17 chapter

Он полный придурок! Серьёзно! Занудливый и такой правильный, бууэээ! – щёлкаю шариковой ручкой, сидя за партой на перемене между вторым и третьим уроками, и делюсь с Женей всеми эмоциями, что так и просятся наружу, так и просятся быть высказанными!Нет сил больше молчать. Хоть кто-то уже должен меня выслушать, иначе... иначе лопну скоро от возмущения!– Митя правильный? А что в этом плохого?– Плохое в том, кем он себя возомнил. Учить меня вздумал.Женя, прикрыв рот ладонью, тихонько хихикает, и стреляет в меня каким-то уж больно загадочным взглядом, словно я ей тут не о первой в своей жизни ненависти рассказываю, а о первой любви, да ещё и безответной.– Чего ржёшь? – фыркаю, и замечаю, как из школьной столовой в кабинет физики возвращается Жанна и её свита; вальяжно проплывают по проходу, с набитыми пирожками щеками, и занимают свои насесты.А главная курица на меня такой взгляд бросает, словно я её любимого кота ночью псам скормила, и теперь, в срочном порядке, на корм собакам нужно пустить меня. И вот так смотрит на меня дрянь, что только вчера лишила меня наушников!– Эй? Ты слушаешь, вообще? – толкает меня локтем в бок Женя, и я одариваю её тяжёлым взглядом:– Закроем тему. Глупый разговор.– Так я ведь вообще молчала, – вновь смеётся, демонстрируя ямочки на щеках, и мне невольно улыбнуться хочется. – Так что... что этот... ну этот, Дмитрий Александрович... Странный он. И «Клевер» этот... странный, – запинаясь, бурчу себе под нос, с неоправданным интересом рассматривая надпись ручкой на парте «Вали в свою Америку, сука»! Верх культуры.– Почему странный? Митя обычный. Хороший парень, – будто бы со знанием дела заявляет Женя, хватает стирку и принимается избавлять парту от надписи. – Музыку любит сильно, вот и преподаёт её кому-то вроде нас... Музыкальной школы-то в городе нет. А у Мити рок-группа своя, они в «Клевере» по вечерам выступают. В основном с каверами, но бывает, что и своё играют.– А по утрам он чего в «Клевере» трётся?– Так работает ведь.– Разве? – хмурясь, наблюдаю, как Женя не теряет надежды стереть все чернила до остатка. – Я слышала, что нет.- Слышала?– Ну, да, – отвожу взгляд от неловкости момента и тут же себя корю за это. С чего вообще мне неловкость испытывать?..– А! – Женю будто великая мысль посещает. – Так он там не числится! Зарплату не получает, просто помогать Алине приходит. С разгрузкой, или доставкой товара. С поставщиками переговоры ведёт и так далее.– И не получает за это деньги? – брови невольно на лоб лезут. Он что, травой и свежим воздухом питается?– Отказался видимо, – пожимает плечами. – Я не знаю этого, Кристин. Знаю, что он Алинке с «Клевером» днём помогает, а по вечерам, когда работает бар, концерты организовывает.– Бар, – киваю, ничего не понимая, и сверлю взглядом одну точку в парте.– Днём – кафе. Вечером – бар. Всё просто, – решает пояснить Женя. – Город у нас маленький, вот и приходится крутиться.– И даже разрешение есть? – придирчиво глаза сужаю.– Да, конечно есть. Как бы ещё они работать могли?Ну вот вроде и ясно всё. Да не очень.– «Клевер» – кафе отца Алины. Он умер несколько лет назад от инфаркта. Так что она там с тех пор и директор, и владелец, и администратор в одном лице.– И продавец.– Продавец только по утрам, когда я в школе.– Аааа...СТОП.– В смысле? – круто разворачиваю к ней голову, и ещё жду долгих несколько секунд, пока Женя любуется чистенькой партой, собирая крошки от стирки в ладонь, а затем отвечает:– Я разве тебе не говорила?– Да вроде нет.– Я работаю в «Клевере». До пяти часов вечера примерно, когда как получается.– Офигеть.– ОФИГЕЕЕТЬ! – звучит с соседнего ряда голос, от которого мне непреодолимо хочется поморщиться, а следом оглохнуть. – Только посмотрите: Принцесска и Нищенка теперь подруги! Сейчас растаю от умиления...Одариваю Жанну невыразительным взглядом, а мысленно отмечаю, что немножечко «подтаять» не помешало бы её заднице. Как минимум.– Не ведись, Кристин, – тут же шепчет мне Женя. – Она тебя провоцирует.– Меня? Так ведь не меня оскорбили.– А... ну, да... хотя, да... Ты права... – Лицо Жени тут же заливает краска, а взгляд наполняется таким смущением, от которого даже мне неловко становится.– Эй! Нищенка! – продолжает кудахтать курица. – Там тебя мать звала! Наверное, хочет, чтобы ты помогла половую тряпку отжать!И половина из присутствующих в классе взрывается от смеха, тут же обращая весёлые взоры к Жене, словно та – пугало на кукурузном поле, но настолько нелепое, что ни одна ворона его не боится.– Моя мама в школе уборщицей работает, – считает нужным сообщить мне Женя, в то время, когда я даже и не думала о подобном спрашивать. Несмотря на всё смущение и понурый взгляд в парту, ещё объяснять что-то пытается?..– Зря ты со мной села, – выдыхаю обречённо, глядя на красное, как помидор, лицо Жени. – Я ведь говорила тебе... Теперь и ты получать будешь.– Да я и раньше получала. Не привыкать, – украдкой поглядев на меня, смущённо, но, чёрт, так горько улыбается, что клянусь всем на свете, у меня аж сжиматься внутри всё начинает.«Не лезь, Крис. Не встревай. Не твоё это дело! Ты и так выживаешь, как можешь! Не рой себе могилу!»– Гиблое это дело, Карасева, – с отвращением во взгляде фыркает Жанна. – Принцесски с нищенками априори не водятся. Ну, разве что шмотки свои тебе донашивать отдавать будет...– Да я и тебе могу что-нибудь подобрать. – Ну вот и всё, понеслось. – Мне не жалко. – Оглядываю Жанну с ног до головы. – Правда, не уверена, что размерчиком сойдёмся.Ну вот теперь класс смеётся не с Жени, а с этой выдры, что уже вовсю молнии из глаз в меня метает.«Вот не живётся тебе мирно, Крис! Куда лезешь? Зачем?»Зачем?.. Ну... по сути, Женя ведь вчера за меня заступилась. По крайней мере, попыталась.– Я не поняла, – тупо протягивает Жанна, разворачиваясь ко мне всем торосом и хрустя костяшками пальцев. – Ты сейчас нарываешься, или что, америкоска?– Я интересуюсь, – любезно улыбаюсь. – Нужно чего? Из вещичек? А-то у меня много. Даже в шкаф всё не влезает.– Кристина, не надо, – с опаской шепчет Женя, сжимая моё запястье ледяными пальцами. – Она тебе и вправду врезать может, у неё брат бывший зек.А я в это время играю с Жанной в войну взглядами, и даже не думаю проигрывать.Звенит звонок, и Жанна, пользуясь моментом, отводит взгляд первая, не забыв перед этим угрожающе прошипеть:– Тебе конец, принцесска.Конец подкрался слишком быстро и незаметно. Или это было только его начало?..Думала, в наше время уже никто не устраивает «тёмную».Видимо я ошибалась.