Новый этап (глава 28)

1998 год. Италия, Неаполь. Найра.

Я любила это место. Любила путешествовать. Жизнь вампира слишком длинная, чтобы проводить её в четырёх стенах, и грех не использовать время на что-то прекрасное. Например — на путешествия. Я никогда не любила человеческую еду, но эта паста... Бокал вина на маленьком столике посреди узких, но шумных неаполитанских улочек...Запах моря, солёные порывы ветра, лёгкость, которая витала в воздухе вместе со смехом прохожих... Здесь жизнь текла медленно и одновременно свободно, а люди казались такими беззаботными, что их кровь становилась только слаще.Поэтому после пасты у меня всегда был десерт.В тот вечер я сидела одна, допивала вино и наслаждалась тишиной внутри себя.Роану такое никогда не нравилось — люди его раздражали, а теснота улиц давила. Ему нужны были простор и спокойствие. Где была Велиса — я не знала, и, честно говоря, мало волновалась. У каждого из нас были свои ритуалы, свои радости, свои способы отдыхать друг от друга. И это было нормально. Когда я вынырнула из мыслей, то заметила парня, который откровенно на меня пялился. Он был молодой. Даже слишком — лет двадцать на вид.Смуглый, высокий, с серо-янтарными глазами, коротко стрижеными тёмными волосами и лёгкой щетиной.Футболка, джинсовые шорты, старые кроссовки — типичный итальянец. Итальянцы вообще стильные, особенно утром, когда спешат на работу. Но вечером они позволяют себе расслабленность курортников. И он был именно таким. Наши взгляды пересеклись несколько раз. Когда я уже собиралась уходить, расплачиваясь, он резко поднялся из-за соседнего столика и направился ко мне.«Ну ладно, удиви меня», — подумала я.«Если удивишь — станешь прекрасным десертом».— Привет, прекрасная незнакомка, — сказал он.Голос... ну явно подростка.— Привет, — я скривила улыбку. — Сразу такой глупый подкат? Не впечатляет.Я развернулась и пошла по улице.— Почему сразу глупый? — он быстро пошёл рядом. — Я просто хотел познакомиться. Ты прекрасно выглядишь. Откуда ты?— Снова глупый вопрос, — вздохнула я. — Ты слишком молод, чтобы знакомиться с такими женщинами, как я.— Не такой уж и молодой, — усмехнулся он. — Так откуда ты? И надолго ли здесь?Кстати, я Невил, — он протянул мне руку не останавливаясь.Почему я дала этому "подростку" второй шанс — не знаю. Но мы разговорились. Мы шли вечерними улочками — тихими, ароматними, погруженными в шуми Неаполя. Он рассказал, что учится в местном университете, что ему действительно двадцать. И, надо признать... Он вовсе не был глупым. Наоборот — я почувствовала в нём бешеный потенциал. В его голове помещалось слишком много знаний, слишком много идей, чтобы я могла не заметить. Мы шли рядом, не торопясь, будто весь Неаполь устилал нам путь. Узкие улочки тонули в вечерних запахах — базилик, тёплый камень, табак, сладкий парфюм... и его аромат.Он пах кровью.Молодой.Свежей.Тёплой — словно солнце ещё не успело окончательно скрыться.Я глубоко вдохнула. Слишком глубоко. Италия всегда была опасна для вампиров с хорошим нюхом.Здесь жизнь кипела — а где жизнь, там и желание.— Ты такая молчаливая... — заметил он, бросая на меня осторожные взгляды. — Я думал, ты просто не хочешь со мной разговаривать.— Я слушаю, — ответила я. — Ты мне интересен. Даже несмотря на то, что выглядишь как типичный турист.Он рассмеялся.Мелодично, искренне. От этого смеха по моей коже пробежал едва заметный холодок, хотя меня сложно чем-то удивить.— Я могу доказать, что я лучше любого туриста, — наклонился он ближе. — Хочешь, покажу одно место?Его голос стал глубже, теплее. Он не знал, кто я такая, но инстинктивно делал всё правильно.И мне это нравилось.— Веди, ragazzo, — усмехнулась я. — Я всегда за приключения.Он повёл меня вверх по старым каменным лестницам, что петляли между домами. Говорил об архитектуре, университете, о своих амбициях — умный, харизматичный, с блеском в глазах. А я слушала... и одновременно думала, какой он будет на вкус. На одном из поворотов Невилл остановился и резко обернулся — так близко, что я почти столкнулась с ним.Теперь нас разделяли считанные сантиметры. Слишком близко. Слишком опасно для него.— Откуда ты? — тихо спросил он. — Ты не похожа на тех, кто бывает здесь проездом. Ты... другая. Его пальцы едва коснулись моего предплечья.Смело.И это стало его ошибкой.Потому что теперь я чувствовала его ещё острее.Его кровь.Его жар.Его учащённое сердцебиение — оно ударяло в меня, как зов. Я шагнула ближе. Он не отступил.— Другая? — прошептала я. — Ты даже представить себе не можешь — насколько.По его коже прошла дрожь. Не страх. Нет. Любопытство. Ему нравилась опасность, хоть он и не понимал, как близко стоит к грани.— Покажи, — так же тихо ответил он.— Что именно?

— То «другое», о которой ты не хочешь говорить.Я провела пальцами по его шее. Его пульс взорвался под моими пальцами — быстрый, горячий. О, да...Это было лучше любого вина, любой пасты, любого десерта.— Осторожно, ragazzo, — наклонилась я к его уху. — Если я покажу тебе свою настоящую сущность... ты уже никогда не уйдёшь.— А я и не хочу уходить. — он сглотнул.Я улыбнулась — медленно, хищно. Провела взглядом по линии его горла. Ещё один шаг... Ещё один вдох его аромата... И я уже не смогу удержаться. Его рука обвила мою талию, притянула ближе — смелость граничила с самоубийством.— Ты играешь с огнём, — прошипела я тихо, позволяя своим клыкам едва-едва удлиниться — так, чтобы он не заметил, но я почувствовала остроту.— Может, я люблю жар, — ответил он почти неслышно.Я рассмеялась. Игриво. А во мне уже поднимался голод. Слишком молодой. Слишком смелый. Слишком вкусный. И я знала: ещё немного — и он точно станет моим «десертом». Его запах начинал перебивать запах моря. Тёплая кровь под кожей, что бьётся в сосудах на шее. Я слышала каждый удар пульса — ровный, молодой, сильный. Он смотрел на меня восхищённо. Почти благоговейно.— Ты не похожа ни на одну девушку здесь, — сказал он, и даже не понял, насколько это смешно.— Я не похожа ни на одну девушку нигде, — ответила я, и он только улыбнулся, будто это была шутка.Я положила ладонь ему на грудь — поверх простой футболки, но тепло его тела прорезало меня насквозь. Он был такой живой, что мои клыки почти прокололи собственную губу.— Если хочешь уйти... — прошептала я, наклонившись к его уху, — сейчас самое время.— Я... не хочу, — выдохнул он.Ох. Он даже не представлял, что говорит. Я провела пальцами по его челюсти, слегка повернула его голову — так, чтобы шея открылась мне полностью. Он дрожал.От страха?От ожидания?От меня?Неважно.— Тогда не кричи, — сказала я мягко, почти нежно.И в следующую секунду — наклонилась к его коже.Тепло. Запах молодой крови, сладкой, густой. И первое прикосновение клыков — лёгкое, как поцелуй. Он резко вдохнул. Его пальцы сжали мою руку. А я... Я вошла в кожу так легко, будто она сама пригласила. Вкус ударил в мозг.Горячий.Морской.Молодой.Сильный.Он тихо простонал — не от боли.От чего-то другого.А я пила медленно, смакуя каждую секунду. Вокруг больше не было ни фонтана, ни туристов, ни Неаполя.Были только мы. Его пульс. И моя жажда, которая наконец получила то, чего хотела. А потом — я провалилась.Вкус его крови... Густой, горячей, с привкусом молодости, силы и того самого знания, которое я почувствовала ещё до того, как он заговорил. В ней было что‑то уникальное — я не могла оторваться. Я погружалась всё глубже, слушая, как его сердце перекликается с моим. Пульс становится быстрее... Потом неровным... Потом слишком слабым.Я очнулась только тогда, когда почувствовала, что под моей рукой его тело оседает. Расслабляется. Становится холоднее.— Чёрт... — прошептала я и резко отступила.Он лежал на каменных ступенях узкой неаполитанской улочки, голова чуть наклонена, глаза наполовину закрыты. Губы стали бледными. В груди едва‑едва шевелилось дыхание.Я не хотела этого.Не планировала.Он был просто десертом, случайным парнем, чьё любопытство могло бы стать для меня развлечением на вечер.Но почему сейчас внутри меня — паника?Почему он не кажется случайным?Что в нём такого?Его разум?Этот невероятный потенциал, что чувствовался в каждом слове?Или то, что впервые за долгое время я действительно... слушала кого‑то?Его сердце пропустило ещё один удар. Я должна была или отойти — и дать ему умереть. Или...Превратить.Я не делала этого десятилетиями. Клялась себе, что больше не буду. Это — бремя. Ответственность. Душа, которую ты связываешь со своей.— Ты слишком молод, — прошептала я. — Ты не выдержишь. — У тебя может не получиться. — Я могу убить тебя второй раз... окончательно.Сомнения сжимали грудь.Я на миг закрыла глаза.Сколько вампиров я видела, что ломались после превращения?Сколько становились монстрами?Но он... В нём не было монстра. Даже намёка. И сейчас он умирал только из‑за меня. Его пальцы едва дрогнули. Его грудь сделала слабую попытку вдохнуть. Без меня он не выживет. Со мной — у него есть шанс.— Пожалуйста... — я коснулась его щеки. — Я не хотела тебе зла. Я наклонилась над ним. Сделала надрез на собственной ладони.— Если ты выживешь... — прошептала я, поднося раненую руку к его губам, — это будет твоя новая жизнь. Не лёгкая. Не простая. Но ты заслужил шанс.Капли моей крови коснулись его губ. И я знала — пути назад уже нет. Сначала ничего. Пустота. А потом — лёгкое движение. Едва ощутимое, но оно было. Его губы коснулись моей кожи — и словно что‑то пробудилось внутри него. Его руки судорожно сжали мои плечи. Он начал пить. Жадно. Инстинктивно. Я едва выдержала — превращение болезненно для обоих. Когда всё закончилось, я с трудом удержалась на ногах. А он... он был холодным, неподвижным. Тихая смерть и тихая надежда одновременно.Он выжил.Стал вампиром.И стал... Невилом, которого все знали потом: тихим гением, ходячей энциклопедией, идеальным информатором.Но был один нюанс. Тот, который я недооценила в ту ночь.Когда вампир превращает человека — между ними возникает связь.Не просто эмоциональная.Глубокая.Биологическая.Психическая.То, что он чувствовал ко мне тогда — лёгкая симпатия, интерес — после превращения стало одержимостью.Только мои слова были для него законом.Только моё одобрение — наградой.Только моё присутствие — смыслом.И эта зависимость со временем уменьшилась, но всё же он был связан со мной. Именно поэтому он помогал нам всем — даже не раздумывая. Именно поэтому он знал всё, находил любую информацию. Именно поэтому он никогда не сказал «нет», когда я просила.Потому что первое, что он увидел в своей новой жизни — была я.За годы мы переспали всего несколько раз, это было приятно, но не больше; я не могла дать ему больше. Лондон. Современность.Велиса.Я решила сначала присоединиться к друзьям, мне нужно было хотя бы помыться, привести себя в порядок — я была в крови: своей, Ейдана, Маркуса... не знаю, чья она была.Не хотела задерживаться ни на секунду, и вскоре вышла из такси у ресторана. Таксист по пути несколько раз спрашивал меня, как я себя чувствую. Я пару раз отвечала, что всё в порядке, но он явно не верил — выглядела я, мягко говоря, не очень.Зайдя внутрь, я сразу почувствовала, что что‑то изменилось — будто сам ресторан ощущал, что его хозяин в опасности. Игнорируя тревожное биение сердца в груди, я направилась к бару. Бармена Тома я не обнаружила, зато заметила другого парня за стойкой.— Где Том? — спросила я без приветствия.— Доброе утро, Велиса. Я Карл, сегодня он не на смене. Могу чем‑то помочь?— Не знаю, кто ты, Карл, но сейчас меня это мало интересует. Где кабинет директора?Он указал мне направление, и уже через минуту я стояла с поднятой рукой у двери Генри Кадвела, собираясь постучать. (На двери, слава богу, висела табличка с его именем, потому что, работая здесь, я всё равно никак не могла его запомнить.)Что я скажу? Как буду врать? Вряд ли после вчерашнего всплеска силы у меня остался хоть какой‑то шанс использовать гипноз. Да я и не хочу — вокруг меня и так слишком много лжи. После того, как я постучала в дверь дважды за дверью я услышала короткое и суровое:– Входите!Я старалась выглядеть уверенно и спокойно, как обычно, но это было очень тяжело. Когда вошла в кабинет, я сразу заметила резкий контраст с Ейданом буквально во всем.Кабинет директора был небольшим, но продуманным до мелочей. Стиль — строгий современный минимализм: тёмное дерево в сочетании с металлическими акцентами, стеклянный стол, несколько дизайнерских ламп, создававших мягкий, тёплый свет. На стенах — несколько тщательно подобранных картин современных художников и большая карта мира с отметками ресторанов и поставщиков. Полки с книгами и каталогами расположены так, что ничто не создаёт ощущения хаоса. Пол — паркет, чистый и глянцевый, а в углу стояли несколько дизайнерских кресел для гостей.В воздухе ощущался лёгкий аромат кофе и дорогих духов — ничто не выдавало спешки или небрежности. Кабинет излучал спокойствие и уверенность, контрастирующие с хаотичной энергией ресторана.Генри Кадвелл совсем не похож на Ейдана. Если Ейдан — темпераментный, эмоциональный, с врождённым магнетизмом и лёгкой нахальностью, то Генри — спокойный, уравновешенный и практичный. Его внешность соответствует характеру: высокий, стройный, с прямой осанкой, тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад, глаза серые, холодновато-наблюдательные, но вовсе не доброжелательные. Он — контраст к страстному и порой хаотичному Ейдану, но именно эта стабильность, вероятно, делает его надёжным другом и партнёром по бизнесу, а ещё идеальным мужчиной для серьёзных переговоров.Я почувствовала, как спокойствие этого пространства словно успокаивает моё собственное сердцебиение, которое ещё недавно билося бешено.За столом сидел Генри Кадвелл. Он поднял на меня серые, холодновато-наблюдательные глаза, не отрываясь от документов, но всего одним движением передал внимание, достаточное, чтобы я почувствовала, что меня видят насквозь.— Велиса, — произнёс он спокойно, — не ожидал видеть тебя так рано. Что-то случилось?Я сжала кулаки, вспоминая вчерашние события, но постаралась оставаться спокойной. Генри не требовал объяснений — его внимательный взгляд сразу считал напряжение, усталость и следы того, что я пережила.— Нужно поговорить, — ответила коротко. — Есть некоторые вопросы по ресторану... и не только.Генри едва заметно кивнул, приглашая сесть. Его движения были спокойные и точные, без лишней эмоциональности, каждый жест излучал внутреннюю уверенность и контроль. Я почувствовала, что даже в его молчании скрыта сила.Я села в кресло, наблюдая, как он работает, и внутри появилось ощущение, что, несмотря на весь хаос снаружи, здесь, в его кабинете, можно найти порядок и опору. Генри Кадвелл не только управлял рестораном, он управлял людьми и ситуациями с такой лёгкостью, что любые проблемы казались мелкими по сравнению с его спокойствием.— Хорошо, — сказал он наконец, откинувшись на спинку кресла. — Расскажи мне всё, что произошло.Я глубоко вдохнула, готовясь к разговору. Здесь ложь была бессмысленна — Генри видел словно истину в моих глазах.— Во‑первых, я увольняюсь. Во‑вторых, Ейдан будет отсутствовать несколько дней. То есть... мистер Ейдан Крейн.— Подожди-ка, давай по порядку, — отложив документы, наконец посмотрел на меня серьёзным тоном. — Почему ты увольняешься?— Проблемы со здоровьем. Вас это не касается, — ответила я, стараясь сохранять холодный тон.— Ладно... — он нахмурился, словно пытаясь разгадать что-то скрытое. — А почему ты называешь мистера Ейдана по имени? И почему он сообщил тебе, рядовому менеджеру — тем более уже бывшему — а не мне, директору, своему другу?— А как мне его называть? — я развела руками. — Он просто попросил передать вам, что его не будет. Больше ничего. Причин он не объяснял, сказал лишь, что семейные проблемы и что его не будет в городе."Чёрт, что я несу, — проговорила я про себя. — Какой ещё Ейдан?"— Это очень странно, Велиса. — Он опёрся на стол, и мне показалось, что его взгляд пронизывает меня насквозь. — Как тебе его называть? Что вас связывает?Мне показалось, что этого человека трудно заинтересовать... но сегодня мне точно это удалось.— Нас ничего не связывает, мистер Генри. Мы просто в хороших отношениях, как друзья. Поэтому он доверил это мне. Перед отъездом мы случайно встретились — вот и всё.Генри нахмурился ещё сильнее и наклонился чуть ближе, глаза напряжённо наблюдали за каждым моим движением.— Почему он не позвонил мне? — резко спросил он. — Давай позвоним ему прямо сейчас. Он потянулся к телефону, но я остановила его жестом руки.— Нет... то есть он всё равно не возьмёт трубку, слишком занят. Ещё он просил передать, что обязательно позвонит вам, как только сможет. И что ресторан он может доверить только вам.Я заметила, как его взгляд на мгновение смягчился, но в глазах оставалась внимательность и контроль — тот самый холодный разум, который казался мне неприступным, но сейчас явно прислушивался к каждому моему слову. Генри оперся на стол, скрестил руки и спокойно, но проницательно посмотрел на меня:— Хорошо, Велиса. Тогда скажи прямо — что именно тебя беспокоит? Почему ты уходишь так внезапно?Я вздохнула, ощущая, как в груди сжимается ком.— Я уже сказала — проблемы со здоровьем.— Понимаю, — кивнул он, но в голосе прозвучала лёгкая настороженность. — Но если проблемы серьёзные, почему не обратилась сразу? Почему оставила всё до последнего момента?— Потому что... — начала я, подбирая слова, — я не хотела, чтобы кто-то вмешивался. Я справлюсь сама.Генри нахмурил брови, а потом, словно меняя тон, мягче сказал:— Велиса... я знаю, что Ейдан доверяет тебе, но я тоже хочу быть уверен, что всё в порядке. Ты не обязана мне ничего объяснять, но я хочу понимать.Я почувствовала, как лёгкое тепло разлилось по груди — его слова были спокойны.— Мистер Генри... — тихо сказала я. — Я ценю это. Но я должна уйти, это мой выбор.— Хорошо, — кивнул он, внимательно разглядывая меня. — Тогда давай договоримся: пока тебя нет, я буду держать всё под контролем. Но ты должна обещать — если что-то серьёзное случится, ты сразу сообщишь. И я буду ждать звонка от Ейдана, если он не позвонит через несколько дней, то я начну не на шутку волноваться.Я слегка улыбнулась:— Обещаю.Он откинулся на спинку кресла, слегка улыбаясь, и добавил с лёгкой иронией:— И, Велиса... постарайся не исчезнуть совсем. Ейдан расстроится, а я хочу знать, что ты в порядке.Я почувствовала, как напряжение немного спало, но внутри оставалось тревожное предчувствие. Этот человек не просто директор — он внимательный, проницательный и опасный в своём спокойствии. И сегодня я поняла это ещё яснее.– Хорошо, – сказала я, стараясь звучать уверенно. – Я пойду.Я чувствовала, как внутри что-то сжимается: не страх, а странное предчувствие того, что этот мужчина останется в моих мыслях надолго.– Мистер Генри... – попробовала я еще раз, не отводя глаз. - Я...Он покачал головой, едва заметно, как бы успокаивая меня жестом.– Иди, Велиса. Но знай — если что-то пойдет не так... я узнаю.Я кивнула, отступая к двери. Каждый шаг казался мне трудным, хотя мои ноги шли сами. За плечом я почувствовала последний взгляд Генри, спокойный, но проницательный, как тихий голос предупреждения и поддержки одновременно. Выйдя из кабинета, глубоко вдохнула. Я знала, что оставляю за собой не только руководителя ресторана — оставляю деректора и друга Ейдана, который позаботится о его ресторане.Я написала заявление, оформила документацию, передала все свои дела другим работникам, забрала свои немногочисленные вещи и уже через несколько часов была на пороге нашей квартиры. Конечно, мне было не до работы, этой человеческой, совершенно бессмысленной фигни, но я знала, что для Ейдана важен ресторан и не могла его подвести. Я чувствувала усталость и напряжение после разговора с Генри. Я ещё не успела открыть дверь, как перед ней уже стояли Найра и Роан.— Ты уже дома! — приветливо, но внимательно сказал Роан, словно ощущая моё настроение.— Есть какие-нибудь изменения? — спросила, наблюдая за ними, ища хоть какие-то признаки тревоги.Найра покачала головой, а Роан добавил с спокойной уверенностью:— Нет, всё спокойно. Всё так же, как оставила.Я глубоко вздохнула, ощущая облегчение. Сердце всё ещё билось быстрее после напряжённого дня, но знать, что дома царит спокойствие, давало хоть немного сил.— Хорошо, — тихо сказала я. — Спасибо, что ждали и присматривали.— Всегда, — ответила Найра, и оба кивнули ей в знак поддержки.Велиса прошла внутрь, зная, что пока её не было, все были в безопасности, а Ейдан, ставший вампиром, оставался под её присмотром. Это было важно для неё — ощущать контроль, хотя бы в пределах дома.