Глава 1

Привет! Меня зовут Виктория Райкен. Моя настоящая фамилия Гарсиа. Но мне пришлось скрыть это, поскольку я хочу избежать насмешек со стороны одногруппников. В нашем мире не принято носить имя смертного. Моя мама , как мне рассказывали в детстве, была одной и нас, а вот отец... Человек. Конечно, я не одна такая, но все же. И чтоб вы поняли, о чем идёт речь — я оборотень. Да-да, вы не ослышались. Оборотень. Я учусь в академии Адриана Великого, о личности которого ходит много мифов и легенд. Академия скрыта могущественными чарами в глубинках Северной Дакоты. Хоть здесь и не многолюдно, некоторые смертные забредают сюда. В основном это люди с даром ясновидения, о котором они сами не подозревают. Также здесь учится моя подруга Мира Светлицкая. На английский манер её называют Марай. Она приехала из Сибири, где круглый год дожди и снег. "Тающая ледяная пустыня", так она выражается. Смертные верят, что оборотни существуют, но никогда не видели их в живую. Сложено много мифов, в которых нас изображают как свирепых тварей с волчьей головой и светящимися в темноте глазами, перегрызающих глотки, выпивая всю кровь. Тут все спутано с легендой о вампирах. Я знаю нескольких "холодных" из академии Святого Владимира, которые уж совсем не похожи на кровопийц. Бледные и высокие, они внушают доверие и уважение. И уж явно не отвращение. Обе рассы похожи на обычных людей. У нас схожий образ жизни — спим, питаемся, дышим в конце концов. Все мы маловосприимчивы к солнечному свету. Однако, стоит заметить, что оборотни, вампиры, и отчасти алхимики, от рождения имеют более менее идеальную стройную фигуру, прекрасные волосы и чистую кожу, обладают невероятной силой, или же магическими способностями, как у мороев. Сила оборотня проявляется не только в чувствах и силе, но и внешне. У кого-то это только цвет глаз, у кого-то уши, пятна на коже. Кицунэ имеют невидимые хвосты. У меня, как у воина, полный набор — белоснежные волчьи клыки, острые когти и большие янтарные глаза. Во мне борятся гены человека и оборотня. Поэтому я могу с лёгкостью контролировать своё обращение. Марай повезло меньше. Она чистокровный вервольф. И именно поэтому меня приставили к ней следить, чтобы она в порыве чувств не покалечила кого-нибудь. Этот учебный год особенный для меня — мы становимся старшеклассниками. А через пару лет будет выпускной. Но сначала нужно будет сдавать экзамены и проходить испытания. Мне не терпится, в этом я гордо признаюсь. Ещё для старших классов полно привилегий: отдельный холл, где можно пообщаться вдали от галдящих малышей, отдельная столовая, но самое главное — отдельный жилой корпус. Сегодня мы перевезли все вещи. Нам с Марай повезло — комната только на двоих. Не каждый день такая удача. — Ты чего, не рада? — спрашивает она. — Викки! — Конечно рада, — равнодушно улыбаюсь в ответ. — Просто... Я устала. Марай тяжко вздохнула, будто это она устала от всего. Девушка ходит и раскладывает вещи по полочкам в шкафу. И, как всегда, все набито её шмотками, и мне достаётся маленькая тумбочка у кровати. — Ну что ты раскисла, Викки? — озадачилась подруга. И вдруг её осенило. — Тебе нужен парень.— Давай лучше сходим развеемся, — говорю я, пытаясь отогнать все эти мысли. Знаю, что подруга снова позовёт парочку каких-нибудь горячих парней из выпускников, дабы не упустить попытку заинтересовать меня. Марай громко пищит и бросается на шею. — Наконец-то! Узнаю свою старую подругу! В крепких объятиях валимся на кровать, и я не могу сдержать смеха. Мы так редко улыбаемся. — Я позвоню Мэтту и Рику, — Марай довольно набирает номер своих друзей. Я панически протестовала. Нет, только не они! — Я отправила смску. Рик будет рад встретиться с тобой. — Я рассчитывала только на нас двоих, — хмурюсь я. Марай расхохоталась. — Викки, тебе нужно расслабиться. Мы сходим на вечеринку выпускников, не более. Потом ты можешь уйти. Без меня. — Ты же понимаешь, что я не могу оставить тебя одну. А ты хочешь меня подставить. Я пойду в этом, — провожу рукой по одежде. — С ума сошла! Вот, возьми. Она бросает рядом на кровать лоскут Вишневой ткани. Разворачиваю. — Я не надену это, — маячу этим куском перед её глазами. — У тебя нет выбора. Марай права. Мне придётся тащиться с ней, ведь мы связаны клятвой. Оборотни не бросают слова на ветер. Когда меня бросили гнить на улице, Клан Светлицких принял меня к себе. И я дала обещание защищать Марай. В какой-то степени, я стала её стражем. — А есть что-нибудь менее откровенное? — Менее откровенными могут быть только панталоны моей прабабушки. Я невольно рассмеялась. У нас разное мнение о красоте и моде. Смирившись со своей участью, я хватаю этот вишневый кусок и иду переодеваться. Не нравится мне это. Наконец, поборов своё недовольство, возвращаюсь к своей подруге. — Ты шикарна, — выдает она, после долгого немого молчания. Я стою будто в нижнем белье. Но очень приятно к телу. — Это не я, — снова перечу я. — Ты не видела себя в зеркале, — Марай всегда говорит то, что видит. Она не умеет врать. Не умеет. Значит, не так уж ужасно я выгляжу. Она собирает мои длинные волосы на затылке и закрепляет серебряной заколкой. — А теперь смотри. Я заглядываю в зеркало. О, Луна! Я не верю своим глазам. Бархатное открытое платье-футляр глубокого винного цвета оттеняет и без того мою светлую кожу. Я и не знала, что это так сочетается с моими зелёными глазами. Наряд коротковат, но даже узкая юбка не затрудняет движения. — Последний штрих, — подруга протягивает шпильки. — Нет! — Не спорь. Кроссовки ты не оденешь, а другой обуви у меня нет. Скрепя зубами принимаю туфли.

***— Ты хоть представляешь, как я себя чувствую?! — рычу я. Нервно отдёргивая края платья, я следую за Марай. В гостиной общежития уже толпились старшеклассники. Звенят бокалы с шампанским, дико хохочут распущенные девицы. Спиной я ощущаю движение, чужое тепло. Внезапно грубые руки, стараясь быть нежными, касаются моей талии. — Викки... Аларик. Черт бы его побрал. Рывком перехватываю его шершавые ладони и блокирую. По правде говоря, это вышло случайно. По наитию. Я помешана на мыслях о приближающейся опасности. В какой-то степени, так и есть. — Не делай так больше.—Хорошо, Викки, прости! Отпусти! А-а! Расслабляю захват. — Что тебе от меня надо? — сурово пилю его взглядом. — Марай сказала, что ты хотела меня видеть, — мямлит Рик. Он с опаской держится на достаточно безопасном от меня расстоянии. Золотые волосы стянуты в маленький хвостик, и от этого лицо с широкими нечеловеческими скулами становится ещё более устрашающим. Но щенячьи глазки делают парня смешным. — Ты же знаешь, что это совсем не так. Прохожу к столу с шампанским. Честно говоря, я недолюбливаю подобные напитки, но сегодня я готова даже на это, лишь бы отвлечься от плетущегося за мной Рика. — Да брось, Виктория, я не настолько заносчив! Пожалуйста, не отталкивай меня! Ну что поделать. Я могла бы легко уделать его, при этом обратив на себе кучу недоуменных взглядов. Или нарваться на очередную разборку. Так что нет, стоит потерпеть. — Ладно, — одёргиваю я. — Руки не распускай. И не вынуждай меня нервничать, мои кулаки от одного твоего присутствия чешутся. Рик виновато улыбнулся своими белоснежными зубами и галантно протянул свою ладонь. Я берусь за неё, надеюсь, меня не вырвет от его приторного дружелюбия. Заиграла медленная композиция, и парочки вышли в центр площадки. Мэтт и Марай тоже приняли участие. Я не любитель медленного танца, и поэтому мои нервишки стали натягиваться. Чувство беспокойства и растерянности от нашей близости с Риком пугает меня. Так не должно быть. Но надо терпеть все это, пока Марай рядом с Мэттом, а потом все прекратится — мы уйдём обратно в корпус, и никто не потревожит наш тихий мирок. — О чем думаешь? — раздался голос у меняешь ухом. Запах чесночного пирога, слегка неудачно перебитый мятной жвачкой, врезался мне в нос. — Не твоё дело. Легкий смешок. — Хватит скалиться, Викки, я всетаки пытаюсь быть вежливым. Ради тебя, между прочим. Эти слова колкими мурашками пробежали по позвоночнику к затылку. Ну надо же! — Твоя эгоистичная натура не позволяет тебе быть искренним, Аларик. Или тебе что-то от меня нужно. — Мир не вертится вокруг тебя одной, — тихо хихикнул парень. — Но спасибо за мнение. — И это все? Самая колкая фраза на сегодня? Я удивлена. — Давай не будем портить друг другу вечер, позволь мне хоть раз побыть рядом с тобой, обходясь без резкостей. — Не я это придумала, Рик. Мы медленно качаемся в такт музыке. Утихающие аккорды фортепиано говорят о том, что танец закончился, и скоро снова заиграет зажигательная песня. — Девчонки! Принимай коктейль! — пропел Мэтт, протягивающий мне бокал с красной жижей. Идущая позади него Марай тоже держит такой. — Что это? — Кровавая Мэри, — пискнула она, уворачиваясь от щекотки парня. Я глотнула немного. Насколько мне известно, этот коктейль содержит очень много алкоголя, а этот вообще без него. Вишня и что-то приятно вяжущее. — Неплохо, — хвалю я. — Ну так что, снова танцевать? — спрашивает Аларик. Я машу головой. — Ой, нет, от этой музыки у меня перепонки лопнут. Лучше пройтись в тишине. — Хорошо. Рик повёл меня в сторону парка, где мы с подругой часто тренируемся. Я хорошо знаю эти места. Но никогда раньше я не ходила здесь ночью. — Замёрзла? — спрашивает парень. Я многозначительно на него взглянула. Оборотни выносят очень низкие температуры. А сейчас на улице почти дневная температура середины августа. Рик сконфуженно опустил глаза. Да! Я уделала его! Несколько минут мы бродим по пустому парку. От скуки я уже начала считать лавочки по своей стороне. Я забылась в своих же пустых мыслях. Тело наливается свинцом, но таким приятным, что не хочется сопротивляться. Медленно тёплая шероховатая рука оказалась на моей талии. — Мне, наверное, пора домой, — бормочу я, разворачиваясь. — Спасибо за вечер... Крепкие словно цепи объятия не выпускают меня. Я пытаюсь оторваться от них, но безуспешно. Моё тело отяжелело. — Не дергайся, Викки, я не сделаю тебе больно, — Толстые грубые пальцы заскользили по позвоночнику к бедрам. — Что ты со мной сделал? — Тише... — Рик... — Горячие губы впиваются в моё лицо. Черт! Какая мерзость! Голову атакуют панические несвязные мысли. Нужно убираться отсюда. Может, я и не могу действовать быстро, но двигаться вполне способна. — Рик! Бью когтями по наглой роже — на его морде остаются четыре красных полосы. Ничего заживет. Зато сколько ощущений! Рик разжимает хват, и я ковыляю прочь. Сзади улавливаю приближающиеся шаги. Заставляю своё тело работать, обращаясь. В таком облике я чувствую себя более устойчиво. Пьянящее состояние постепенно тает. Я перехожу на бег, и шаги за спиной исчезают. Оторвалась. Поднимаюсь по лестнице в свою комнату. Да картина не из приятных. Марай привела второго засранца в нашу комнату, и оба теперь нежатся на моей кровати. О, Черт. Замечательно, Викки. Просто замечательно. Как я могла повестись на эту уловку? Вот же наивная. Что это за дрянь была в бокале?! Дурь? Я отомщу Рику за его выходку! Двери на чердак открыты. Слегка приподняв до ужаса узкое платье, я забираюсь по лестнице на самый верх. Прекрасно. Перешагнув через кучу досок, я хорошо устраиваюсь на старых льняных мешках с набитыми ватой манекенами. Сквозь открытую форточку на крыше глаза находят Малую Медведицу. Очарованная красотой звёздного неба, я сладко засыпаю.