129

Два года спустя

Дима: Мы уже больше года пытались забеременеть. Элла знала, что шансы невелики. Я понимал, что все было против нас, впрочем, как и всегда. Но мы все равно надеялись. Надеялись, следя за благоприятными для зачатия днями и сроками овуляции. Мы беспрерывно трахались, при каждом удобном случае неустанно занимались любовью. Она перепробовала самые смехотворные бабушкины советы, и я даже выпил какой-то горько-сладкий отвар с непонятными комками – Элла клялась, что он помог мужу ее подруги. Элла справилась с зависимостью от таблеток и стала жить своей прежней жизнью, и не вспоминать о тех ужасных годах, проведенных в небытие.

Было обычное утро. Элла ворвалась в квартиру, одетая в спортивный костюм. Ее щеки раскраснелись от холодного мартовского воздуха, а волосы растрепались на ветру. Казалось, что она в спешке, даже в панике. У меня в груди сжалось сердце.– Дима! - воскликнула она и прошла через гостиную на кухню. В ее глазах виднелись красные прожилки, и мое сердце рухнуло в бездну.Я встал, но она вскинула руку, показывая, чтобы я подождал минутку.– Смотри, - сказала она, порывшись в кармане куртки. Я молча и нетерпеливо ждал, пока она раскроет ладонь.Там была маленькая палочка. За прошедший год я повидал слишком много неудачных тестов на беременность, чтобы придавать им какое-то особенное значение, но по тому, как дрожала ее рука и как надломился голос, когда она заговорила, все сразу стало понятно.– Да? - вот и все, что я смог сказать.– Да, - кивнула она.Ее голос был едва различим, но полон жизни. Я посмотрел на нее, и она коснулась руками моего лица. Я даже не заметил, что плачу, пока она не начала вытирать мои слезы.– Ты уверена? - спросил я как дурак.– Да, точно.Она попыталась засмеяться, но потом вслед за мной расплакалась от счастья. Я обнял ее и посадил на стойку, а затем приложил голову к ее животу и пообещал малышу, что стану лучшим отцом.

Элла собиралась на встречу с Глебом и его уже женой, когда я услышал какой-то звук. Почти нечеловеческий. Он доносился из ванной рядом с нашей спальней, и я, вскочив, помчался туда.– Дима! – снова позвала Элла. Я уже добежал до двери, и на этот раз мука в ее голосе была еще более явной.Я распахнул дверь и увидел, что она сидит на полу возле унитаза.– Что-то не так! - воскликнула она, обхватив живот своими ручками. Ее покрытые кровью трусики валялись рядом, и, увидев их, я поперхнулся и лишился дара речи.Через мгновение я плюхнулся рядом и обхватил ладонями ее лицо.– Все будет хорошо, - солгал я, доставая из кармана телефон.Интонация нашего доктора и понимающий взгляд Эллы подтвердили мои самые страшные опасения.Я отнес любимую в машину и во время этой долгой, очень долгой дороги до больницы понемногу умирал с каждым ее всхлипом.

Через тридцать минут мы получили ответ. Нам очень тактично сообщили, что Элла потеряла ребенка, но это никак не могло сдержать пронизывающую боль, которая появлялась каждый раз, когда я замечал полнейшее опустошение в ее глазах.– Мне жаль, так жаль, - плакала она у меня на груди, когда медсестра оставила нас одних.Я взял ее за подбородок и заставил посмотреть мне в глаза. Нежно убрав волосы с ее лица, я изо всех сил старался не думать о том, что мы потеряли самое важное в нашей жизни.Когда той ночью мы вернулись домой, я напомнил Элле, как я ее люблю, какой чудесной матерью она однажды станет, а она плакала у меня на руках, пока не уснула.