Ты - мое будущее

На следующий день Кайл ходил по квартире какой-то особенно оживлённый, будто что-то планировал. Я только приготовила себе чай, как он появился в дверях кухни, облокотившись на косяк.

— У меня идея, — сказал он с той своей хитрой улыбкой, от которой я всегда заранее знала: сейчас будет что-то интересное. — Сегодня вечером пойдём в клуб. В Мадрид. Нам нужно отвлечься и просто... повеселиться.

Он сказал это так уверенно, будто уже видел, как мы там танцуем, смеёмся, забываем обо всём.

Я поставила кружку на стол и подняла бровь:— В клуб? Сегодня? Прямо вот так?

— Ага. — Он подошёл ближе и поцеловал меня в висок. — Ты давно не отдыхала. И я тоже. Нам нужно сбросить этот груз с плеч, хоть на одну ночь.

Внутри у меня что-то дрогнуло. Последние дни были слишком напряжёнными — тревоги, неизвестность, сообщения от девочек, его ночные поиски информации. И хоть мне хотелось притвориться, что всё в порядке, я чувствовала, как постоянно хожу сжатой, как пружина.

— Ну... — я медленно улыбнулась. — Я не против.Я даже почувствовала лёгкое возбуждение от мысли, что мы вырвемся куда-то, где громкая музыка заглушит мои мысли.

Кайл улыбнулся шире, довольный собой.— Отлично. Тогда вечером собирайся. Я хочу увидеть тебя... — он сделал паузу, внимательную, игривую. — Такой, какой тебя ещё никто не видел в Мадриде.

Я закатила глаза и засмеялась:— Ох уж этот твой пафос.

— Это не пафос, — он обнял меня сзади, прижавшись лбом к моей щеке. — Это желание провести с тобой ночь, в которой будет только музыка, мы двое... и никакого страха.

Мой смех стих. Его слова были мягкими, но в них чувствовалась тихая тень — он тоже всё ещё переживал. Просто скрывал.

Я положила ладонь на его руку:— Тогда вечером. Обещаю быть готовой.

— Вечером, — прошептал он.

Вечер опустился на город мягко и теплым светом. Мадрид начинал оживать — улицы звенели голосами, музыкой, смехом. Мы вышли из квартиры около одиннадцати вечера, когда воздух уже был прохладным, но всё ещё пропитанным ароматами кафе и ночной жизни.

Кайл взял меня за руку, переплетая пальцы, и мы шагали по освещённым улицам так, будто весь город принадлежал нам двоим.

— Ты готова? — спросил он, и в его голосе звучало чистое предвкушение.— Более чем, — улыбнулась я.

Мы шли к клубу через центр. Ветер играл моими волосами, уличные музыканты испанской гитарой играли что-то ритмичное, и это сразу настраивало на нужную волну. Кайл пританцовывал рядом, подшучивая и перехватывая меня за талию каждый раз, когда я начинала слишком «делать вид, что серьёзная».

— Тиана, ты идёшь в клуб, а не сдаёшь экзамен, — сказал он, подтягивая меня к себе.— Я просто... —— Ты просто выглядишь офигенно, — перебил он, и я засмеялась.

Когда мы подошли к клубу, музыка уже ощущалась на расстоянии — глубокий бас, яркие огни, люди, стоящие у входа и обсуждающие вечер. Кайл пропустил меня вперёд, положив руку мне на спину, и мы вошли внутрь.

Клуб Мадрида был потрясающим.Свет переливался красным, фиолетовым, голубым. Музыка была громкой, но красивой — ритмичной, живой, настоящей. Танцпол вибрировал под ногами, и моментально хотелось двинуться в такт.

— Пойдём? — Кайл поднял бровь.— Уже? — поддела я.— Ага, — ухмыльнулся он, — я хочу украсть тебя у всех этих людей, пока они не поняли, какая ты классная.

Он потянул меня на танцпол, и мы влились в поток музыки.Я чувствовала только ритм, его руки на моей талии, свою свободу. Мы смеялись, танцевали, иногда он притягивал меня ближе — не романтично, а игриво, как будто мы были двумя подростками, сбежавшими на ночную прогулку.

Света было много, музыки ещё больше, а между нами — лёгкость.

После пары коктейлей мир стал... мягче.Гораздо мягче.Музыка будто обнимала нас, свет стал тёплым, а Кайл — каким-то особенно красивым. Хотя он и трезвый такой... но сейчас — особенно.

Мы сидели за маленьким столиком на втором этаже клуба, а перед нами стояли два ярких напитка — что-то фруктовое, холодное и подозрительно вкусное.

Кайл поднял стакан:

— За что пьём? — спросил он, щурясь как кот, который вот-вот скажет глупость.

— За... то, что ты сегодня... выглядишь... ммм... как испанская булочка.

Я сама не поняла, почему сказала именно «булочка». Но было смешно.Очень.

Кайл изобразил драматическую обиду:

— Булочка?! Серьёзно?! А я надеялся быть... я не знаю... тортом хотя бы.— Ты... ты не торт, — уверенно сказала я, обхватив его лицо ладонями. — Ты слишком горячий, чтобы быть тортом.

Он рассмеялся так громко, что девушка за соседним столиком тоже начала смеяться.

— Ты понимаешь, что только что призналась, что я горячий? — наклонился он.— Ну... я просто констатирую факт, — ответила я пафосно, а потом ткнула его пальцем в грудь. — И вообще... ты флиртуешь со мной.

— Я? — Кайл сделал вид, что шокирован. — Это ты называешь меня выпечкой! Причём горячей выпечкой!— Потому что ты булочка!— Я булочка?— Да. Но секс-булочка.

Мы оба заржали.Прямо громко, некрасиво, но счастливо.

Он придвинулся ближе, подвинув стул так, что наши колени соприкоснулись.

— Тиана?— Да?— Я тебя люблю. Но если ты ещё раз назовёшь меня булочкой—— Булочка.— Всё, всё, я сдаюсь.

Он поцеловал меня — быстро, чуть неточно, больше в уголок губ, чем в сами губы, потому что алкоголь делал нас... ну... менее точными.

Но от этого поцелуй вышел таким милым, что сердце растаяло.

Мы продолжили нести полной чуши:

— Кайл, почему твои глаза такие красивые?— Потому что ты смотришь на них.— Нет, реально... они... как... планеты.— Какие?— Ну... две одинаковые.— Спасибо за научную точность, cariño.

Мы снова заржали.

А потом он наклонился к моему уху, почти шепча:

— Знаешь, что я понял?— Что?— Я немного пьян.— А я немного... очень.

Он обнял меня за талию, прижал ближе, его нос уткнулся в мою шею.

— Ты моя любимая пьяная девочка, — сказал он тихо.

— И ты моя любимая пьяная булочка, — ответила я, и мы опять расхохотались.

Свет клубной террасы мигнул, и в тишине между песнями стало слышно:шшшшш...шшшш-ш-ш-ш...

Дождь.

Я повернулась к окну — и увидела, как по стеклу хлынули потоки воды. Не мелкая морось, не слабые капли — настоящий летний ливень, яркий, шумный, тёплый.

— Ого... — прошептала я.

И, не думая, просто встала и вышла на террасу.

Воздух был другим — влажным, свежим, как будто весь город выдохнул. Капли тут же прилипли к моим волосам, плечам, ресницам.И мне стало так легко... будто дождь смыл весь алкоголь, весь шум, все мысли.

Я закрыла глаза и подняла лицо к небу.

Через несколько секунд за спиной послышались знакомые шаги.Тёплые руки легли мне на талию.Кайл.

Он прижался ко мне сзади, подбородок к моему плечу:

— Если ты хочешь танцевать под дождём — я с тобой.

Он сказал это не романтичноне пафосноа пьяно-искренне, с мягкой улыбкой.

Музыка из клуба стала приглушённой, глухой — но всё ещё слышимой.И мы начали двигаться.Просто слегка покачиваясь, как будто дождь задавал ритм.

Кайловые руки скользили по моей талии, мои пальцы переплелись с его.Капли стекали по нашим лицам, шее, одежде — но нам было всё равно.

Он повернул меня к себе, накрыл моё лицо ладонями — и поцеловал.Смешно, мокро, с чуть сбившимся дыханием.Я смеялась прямо в поцелуй.

— Ты полностью промокла, Ти, — сказал он.— И ты тоже, булочка.— О господи... опять.

Мы засмеялись, и в эту секунду Кайл вдруг схватил меня за руку и потянул прочь с террасы.

— Куда?!— Хочу проверить одну штуку!— Какую?!— Как быстро мы добежим до дома в ливень!

И мы побежали.

Прямо по мокрым улицам, по блестящей мостовой.Летний дождь барабанил по коже, волосы прилипали ко лбу, но смех был таким громким, что перекрывал даже грозовое небо.

Кайл держал меня за руку, иногда подхватывал, иногда притягивал к себе.Мы скользили, спотыкались, орали на весь район, как два полумокрых дебила — но счастье в этот момент было абсолютным.

Когда мы почти добежали до дома, он резко остановился под навесом, притянул меня за талию и прошептал в губы:

— Самая лучшая ночь.— Самая мокрая, — хрипло засмеялась я.

Мы влетели в дом всё ещё смеясь, задыхаясь, с мокрыми волосами и одеждой, которая буквально прилипала к коже.Пол под нами стал сразу мокрым — мы оставляли за собой следы, как два потерянных щенка после ливня.

— В ванную! Быстро! — велела я, всё ещё хохоча.— Так точно, командир! — отбил Кайл смешной салют.

Мы почти врезались в дверь.Свет в ванной был тёплым, мягким — таким, под который хочется растаять.

Я сразу повернулась к нему спиной:

— Так. Ты не смотришь. Понял?— Я? Конечно. Я как святой... как... монах.— МОНАХ? Да ладно тебе.— Я монах, который любит одну девушку — серьёзно! — уверял он, делая жест рукой, будто даёт клятву.— Угу. Только монах с испанской горячей кровью — вообще-то подозрительно.— Эй!

Я рассмеялась и начала стягивать мокрую одежду, которая липла ко мне так, что приходилось буквально отдирать её.Футболка — шлёп на пол.Шорты — ещё один мокрый звук.Тело покалывало от холодной ткани, и хотелось поскорее укутаться в тепло.

Я как раз вытаскивала последние мокрые вещи из-под себя, когда дверь ванной тихо открылась.Но в этот раз Кайл вошёл совсем не смущённый.

В руках у него было несколько маленьких свечей, ещё тёплых от его ладоней.Он улыбался так спокойно, будто продумал всё заранее.

— Я подумал... — сказал он мягко. — После дождя тебе нужно тепло.Он поставил свечи на край раковины, на полочку, на бортик ванной.Пламя сразу наполнило комнату золотым сиянием, от которого сердце будто плавилось.

— Кайл... — прошептала я, удивлённая.— Ти, — он взглянул на меня серьёзно и нежно. — Давай просто побудем вместе. В тёплой воде. Без спешки. Без суеты. Только мы.

Я замолчала на пару секунд.Мокрые волосы прилипали к плечам, полотенце тёпло обнимало меня, а его голос — ещё теплее.

— Ты предлагаешь... ванну? Вместе? — спросила я тихо.— Да. Только если ты хочешь. Никаких «надо», никаких странных моментов. Просто... быть рядом.

Я посмотрела на него — свет свечей отражался в его глазах, как маленькие звёзды.

И я вдруг почувствовала, что с ним мне безопасно. Уютно.Как будто это и есть правильное место — рядом с ним.

Я глубоко вдохнула.

Мы устроились в ванной напротив друг друга — ноги чуть касались под водой, а поверхность была покрыта густой пеной, которая пахла сладко и тепло.Свечи отражались в воде мягкими золотыми пятнышками, и казалось, будто мы лежим где-то в другом мире, где нет ни тревог, ни опасностей.

Я черпанула ладонью немного пены и дула в него — Кайл засмеялся, как ребёнок, и тут же отправил ответный «снежок» обратно.Пена летела между нами маленькими облачками, а смех наполнял ванную.

Он подтянулся ближе и наклонился ко мне — короткий поцелуй, тёплый, игривый, потом ещё один, уже мягче.Я гладила его плечи под водой, а он медленно провёл пальцами по моей щеке.

— Знаешь, — сказал он тихо, — если бы кто-то сказал мне год назад, что я буду сидеть в ванной, полон пены и по уши влюблён... я бы не поверил.

— И что теперь? — я улыбнулась.

Он наклонился, провёл пальцами по моей руке и посмотрел так серьёзно и нежно, что сердце дрогнуло.

— Теперь я знаю одно, Тиана, — он чуть приблизил своё лицо к моему. — Когда мы поженимся, я хочу, чтобы такие вечера были у нас постоянно.Он улыбнулся, но в его словах было больше, чем просто шутка.— Чтобы мы вот так... дурачились, грели друг друга, разговаривали ни о чём.Он коснулся моего носа своим.— Чтобы было море нежности. И чтобы ты точно знала — я рядом. Всегда.

Я почувствовала, как мурашки пробежали по рукам, хотя вода была горячей.Такой он был — мог одной фразой сделать всё внутри мягким.

— Ты серьёзно? — спросила я тихо, но с улыбкой.— Абсолютно, — он кивнул. — Я не просто влюблён в тебя. Я... вижу тебя в будущем. Рядом со мной.

Я наклонилась и поцеловала его, на этот раз глубже, но всё равно нежно.Он обвил меня руками, подтягивая ближе, и пена тихо колыхалась вокруг, как лёгкие облака.

Мы ещё долго говорили — о путешествиях, о доме у океана, о глупых вещах, от которых становилось тепло.И в тот момент весь мир будто сузился до этой маленькой ванной, свечей и его голоса.