L

Изида вылезла из автомобиля. Николас остался за рулем. Онпосмотрел на часы и проводил ее взглядом, пока она не вошла вдом Колена и Хлои. На Николасе была новенькая, с иголочки формаиз белого габардина и белая кожаная каскетка. Он заметнопомолодел, но тревожное выражение лица выдавало его глубокоесмятение. К этажу Колена лестница резко сужалась, и Изидаодновременно касалась рукой перил, а плечом -- холодной стены.Ковер был теперь лишь легким пухом, который едва покрывалдерево. Она добрела до лестничной площадки, чуть-чутьпередохнула и позвонила. Никто не шел открывать. На лестнице не раздалось ни звука,лишь изредка, когда проседали ступеньки лестничного марша, былслышен легкий скрип, и что-то где-то с чмоканьем ляпалось вгрязь. Изида позвонила еще раз. Было слышно, как по ту сторонудвери стальной молоток заскребся по металлу. Она чуть-чутьтолкнула дверь, которая сразу же и открылась. Изида вошла и споткнулась о Колена. Он лежал вытянувшись,одной щекой прижавшись к полу, протянув руки вперед... Глазаего были закрыты. В передней царил сумрак. Вокруг окна мерцалореол, но свет не проникал внутрь. Колен дышал тихо. Он спал. Изида наклонилась, опустилась перед Коленом на колени ипогладила его по щеке. Его кожа слегка задрожала, а глазазадвигались под веками. Он глянул на Изиду и, казалось, вновьзаснул. Изида чуть встряхнула его. Он сел, провел рукой по ртуи сказал: -- Я спал. -- Да, -- сказала Изида. -- Ты что, больше не спишь впостели? -- Нет, -- сказал Колен. -- Я хотел дождаться здесьдоктора, перед тем как идти за цветами. Он казался совершенно потерянным. -- Что случилось? -- сказала Изида. -- Хлоя, -- сказал Колен. -- Она опять кашляет. -- Просто осталось небольшое раздражение, -- сказалаИзида. -- Нет, -- сказал Колен. -- Это второе легкое. Изида вскочила и побежала в комнату Хлои. Дерево паркетабрызнуло у нее из-под ног. Она не узнала комнату. Хлоя лежалана кровати и, зарывшись головой в подушку, кашляла негромко, нонепрерывно. Услышав, что в комнату кто-то вошел, она чутьвыпрямилась и перевела дух. Когда Изида подошла к кровати,присела на край и обняла Хлою, как больное дитя, на лице удевушки появилась слабая улыбка. -- Милая Хлоя, не кашляй, -- пробормотала Изида. -- У тебя красивый цветок, -- произнесла Хлоя на единомдыхании, вдыхая запах большой красной гвоздики, приколотой кволосам Изиды. -- От него становится лучше, -- добавила она. -- Ты опять болеешь? -- сказала Изида. -- Похоже, это другое легкое, -- сказала Хлоя. -- Да нет, -- сказала Изида, -- ты все еще немножкокашляешь из-за первого. -- Нет, -- сказала Хлоя. -- Где Колен? Ушел за цветами? -- Он сейчас вернется, -- сказала Изида. -- Я еговстретила. У него есть деньги? -- Да, -- сказала Хлоя, -- еще немного есть. Только к чемуэто, все зря!.. -- Тебе плохо? -- спросила Изида. -- Да, -- сказала Хлоя, -- но не очень. Видишь, комнатаизменилась. -- Мне так больше нравится, -- сказала Изида. -- Раньшеона была слишком просторной. -- А как остальные комнаты? -- сказала Хлоя. -- Да ничего себе... -- уклончиво сказала Изида. Она вспомнила ощущение от прикосновений паркета,холодного, как трясина. -- Пусть меняется, мне все равно, -- сказала Хлоя, -- еслитепло и по-прежнему уютно... -- Конечно! -- сказала Изида. -- Маленькая квартирка, этоеще милее. -- Мышь остается со мной, -- сказала Хлоя. -- Вон видишь,там, в углу. Не знаю, что она делает. Она больше не хочетвыходить в коридор. -- Да... -- сказала Изида. -- Дай-ка мне твою гвоздику, -- сказала Хлоя, -- от неестановится легче. Изида сорвала цветок со своей прически и протянула Хлое,та поднесла его к самым губам и долгими глотками вдыхала запахгвоздики. -- Как поживает Николас? -- сказала она. -- Хорошо, -- сказала Изида. -- Но он теперь не такойвеселый, как раньше. В следующий раз я принесу тебе еще цветов. -- Мне Николас очень нравится, -- сказала Хлоя. -- Тывыйдешь за него замуж? -- Я не могу, -- пробормотала Изида. -- Я ему не ровня. -- Какая разница, -- сказала Хлоя, -- если он тебялюбит... -- Мои родители не смеют заговорить с ним об этом, --сказала Изида. -- Ох!.. Гвоздика вдруг побледнела, сморщилась, как бы засохла.Потом опала прекрасной цветной пыльцой на грудь Хлои. -- Ох! -- в свою очередь сказала Хлоя. -- Я опять будукашлять... Ты видела!.. Она замолкла и поднесла руку ко рту. Жестокий приступкашля вновь сотрясал ее. -- Это... та штука, что во мне... она их всех убивает...-- бормотала она. -- Не разговаривай со мной, -- сказала Изида. -- Коленсейчас принесет цветы. День выдался голубой в комнате и почти зеленый по ееуглам. Еще не было видно и следа сырости, а ковер оставалсядовольно пышным, но одно из четырех квадратных оконцев почтисовсем затянулось. Изида услышала хлюпанье шагов Колена в прихожей. -- Вот и он, -- сказала она. -- Он наверняка принес тебецветы. Появился Колен. В руках у него была большая охапка белойсирени. -- Держи, Хлоя, -- сказал он. -- На!.. Она протянула руки. -- Ты очень мил, мой дорогой, -- сказала она. Она положила букет на вторую подушку, повернулась на бок испрятала лицо в белые, сахаристые кисти. Изида поднялась. -- Ты уходишь? -- сказал Колен. -- Да, -- сказала Изида. -- Меня ждут. Я вернусь сцветами. -- Было бы очень хорошо, если бы ты зашла завтра утром, --сказал Колен. -- Мне нужно идти искать работу, а я не хочуоставлять Хлою одну, пока ее вновь не осмотрел доктор. -- Я приду... -- сказала Изида. Она осторожно наклонилась и поцеловала Хлою в нежную щеку.Хлоя подняла руку и погладила лицо Изиды, но головы неповернула. Она жадно вдыхала запах сирени, который медленнымизавитками развертывался вокруг ее блестящих волос.