Глава 125. Холод, который не только в воздухе

Комната была тихой, слишком тихой. Лишь слабый гул ветра за окном и редкий скрип старого дома нарушали тишину. Даня сидел на диване, сжавшись в комок, укрывшись пледом, но холод всё равно пробирал его до костей. Это был не просто холод воздуха — он шёл изнутри, из того места, где когда-то жило чувство безопасности.

После того дня, когда Лёша потерял контроль, всё изменилось. Даня больше не доверял ему, даже если тот говорил мягко, даже если касался осторожно. Любой шаг Лёши к нему казался опасным. Даже тёплые слова теперь воспринимались как предвестники чего-то плохого.

Лёша зашёл в комнату тихо, но Даня всё равно вздрогнул. Его взгляд сразу метнулся в сторону, лишь бы не встречаться глазами. Лёша заметил, как тот дрожит.

— Замёрз, моё солнце? — голос был мягким, почти ласковым, и в нём не было ни капли злости.

Лёша подошёл ближе и сел рядом, не дожидаясь ответа, аккуратно обнял Дану. Его руки были тёплыми, но это тепло ощущалось как чужое. Даня инстинктивно напрягся, мышцы стали каменными, дыхание участилось. Он не оттолкнул Лёшу, но и не прижался — словно его тело застряло между реакцией «убежать» и «замереть».

Лёша, будто не замечая этой жёсткой настороженности, опустил губы к его лбу и поцеловал. Это движение раньше могло бы вызвать у Дани внутренний трепет, но теперь оно отозвалось пустотой.

Я больше не чувствую себя в безопасности рядом с тобой, — пронеслось в голове у Дани.

Он не сказал этого вслух. Не смог. Вместо этого взгляд его остался направленным в пол, а руки, которые могли бы обнять в ответ, лежали на коленях, сжатые в кулаки.

Лёша держал его, думая, что даёт ему тепло. Но Даня чувствовал, что холод внутри только усиливается. И этот холод был страшнее любого ветра за окном — потому что он жил в сердце.

В груди у Дани всё стягивало, а в голове звучал знакомый внутренний голос: «Не доверяй. Не расслабляйся. Помни, что он уже сделал».

Лёша, возможно, искренне хотел заботиться, но в глазах Дани каждый жест был под подозрением. Даже плед, который Лёша подтянул к его плечам, казался частью игры — красивой, но небезопасной.

И, сидя в этих объятиях, Даня понимал: вернуть доверие будет труднее, чем просто согреть замёрзшее тело.