Глава 44 Алекс

  Притащить меня в галерею, была не самая лучшая ее идея. Когда Сиерра уводит Бриттани в сторону, чтобы показать какую-то картину, я чувствую себя абсолютно не в своей тарелке. Я прохожу вперед и рассматриваю стол с закусками, радуясь внутри, что мы уже поели. Это вообще сложно назвать едой. Суши, которые меня так и тянет разогреть в микроволновке, прежде чем есть. Крохотные сэндвичи, размером с четвертак. - У нас закончился васаби. Я все еще концентрируюсь на ассортименте еды, когда кто-то слегка бьет меня по спине. Я поворачиваюсь лицом к невысокому блондину. Он ужасно напоминает мне Ослиную Морду, поэтому у меня сразу же возникает желание пнуть его. - У нас закончился васаби, - повторяет он. Если б я знал, что за нахрен, васаби, я бы ему ответил. А так как я не имею ни малейшего понятия, я молчу. И чувствую себя при этом полнейшим идиотом. - Ты по-английски хоть говоришь? Мои руки сами сжимаются в кулаки. Да, я говорю, по-английски, ты, придурок. Но последний раз, когда я был на уроке английского слово 'васаби' не встречалось ни в одном диктанте. Вместо ответа, я игнорирую блондина и просто отхожу к одной их картин. На картине к которой я подхожу изображена девушка с собакой, идущие по чему-то смутно напоминающему Землю. - Вот ты где, - говорит Бриттани, подходя ко мне. Дуг и Сиерра прямо за ней. - Брит, это Перри Лендис, - говорит Дуг, показывая на близнеца Колина. - Художник. - О Боже, ваша работа изумительна, - говорит она, бурно восторгаясь. При этом, произносит 'О Боже', как какая-то пустышка. Она что шутит? Блондин оглядывается через плечо и кивает на картину. - Что ты думаешь об этой? Бриттани прочищает горло. - Мне кажется, она показывает всю глубину отношений между человеком, животным и Землей. Ой, я тебя прошу... Что за хрень. Перри обвивает ее руками. Я готов уже врезать ему прямо здесь посреди галереи. - Я вижу, ты очень утонченная. Утонченная моя задница. Он просто хочет залезть к ней в штаны... штаны, к которым он и близко не подойдет, если это будет зависеть от меня. - Алекс, что ты думаешь? - спрашивает Бриттани, поворачиваясь ко мне. - Дай-ка подумать... - отвечаю я, потирая подбородок и пялясь на картину. - Я думаю, вся эта коллекция не стоит больше полутора баксов, ну два - потолок. Глаза Сиерры увеличиваются в два раза, и она закрывает рот рукой, открытый от шока. Дуг давится своим напитком. А я наблюдаю за тем, что же сделает моя девушка. - Алекс, ты должен извиниться перед Перри, - говорит она. Ага, сразу после того, как он извинится передо мной за то васаби. Да ни в жизни. - Я убираюсь отсюда, - говорю я, поворачиваюсь ко всем им спиной и выхожу из галереи. Me voy. На противоположной стороне улицы я стреляю сигарету у официантки, вышедшей на перерыв. Все о чем я могу думать, это как выглядела Бриттани, когда приказала мне извиниться. Я не очень хорошо реагирую на приказы. Черт, мне абсолютно не понравилось, как тот придурок, художник положил на мою девчонку руки. Я уверен, что практически любой парень хочет положить на нее руки, даже просто для того, чтобы сказать, что прикасался к ней. Я и сам хочу к ней прикоснуться, но я также хочу, чтобы она хотела только меня. Не приказывала мне, как будто я ее щенок и держала меня за руку, только тогда, когда не притворяется. Это точно не проходит так, как хотелось бы. - Я видела, ты вышел из галереи. Туда заходят только хойтейс, - говорит официантка, когда я возвращаю ей зажигалку. Васаби. Теперь хойтейс. Серьезно, я начинаю сомневаться в том, что на самом деле знаю английский. - Хойтейс? - Ну, хойтей-тойтей - тип людей, белые и богатенькие. - Да, ну, я точно не один из них. Просто синий воротничок, который последовал за группой хойтейс. Я делаю сильную затяжку, благодарный никотину. Уже чувствую себя спокойней. Окей, мои легкие, наверное, не совсем счастливы, но я сомневаюсь, то вообще доживу до того дня, когда они вдруг решат послать меня подальше. - Я Менди - синий воротничок, - говорит официантка, протягивая руку и улыбаясь. У нее каштановые волосы с фиолетовыми прядями, она, конечно, симпатична, но она не Бриттани. Я пожимаю ей руку. - Алекс. Она оглядывает мои татуировки. - У меня тоже есть две, хочешь посмотреть. Вообще-то нет. Мне кажется, что она просто однажды напилась и сделала себе наколку на груди... или на заднице. - Алекс! - выкрикивает Бриттани, стоя у входа в галерею на другой стороне дороги. Я все еще курю и пытаюсь не думать о том, что она привезла меня сюда потому, что я ее маленький темный секрет. Я больше не хочу быть долбанным секретом. Моя псевдо-девушка переходит дорогу. Ее дизайнерские туфли стучат каблуками по асфальту, напоминая мне, что она на класс выше. Она оглядывает Менди и меня, два синих воротничка, курящих вместе. - Менди только что хотела показать мне свои тату, - говорю я, пытаясь разозлить Бриттани. - Конечно, хотела. Ты тоже собирался показать ей свои? - отвечает она, осуждающе глядя на меня. - Не люблю драмы, - говорит Менди, бросая сигарету, затушив ее носком своего кроссовка. - Удачи вам обоим. Видит бог, она вам понадобится. Я делаю еще одну затяжку, желая, избавится от того чувства, как Бриттани меня притягивает. - Возвращайся в галерею, querida. Я вернусь домой на автобусе. - Я думала, что мы сможем провести отличный день вместе, Алекс, в городке, где нас никто не знает. Неужели тебе никогда не хотелось этого? - Ты думаешь, это нормально, что этот придурок, художник думает я какой-то помощник официанта? Пусть лучше думают, что я член банды, чем иммигрант официантишка. - Ты даже не дал этому шанс. Если б ты вынул из своего плеча этот чип и расслабился на минуту, ты мог бы стать одним из них. - Да там все пластиковые. Даже ты. Проснись, мисс 'О Боже'! Я не хочу быть одним из них, поняла?! Entiendes? - Четко и ясно. И к твоему сведению, я не пластиковая. Это называется быть тактичной и вежливой. - В твоем кругу общения, не в моем. В моем кругу мы говорим все как есть. И никогда больше не приказывай мне извиняться, как будто ты моя мать. Клянусь богом, Бриттани, еще раз ты так сделаешь, и между нами все будет кончено. О, черт. Ее глаза наливаются слезами, и она отворачивается от меня. Мне сейчас просто хочется пнуть себя за то, что обидел ее. Я выбрасываю свою сигарету. - Прости меня, я не хотел быть придурком с тобой. Ну, вообще-то хотел. Но только потому, что чувствовал себя там не в своей тарелке. Она не смотрит на меня. Я протягиваю руку и дотрагиваюсь до ее спины, благодарный за то, что она не отпрянула от моего прикосновения. - Бриттани, я люблю быть с тобой, - продолжаю я. - Черт, когда мы в школе, я сканирую коридоры в поисках тебя. И как только я замечаю эти ангельские солнечные кучеряшки, я знаю, что я смогу протянуть этот день. - Я не ангел. - Для меня ты ангел. Если ты простишь меня, я пойду и извинюсь перед тем художником. Она открывает глаза. - Правда? - Да. Я не хочу этого делать. Но я сделаю... для тебя. Ее рот искривляется в небольшую улыбку. - Не надо. Я ценю, что ты бы сделал это для меня, но ты был прав. Его художество отвратительно. - Вот вы где, - говорит Сиерра. - Мы повсюду вас ищем, пташки. Давайте доедем уже до озера, наконец. В доме у озера Дуг хлопает в ладоши. - Ну, джакузи или фильм? - спрашивает он. Сиерра подходит к окну и оглядывает пейзаж. - Я усну, если мы включим фильм. Я сижу с Бриттани на диване в гостиной, переваривая тот факт, что этот огромный домина - второй дом Дуга. И он гораздо больше моего собственного. И эта джакузи. Блин. У богатеньких есть все. - Я не брал с собой плавки, - говорю я. - Не волнуйся, - отвечает Бриттани. - Я уверена у Дуга тут найдется что-нибудь тебе одолжить. В домике у бассейна Дуг проверяет шкафчики в поисках плавок. - Здесь только две пары, говорит Дуг, протягивая мне узенькие Speedo. - Эти подойдут? - Да в эти даже мое правое яичко не поместится. Почему бы тебе самому их не одеть, а я одену эти, говорю я и выхватываю из-под носа Дуга вторые плавки в форме шорт. Поворачиваясь, я понимаю, что девушек с нами нет. - Куда они делись? - Пошли переодеваться. И сплетничать о нас, я уверен. В небольшой раздевалке, пока я раздеваюсь и натягиваю плавки, я думаю о моей жизни дома. Здесь, на озере Женева, так легко забыть ненадолго о своей обычной жизни. Не нужно волноваться о том, кто меня прикроет. Когда я выхожу из раздевалки, Дуг говорит. - Знаешь, она хлебнет еще дерьма из-за того, что встречается с тобой. Люди уже начинают шептаться. - Слушай, Дугги, мне нравится эта девчонка больше, чем мне когда-либо что-то нравилось в моей жизни. Я не собираюсь расставаться с ней. И я начну думать о том, кто, что там говорит о нас, когда меня закопают на несколько метров под землю. Дуг улыбается и расставляет руки. - Ах, Фуэнтес, по-моему, мы с тобой только что пережили братский момент. Хочешь, обниму? - Даже не думай. По дороге к джакузи Дуг хлопает меня по плечу. Не смотря ни на что, он прав, может у нас, и не было какого-то там братского момента, но мы точно поняли друг друга. В любом случае я не собираюсь его за это обнимать. - Очень сексуально, детка, - говорит Сиерра, оглядывая его плавки. Дуг идет как пингвин, переваливаясь с ноги на ногу от неудобства. - Клянусь богом, как только я в джакужи, я снимаю их, они душат мои яйца. - Слишком много информации, - говорит Бриттани, закрывая уши ладошками. Она одета в желтое бикини, оставляющее совсем мало места для воображения. Интересно, она понимает, что выглядит как подсолнух, готовый пролить солнечный свет на всех, кто посмотрит на нее? Дуг и Сиерра забираются в джакузи. Я следую за ними и сажусь рядом с Бриттани. Никогда не был в джакузи прежде, поэтому не знаю, что надо делать. Мы будем просто сидеть тут, и разговаривать или разобьемся на парочки и позажимаемся? Второй вариант мне нравится больше, но я замечаю, что Бриттани слегка нервничает. Особенно, когда Дуг выкидывает свои Speedo из воды. - Фу, чувак, - я зажмуриваюсь. - Что? Я хотел бы когда-нибудь иметь детей, Фуэнтес. Эта штука перекрывала мне все кровообращение. - Бриттани выскакивает из воды и оборачивает вокруг себя полотенце. - Пойдем внутрь, Алекс. - Ребят, вы можете остаться здесь, говорит Сиерра. - Я заставлю его одеть их обратно. - Не переживай. Наслаждайтесь. А мы будем внутри, - отвечает Бриттани. Когда я встаю, Бриттани протягивает мне второе полотенце. Я приобнимаю ее одной рукой, пока мы идем обратно в дом. - Ты в порядке? - Да. Я просто думала, ты был расстроен. - Все хорошо. Просто... - я поднимаю одну из стеклянных фигурок со стола в гостиной и разглядываю ее. - Видя этот дом, эту жизнь... я хочу быть с тобой, но когда я смотрю по сторонам, я понимаю, что такой жизни у меня никогда не будет. - Ты слишком много думаешь. Она садится на ковер и похлопывает рядом с собой. - Иди сюда и ложись на живот. Я знаю, как делать шведский массаж. Он тебя расслабит. - Ты не шведка. - Ну, как и ты. Так что ты никогда не узнаешь разницы. Я ложусь рядом с ней. - Я думал, мы собирались продвигать наши отношения помедленнее. - Немного массажа достаточно безобидно. Я оглядываю ее офигенное тело, прикрытое скромненьким бикини. - Знаешь, я был в интимных отношениях с девушками, одетыми во много большее. Она дает мне по заднице. - Веди себя прилично. Когда ее руки начинают двигаться у меня по спине, я издаю негромкий стон. Блин, это просто пытка. Я пытаюсь, вести себя прилично, но прикосновения ее рук настолько хороши, что мое тело с трудом меня слушается. - Ты какой-то напряженный, - говорит она мне в ухо. Конечно, я напряженный, ее руки повсюду на моем теле. Я отвечаю ей еще одним стоном. Через несколько минут дурманящего массажа Бриттани, со стороны джакузи доносятся громкие стоны, рычание и плеск, Сиерра с Дугом однозначно пропустили порцию массажа. - Ты думаешь, они делают это? - спрашивает Бриттани. - Ну, или это, или Дуг очень религиозен, - отвечаю я, имея в виду то, что он выкрикивает 'о, боже' каждые две секунды. - Это заводит тебя? - спрашивает она тихонько меня в ухо. - Нет. Но ты продолжай меня вот так массировать и можешь забыть о том, чтобы все шло помедленней между нами. - Я поднимаюсь и смотрю на нее. - Чего я вот совсем не могу понять, либо ты знаешь, что ты дразнишь меня и просто выносишь мне мозг, либо ты на самом деле невинна. - Я не дразню тебя. Я выгибаю бровь, затем наклоняю голову и указываю на ее руку, спокойно лежащую у меня на внутренней части бедра. Она сразу же ее одергивает. - Окей. Я не хотела класть туда руку. Ммм, ну, не то, чтобы не хотела. Что я х-х-хочу сказать... это... - Мне нравится, когда ты заикаешься, говорю я, кладу ее рядом с собой и показываю свою версию шведского массажа, пока Дуг и Сиерра не прерывают нас. Спустя две недели я получаю извещение о явке в суд по поводу моего незаконного ношения оружия. Я скрываю это от Бриттани, потому, что знаю, она разволнуется. Она, скорее всего, будет постоянно повторять то, насколько государственный защитник хуже частного адвоката. Проблема в том, что я не могу себе позволить адвоката. Пока я раздумываю над своей судьбой, стоя с утра перед главным входом в школу, кто-то сильно меня пихает, и я практически теряю баланс. - Что за нахрен? - я пихаю его обратно. - Извини, - нервно отвечает парень. Я понимаю, что это тот белый чувак из тюремной камеры. - Иди сюда и дерись, придурок, - выкрикивает Сэм. Я встаю между ними. - Сэм, в чем проблема? - Этот pendejo, занял мое парковочное место, - отвечает он, показывая мимо меня на белого парня. - Ну, и что? Ты нашел другое место? Сэм стоит в чопорной позе, готовый надрать белому задницу. Он может это без проблем. - Да, я нашел другое место. - Тогда оставь парня в покое, я знаю его. Сэм поднимает одну бровь. - Ты знаешь его? - Слушай, - говорю я, кидая взгляд на белого парня, который, к моему счастью, одет сегодня в синюю рубашку, вместо той, ужасного кораллового цвета. Он все еще выглядит как неудачник, но, по крайней мере, я могу сохранить серьезное выражение лица, когда говорю. - Этот парень был в тюряге больше, чем я. Он может и выглядит как полный pendejo, со всей этой отстойной стрижкой и цветастой рубашкой, но под всем этим кроется тот еще зверь. - Ты заливаешь мне, Алекс, - говорит Сэм. Я делаю шаг в сторону и пожимаю плечами. - Не говори потом, что я тебя не предупреждал. Белый чувак делает шаг вперед, пытаясь выглядеть крутым. Я прикусываю нижнюю губу, скрывая улыбку, и скрещиваю руки на груди в ожидании надирания задницы. Мои приятели из КЛ тоже ждут зрелища того, как белый уложит Сэма. Сэм смотрит то на меня, то на белого парня. - Алекс, ты мне точно заливаешь... - Проверь его дело в полиции, его главная фишка, многочисленный угон авто. Сэм рассчитывает свой следующий шаг. Но белый парень не ждет, он подходит ко мне, протягивая кулак. - Если тебе что-нибудь будет нужно, Алекс, ты знаешь, как меня найти. Я прикасаюсь своим кулаком к кулаку белого парня. Через секунду он исчезает, надеюсь, что никто не заметил, как дрожал от страха его кулак. Я разыскиваю его у шкафчика на перемене между первым и вторым уроком. - Ты это серьезно сказал? Если мне что-нибудь понадобится, ты поможешь? - После сегодняшнего, я тебе жизнью обязан, - отвечает он. - Я был до усрачки напуган, не знаю даже, зачем ты вступился за меня. - Это первое правило. Не позволяй им думать, что ты напуган до усрачки. Парень хрюкает. Я думаю, что это нервный смешок, либо у него серьезная инфекция носовой полости. - Я постараюсь запомнить это до следующего раза, когда член банды будет мне угрожать. Он протягивает мне руку. - Я Гери Франкель. Я пожимаю его руку. - Слушай, Гери, мое судебное разбирательство на следующей неделе и я совсем не хочу надеяться на государственного защитника. Как думаешь, твоя мама сможет помочь? Он улыбается. - Думаю да. Она отличный адвокат. Если это твой первый арест, возможно, она сможет добиться коротенького испытательного срока. - Я не смогу себе по... - Не волнуйся о деньгах, Алекс. Вот ее карточка. Я скажу ей, что ты мой друг, и она сделает это про боно. Пока я смотрю, как он уходит дальше по коридору, я задумываюсь о том, как интересно иногда все складывается в жизни. Никогда не думаешь, что самый маловероятный человек может стать тебе помощником. И что светловолосая девчонка может заставить тебя с оптимизмом смотреть в будущее.