63 посиделки

Уютное кафе, спустя несколько дней.

Лера, увидев Мелиссу, чуть не выронила свою круассан.— Божечки, Мел, ты выглядишь... — она замерла, подбирая слово, — ...живой. И не в смысле, что не мёртвая, а в смысле... горишь изнутри. Что случилось?

Мелисса села, сняла пальто и сделала глубокий вдох. Сейчас или никогда.— Лер, присядь. Мне нужно тебе всё рассказать. Всё-всё.

И она начала. Неторопливо, с паузами, иногда сбиваясь. Она рассказала о том, как Дима пришёл в её жизнь — сломленный, агрессивный, отчаявшийся. Как она пыталась его спасти, а в итоге сама начала тонуть в его боли и своей. О том, как рухнули все профессиональные границы, о поцелуе в парке, о её увольнении, о их странном партнёрстве.

Лера слушала, не перебивая, её глаза становились всё шире.— Оху... прости, — выдохнула она, когда Мелисса замолчала. — Ну ты даёшь. Я знала, что у вас там не всё чисто, но чтобы так...

— Это ещё не всё, — Мелисса горько усмехнулась. И перешла к самой страшной части. К сообщению. К призраках из прошлого, к компании «Вектор-Тех», к Артёме и его долгах, которые теперь висят над ней.

Лера уже не говорила «охуеть». Она сидела, обхватив голову руками.— Мелисса, да ты в серьёзной жопе! Это же... это же опасно!

— Я знаю, — тихо сказала Мелисса. — Но ты не понимаешь самого главного. Во всей этой... катастрофе, есть он. Дима.

И тут её голос дрогнул, и слёзы, которые она сдерживала, наконец хлынули.— Он... он не сбежал, Лер. Когда пришло то сообщение, он не спросил «а ты точно ни при чём?». Он не испугался. Он... он взял на себя мой кошмар. Он нашёл юриста, собрал своих друзей, он стал моей крепостью. И посреди всего этого ада... — она смахнула слёзы, пытаясь улыбнуться, — ...посреди всего этого, у нас были эти... дурацкие, неловкие поцелуи. И я чувствую... я чувствую что-то такое, чего не чувствовала никогда. Даже к Артёму в самом начале.

Она посмотрела на подругу, и в её глазах была настоящая паника.— Я влипла, Лер. По уши. В своего бывшего пациента, у которого куча своих проблем, пока мы боремся с моими призраками. И я не знаю, что будет дальше. Как это может вообще работать? Мы оба — сплошное ранение. Мы можем исцелить друг друга или мы просто добьём друг друга?

Лера долго молчала, разглядывая её.— Слушай, а ты себя слышишь? — наконец спросила она. — Ты только что описала не ад, а... самую настоящую любовь. Тупую, безрассудную, не вовремя пришедшую, да. Но самую что ни на есть настоящую. Ты думаешь, любовь приходит к идеальным людям с идеальной жизнью? Нет, чёрт возьми! Она приходит как спасательный круг именно тогда, когда ты тонёшь!

Она наклонилась через стол.— Он тебя не добивает. Он тебя, блять, собирает по кусочкам! А ты — его. Вы — два сломанных пазла, которые вдруг сложились в одну картинку. Да, она кривая. Да, с царапинами. Но она — ваша. А все эти «призраки»... — Лера махнула рукой, — ...вы их вместе победите. Потому что я вижу, как ты говоришь о нём. В тебе нет страха за себя. В тебе есть страх его потерять.

Мелисса слушала, и слова подруги, грубые и прямолинейные, как всегда, попадали в самую точку. Она боялась не будущего. Она боялась потерять то, что у неё уже было. Этот хрупкий, безумный, прекрасный мир, в центре которого был он.

— Так что хватит реветь, — Лера толкнула к ней салфетницу. — Вытри сопли. И иди к своему сломанному, но твоему пазлу. И разберитесь с вашими призраками. А потом живите долго и счастливо, с вашими дурацкими неловкими поцелуями. Потому что, я смотрю на тебя, и мне кажется, оно того стоит.

Мелисса вытерла слёзы и слабо улыбнулась. Она не получила ответов. Но она получила нечто более важное — безоговорочную поддержку и разрешение не быть идеальной, не иметь плана и просто довериться тому, что рождается между ней и Димой. Даже если это было страшно. Даже если это называлось любовью.

простите за долгое отсутствие, написание диплома и в принципе учеба занимает все время

620 слов