сглотнула.

— Ты ей веришь?

— Все в порядке, благодарю вас, профессор, — ответила Гермиона. — У меня есть все необходимое.

МакГонагалл свела на переносице тонкие брови.

— Вам помогают? — прищурившись, спросила вкрадчиво она.

— Мне помогают, — неосознанно схватившись за серебряную драгоценность, Гермиона кивнула.

— Кольцо?

— Кольцо.

Так же кивнув, Минерва шумно выдохнула носом.

— Я хочу услышать твой рассказ, — напряженно сказала ее мать.

Неизвестный ей до этого момента спазм стал сокращениями бить всю левую часть тела.

— Почему ты подумала, что я могу так сделать?

— Я ничего не подумала, — устало возразила ее мать. — Я спрашиваю тебя о том, что там случилось.

— Я разрушила его замок случайно. И я извинилась за это.

— Зачем ты кинула в него песок?

— Могу ли я быть свободна, профессор? — глухо спросила Гермиона.

Волны жалости и беспокойства доходили до нее даже с защитой на руке.

— Мисс Грейнджер, — напряженно начала Минерва, — если вам понадобится моя поддержка или помощь, вы всегда можете рассчитывать на нее.

— Спасибо, профессор, — заставив себя натянуть улыбку, Гермиона встала с места.

Картинка на ее глазах начала расплываться.

Семь шагов, и она выйдет.

Оставалось два, когда ее окликнул тихий голос.

— Гермиона.

Потерянный портрет Рембрандта — именно так сейчас выглядела МакГонагалл.

— Мне очень жаль.

Ничего не ответив, Гермиона вышла в коридор.

Тридцать девять.

Сорок.

Сорок один.

Сорок два.

— Гермиона?

Почему?..

Почему всегда именно так?

— Джинни, — почти не разнимая губ, произнесла она, когда подруга подошла к ее застывшей тени.

— У тебя все в порядке? Ты такая бледная...

— Все в порядке, спасибо, — отмахиваясь от нее, бросила Гермиона.

Холод все сильнее пробирал.

— Ты что-то хотела?

— Я... — заикнувшись, Джинни замолчала, растянув кривые уголки. — Нет, я просто хотела предложить тебе прогуляться вместе со мной и с Дином в Хогсмид.

Ложь.

Но у нее не было сил дойти до правды.

— Спасибо за приглашение, — пробормотала Гермиона, переступая с ноги на ногу, — но у меня невыполненное задание по трансфигурации, — натыкаясь на нервный кивок, она сглотнула. — Обязательно сходим в другой раз.

— Конечно, — отступая, вставила Джинни.

Ее спина почти достигла лестницы, когда противный червячок внутри вынудил Гермиону обратиться:

— Джинни, — встретившись взглядом с обернувшейся Уизли, она произнесла: — приходи ко мне завтра в Башню... — едва шевеля языком, предложила она. — Если хочешь.

Мелькнувший блеск в глазах Джинни заставил ее сжаться.

— Я приду, — с благодарностью она улыбнулась.

Еще ровно двести двадцать шесть шагов, и Гермиона будет в Башне.

Минус двести двадцать пять.

Минус двести двадцать четыре.

Минус двести двадцать три.

Ледяная волна омыла ее тело, и дрожащий мир всего за один вздох зажегся и погас.

Лавина рухнула, обрушившись на воздух.

***

— Почему ты поверила, что я могу кинуть в него песком?

— Гермиона, ты бросала в него песок или нет?

— Ты же уже спросила, почему я это сделала, значит, ты считаешь, что я уже так поступила. Почему?

Вымученно выдохнув, ее мать откинула шею.

— Гермиона, нам здесь жить еще три недели, — сказала она. — Они наши потенциальные партнеры по бизнесу и соседи. Миссис Барлоу хочет, чтобы ты извинилась перед Оливером.

— Я извинилась! — разразилась Гермиона. — Я сказала, что я извинилась, и сказала, что я не специально. И я не кидала в него песком! Это он кинул в меня им!

— Гермиона, успокойся, — строгим голосом окликнула высокая фигура. — Просто извинись еще раз для его матери.

— Но я не виновата! Мне не за что извиняться перед ним второй раз!

— Тогда притворись, — вкрадчиво сказала ее мать. — Притворись, что извиняешься. Будь хитрее.

— Но я не хочу.

— Иногда приходится делать то, что не хочешь, Гермиона.

В ее сне был странный запах.

Никогда раньше ей не снились запахи.

Бергамот и можжевельник.

Сырость и туман.

Сандал и...

— Блять, слава яйцам Салазара, ты жива, — раздался низкий голос над ее лежащим телом.Моргнув несколько раз и ощутив под собой мягкое пространство, Гермиона нахмурилась, пытаясь сфокусировать взгляд.

Напряженное лицо Блейза Забини нависало над ее шокированным взором.

— Блейз? — прохрипела она, чувствуя сжигающую горечь и осматривая комнату, что открывалась за его спиной. — Где я?

— В мужской спальне Слизерина.

— Что? — пропищала она, пытаясь приподняться.

— Я нашел тебя лежащей без сознания в коридоре и не знал, куда тебя нести, — жестким тоном отрезал Забини. — Я предположил, что ты такая же придурочная, как и наш общий знакомый, раз вы стали с ним общаться, — снисходительно взглянув, дополнил он, — поэтому я не пошел в больничное крыло.

— Спасибо, — облегченно выдохнула Гермиона, но тут же запаниковала. — Тебя кто-то видел? Меня кто-то видел? Кто-то знает, что я здесь? — пытаясь сесть, не унималась она.

— Полегче, Грейнджер, — опуская ее на матрас за плечи, прервал Забини. — Я не такой тупой, я использовал Дезиллюминационные чары.

— Спасибо, — вновь выдыхая, она внезапно ощутила его аромат.

Пытаясь окончательно прийти в себя, Гермиона оглянулась.

— Это твоя кровать? — недоверчиво она спросила.

— Малфоя, — ответил Блейз, оборачиваясь в сторону двери. — Он должен скоро прийти, я попросил Крэбба и Гойла найти его как можно скорее, когда занес тебя сюда.

— Не надо, — решительно приподнимаясь, она принялась вставать. — Я ухожу, спасибо за помощь.

— Грейнджер, — оказываясь перед ней, Блейз не дал ей соскользнуть с кровати, — не знаю, что там у вас с Малфоем, но раз уж ты попала сюда полумертвой, пока не будешь выглядеть нормально, не уйдешь. У Малфоя есть зелья, выпьешь их и сами с ним решите, что вам делать.

— Нет, — она уже приготовилась обрушить пламенную речь, когда раскрылась дверь, заставившая ее вздрогнуть.

— Забини, что такого срочного... — лениво появляясь статным силуэтом, Драко шагнул внутрь.

Тяжело вздохнув, Гермиона обняла себя за плечи.

— Грейнджер?

— Она валялась на полу в коридоре без сознания, — пропуская Малфоя к своей кровати, на которой восседала Гермиона, проинформировал Забини. — Вы прямо идеальная пара. Ну, знаете, когда парень с девушкой начинают вести себя одинаково, — дополнил он. — 

Настоящий пример для подражания.

— Ты опять не ела, — бегло ее оглянув, сказал Драко.

— Ты опять придурок.

— Я пошел, — бросил Блейз, стремительно двинувшись к выходу.

Вытянув ладонь перед ее фигурой, Малфой выдвинул небольшой ящик, вынимая пузырек.

— Пей, — протягивая, стальным голосом приказал он.

— Что это?

— Амортенция. Решил приворожить тебя, — издевательски он улыбнулся.

Не понадобилась.

— Укрепляющее зелье, — выдохнул Малфой, двигая к ней склянку. — Если ты у нас такая противница классических способов получения энергии — пей что дают.

— Со мной все нормально, — равнодушно она выдавила.

— Пей или я залью тебе его в глотку сам.

— Неужели? — подаваясь на него, оскалилась Гермиона. — Рискни попробовать.

Наклонившись прямо к ней и вперив руки рядом с ее пальцами, что сжали покрывало, 

Драко был в нескольких миллиметрах своим носом от ее.

Задрав до боли подбородок и впившись затянувшейся от гнева радужкой в нависшего над ней дракона, Гермиона — снова, добровольно и привычно — в один миг обвила на своей шее петлю.

— Почему ты опять не ела? — глухим хрипом прошептал у ее губ заметно помрачневший Малфой.

— Отстань, — отворачиваясь, выплюнула Гермиона.

Обхватив ладонью подбородок, он вернул ее к себе.

— Почему ты не ела?

Сжав пальцы сильнее на ее лице, Малфой снова наклонился ближе.

— Почему ты не ела? — с нажимом произнес он, подкрепляя это вмятиной на подбородке.

— Потому что я ненавижу тебя! — откидывая его руку от себя и снова ударяя в грудь, выкрикнула Гермиона.

Схватив палочку, Драко резко ей взмахнул, направив запирающее и заглушку в сторону двери.

— Можешь не делать этого, я ухожу, — заявила она, встав и зашагав мимо него.

Поймав и обхватив запястье, он резко дернул ее на себя, заставив развернуться.

— Ты никуда не пойдешь.

— Силой меня здесь оставишь?

— Не премину подобным вариантом, — подавая ее на себя, отрезал Малфой.

— Угрожаешь мне?

— Брось, милая, — растягивая губы в хищную улыбку, пропел Драко. — Если бы я угрожал, ты бы не задала вопросов.

— Отвали от меня, — вырываясь, прошипела она.

— Глотай зелье и иди куда захочешь, — поднимая склянку и сверкая ею у лица, процедил он через зубы.

Выхватив зелье, она откупорила его, отшвырнув в другой конец оставленную пробку, и одним взмахом выпила все до последней капли.

— Сними заклятие с двери, — бросив пустой пузырек на его кровать, потребовала Гермиона.

— Собираешься завести новых друзей? Думаешь, тебя радушно примут у нас в гостиной? — самодовольно насмехался Малфой. — Или ты у нас всегда мечтала стать звездой? Как думаешь, как быстро все узнают, что золотая девочка вышла из спальни слизеринцев? — растягивая губы в кривую ухмылку, он театрально поднес кисть ко лбу. — А что будет с бедным Поттером, ты подумала?

Вытащив свою лозу, она направила ее на дверь.

Палочка внезапно вылетела из руки, оказываясь у него в ладони.

Как он...

— Ты обалдел, Малфой?Он...

Он невербально ее обезоружил?

— Мне такая слава не нужна, — крутя длинными пальцами отобранное древко, сказал Малфой.

— Отдай сейчас же! — бросившись к его ладони, выкрикнула она.

Драко резко поднял руку вверх, заставив Гермиону вскинуть голову и взгляд к лозе.

— Забери сама, — ухмыльнувшись, сказал он.

— Ты придурок! Ты ведешь себя как ребенок!

— А как кто ведешь себя ты? — меняя тон и опуская голос, спросил Малфой.

Убрав ее палочку в задний карман, он снова обозлился.

— Какое тебе вообще дело? — скрещивая руки на груди, плевалась она желчью.

— Ты, блять, прекрасно знаешь, какое мне дело, — прорычал он, подаваясь на нее.

— Нет, не знаю! — срывая связки, закричала она.

Ее губы задрожали, голос надломился.

— Грейнджер, не надо, — глухо выдавил он.

Горький запах ее слез облачил комнату.

— Пожалуйста, выпусти меня, — прошептала Гермиона.

Отвернувшись, она уставилась на дверь.

Даже если бы он не стоял в данный момент у нее за спиной, она бы чувствовала его жизнь в себе под своей кожей.

Драко Малфой впился ядовитыми клыками в ее плоть, и ей не хотелось, чтобы он отрывался.

Но Драко Малфой не поделится с ней животворным ядом. Он оставит ее жизнь себе.

— Ты была той, кто сказала, что это не повлияет на наше общение, — раздался тихий голос позади, — и ты именно та, кто начала вести себя иначе.

— Почему? — всхлипнув, спросила Гермиона. — Почему ты отказываешься совсем не попытавшись?

Даже не смотря на его лицо, она смогла бы с точностью нарисовать его картину посреди любой из ледяных ночей.

— Вселенная не слишком жалует меня, — едва слышно выдохнул Малфой.

— Но мы могли бы испытать судьбу. Мы могли бы попытаться, Драко, — сглатывая соль, Гермиона заикнулась на последнем звуке. — Возможно, мы смогли бы ее обыграть.

— В такие игры не играют честно, Грейнджер. Нам вряд ли хватит сил.

Сдавленный смешок вырвался из ее горла вперемешку с новым всхлипом.

Не...

Услышав звук закрывшегося ящика, Гермиона вздрогнула и развернулась.

— Я могу перенести тебя в Башню, — стиснув челюсть, сдержанно сообщил Малфой.

Почему ты выглядишь, как будто умер сам, а не убил секундой ранее давно безжизненное тело?

— Я уже не дышу.

Оказываясь перед ней, Малфой громко сглотнул.

Протянув ладонь, он обхватил ее дрожащую кисть пальцами, подходя ближе и опоясывая талию другой рукой.

Отвернув свое лицо, Гермиона задержала воздух.

Рывок в животе, что вызвал рвотные позывы, кончился через пару секунд.

Сжав зубы до скрипа, Гермиона вырвалась из его рук и шумно задышала носом.

— Выпей.

— Что это? — смотря на еще одну склянку и стакан воды, что протягивал Малфой, спросила Гермиона.

— Успокоительное.

Она грустно улыбнулась.

— Не успокоишь.

На...

Сжав губы в тонкую полоску, он снова подошел.

— Выпей и ложись спать. Я оставлю тебе еще одно зелье — примешь его как проснешься, — буквально впихивая в ее пальцы пузырек, проговорил Драко. — Топси принесет тебе еды, раз ты внезапно сменила предпочтения в кухне, — смотря на то, как она запивает водой снадобье, любезным тоном он дополнил.

Взмахом палочки заставив все ненужное исчезнуть, Малфой обхватил ее предплечье, подталкивая на кровать.

— Зелье скоро подействует, и ты заснешь, — отступая от нее на шаг, когда она присела, заявил Драко.

Гермиона медленно скинула туфли и забралась с ногами на кровать, свернувшись на боку.

Словно обо мне ты знаешь что-то...

Малфой стоял безликой статуей, смотря на Гермиону.

Что навек сокрыто от меня...

— Не уходи, — выдохнула она, заставляя его снова сделать шаг назад. — Давай полежим немного вместе.

— Грейнджер... — отступая шорканьем подошвы, Драко подходил к двери.

— Мы просто полежим, — прошептала она, крепче сжавшись. — Не... Не уходи.

— Грейнджер, не надо, — стукнувшись лопатками о запертое дерево, он вскинул голову наверх, закрыв глаза и приложив затылок.

— Мы просто полежим... — едва слышно выдавила Гермиона. — Это ничего не значит. Ты ведь... Ты ведь тоже устал. Я знаю, что ты устал. Давай просто полежим.

Два глухих удара разнеслись по комнате, когда он опускался головой.

— Пожалуйста, — новый стук заполнил воздух. — Пожалуйста...

— Не делай этого, Грейнджер, — его голос походил на скрип мечтающей сорваться с петель двери, о которую прикладывался давно сотрясенный мозг.

— Пожалуйста, Драко.

Останавливая взгляд на ней и прекращая биться, он застыл, смотря на ее вид.

Приподнявшись, Гермиона отползла назад, освобождая место на кровати.

Он снова выглядел так ранено и больно, что комната наполнилась тоской; что комната наполнилась давно забытым ароматом света, что горел, и цвета, что не проявлялся.

Протянув ладонь, Гермиона положила ее на пространство около себя, слегка поглаживая, приглашая его сделать шаг и лечь.

Еще он выглядел растерянно; как будто кто-то только что сказал ему, что все, во что он верил, — чушь; как будто дело его жизни оказалось прахом и он на личном опыте сумел это понять; как будто у него из рук забрали якорь, что держал его все годы на плаву; как будто он не понял что-то, что раньше думал понимал.

— Иди ко мне, — проводя дрожащей кистью по примятому покрывалу, она пригласила вновь.

Его нога едва заметно дернулась, когда Гермиона сказала это.

Драко моргнул, смотря на ее руку и то место, что она открыла для него.

— Иди, — повторила Гермиона.Малфой неуклюже оторвался от двери и робко двинулся навстречу.

Замирая около кровати, он по-детски опустил лицо, уставившись на ткань.

Медленно высвободившись из своих туфель, он вновь поднял растерянное серебро.

Слегка кивнув, Гермиона убрала ладонь с его пространства.

Забравшись на кровать, Драко лег на бок лицом к ее лицу, подобно Гермионе поджимая руки.

Его зрачки нащупали ее и вперились, проникнув в глубь, смешав две жаждущие смешаться массы.

В ее плескались волны, буйной пеной омывая соль.

В его сияли звезды, догорая, падая в обрыв.

— Как твои глаза?

— Все в порядке, — тихо выдохнул он. — Спасибо тебе, — едва слышно прошептал Драко.

Дрогнув уголком губ, Гермиона ближе подтянула ноги.

— Когда ты был без сознания, — сдавленно начала она, почувствовав давление в висках, — Блейз сказал, что если мне нужно будет срочно найти его, то я могу сказать любому слизеринцу...

— Игнис, — договорил он.

— Да.

— Это слово Блейза, — сглотнув, ответил Малфой. — Некоторые из нас имеют подобные знаки, чтобы обратиться за помощью в случае опасности. Об этом знают только слизеринцы, и если кто-то, даже с другого факультета, назовет его — любой слизеринец сразу же передаст информацию, — размеренно продолжил Драко. — В это посвящен лишь наш факультет, и к этому там относятся серьезно. Если кто-то скажет кодовое слово, это автоматически будет означать, что сказавший посвящен и является близким для того, чье слово он назвал.

— У кого еще есть подобное? — спросила завороженная рассказом Гермиона.

— У меня, — хрипло выдавил Малфой, — у Нотта, но к нему вряд ли кто-то обратится за помощью в свете его недавнего поведения, — хмыкнув, дополнил он, — у многих семикурсников.

— Какое слово у тебя?

Ртуть в его глазах нагрелась, разрастаясь вширь.

— Цинния.

Спазм прострелил лиловые отсветы.

Ви...

Два потерянных лица, смотрящих друг на друга посреди зимы, горели, несмотря на иней.

Его запах снова будет жить на тканях, обрекая ее жизнь на невозможный сон.

Его вкус остался помутневшим миражем, что ей привиделся в печали.

Его облик, что расположился в нескольких сантиметрах от нее и вглядывался в данный миг в раскрытую ножом неаккуратно душу, тлеющей фигурой под закрытым веком снова ей закроет путь.

— Что бы ты делал, если бы был свободен? — тихо спросила Гермиона. — Если бы был свободен сейчас.

Малфой моргнул, задерживая плечи от несовершенного после ее слов вдоха.

Он молчал так долго, что ей казалось, он не удостоит ее никаким ответом и уйдет, как только совершит один только ему известный ритуал, но Драко выдохнул свою порабощенную свободу, разделяя ее с ней:

— Жил.

Натянутая нить с громким хлопком разорвалась, ударив оба тела.

С закрытыми глазами подползая ближе, Гермиона опустила голову на его грудь.

Ноги переплелись, пальцы на руках сжались.

Он обхватил ее за талию, едва касаясь и все еще не опуская вес.

Жу...

— Я ненавижу тебя, Драко Малфой.

Он промолчал в ответ.

 * Цитата из книги, которую читает Гермиона в воспоминании, — Стендаль «Красное и черное». Строки, что вспоминает Гермиона, смотря на Драко, — стихотворение Гумилева «Ангел боли».