Глава 60: Последняя страница

Here with me - d4vd (рекомендуется слушать под эту песню)

Зрачок совы лениво двигается, следя за ночными существами в округе. Далёкая Луна освещает жизнь людей. Звёзды, которые, возможно, уже погибли, продолжают сиять, освещают собой Землю. Лёгкий ветерок поднимает опавшие листья с земли, кружит их в своеобразном танце. Су Юн наблюдает за этим вихрем с окна. В её душе наблюдается такой же ураган. Жаль, синоптики не смогут предсказать, когда это всё стихнет. Ей остаётся лишь смириться с положением дел и продолжать жить.

Странно это всё. Раньше она жила спокойной и размеренной жизнью, но лишь один звонок отца смог изменить всё. Один лишь взгляд в их глаза заставил пошатнуться весь мир девушки. Су Юн всё ещё не может поверить, что теперь она не сможет заглянуть в глаза Феликса, не сможет сказать обычное "привет", не сможет обнять и сказать "спасибо". Он открыл ей новый мир, показал новые грани, а теперь он уходит. Это больно. Другая сказка подошла к своему концу, и Су Юн стоит закрыть последнюю страницу, но она не может. Девушка продолжает смотреть на Феликса через окно. Она видит, как он стоит у дороги и ждёт своё такси. Пока он был в больнице, Чан и остальные успели создать ему ложные документы, подкинули их и помогли с деньгами. За него Су Юн не беспокоится, она боится за своё сердце. Боится, что оно не выдержит.

— Я тоже буду скучать, — из тишины появляется тихий голос, да так неожиданно, что Су Юн даже пугается. Девушка оборачивается и различает в темноте больничного коридора Чана. — Самому не верится, что он теперь не часть нашей семьи. Мы ведь знакомы больше века.

Су Юн прекрасно понимает его боль. Её переживания ничто по сравнению с утратой ребят. Они знакомы давно, пережили многое, а она знает их от силы два месяца. Но они успели подарить ей самые яркие два месяца в её жизни.

— Что же теперь... — задаёт она риторический вопрос и снова глядит в окно. Она не сразу находит знакомую блондинистую макушку, от чего пугается и начинает разглядывать дорогу, но после видит его и снова выдыхает с грустью. Феликс загружает свой небольшой чемодан в багажник автомобиля и садится на заднее сиденье. Дверь закрывается, и такси уносит его всё дальше и дальше. В какой-то момент Су Юн четко чувствует, как тонкая нить, что связывала их все это время, вдруг разрывается. Лишь пыль от неё остаётся висеть в воздухе и напоминает о пережитом. Новая дорожка слез образовывается на щеках. Су Юн молча опускает голову и принимается рассматривать листья деревьев, делает всё лишь бы отвлечь себя.

Он ушел... Теперь уже навсегда.

— Теперь он свободен, — внезапно заговорил Чан. Су Юн даже успела забыть о его присутствии. Девушка делает глубокий вдох и собирает остатки сил в кулак, лишь бы не расплакаться вновь. — Я даже в какой-то степени завидую ему. Он свободен, обрёл новую жизнь, и я надеюсь, что он будет счастлив. Нам же остаётся лишь пожелать ему хорошей дороги.

— Я тоже рада за него, но я хотела бы быть рядом с ним, — честно признается Су Юн и понижает голос. По каким-то причинам ей стыдно за это признание. Кто-то, возможно, сочтет это за эгоизм, но она хотела бы быть с ним.

— Если так получилось, то позволь этому случиться и просто живи. Прошлое уже ушло, но будущее мы пишем сейчас. Если ты сейчас застрянешь в прошлом, то будущее ускользнет из твоих рук.

Мягкий голос мужчины внушал доверие. Су Юн прекрасно понимала, что ей не стоит держаться за ушедшее время, но ей хотелось хотя бы немного побыть ещё там, в счастливом прошлом, где они вместе смеялись и радовались.

— А вы знали? — начала Су Юн после минутного молчания. Чан вопросительно глянул на неё. — Знали, что мы связаны? Поэтому привели меня в свою семью?

— Ты никогда не задумывалась, почему у тебя такая особенная кровь? — Чан ловко увел тему разговора в другую сторону. Су Юн сначала даже сбилась с мыслей.

— Не было времени задуматься, — ответила она ему и нахмурились. К чему это он ведёт?

— Такая мутация крови происходит только у тех, кто является обладателем смешанной крови. Обычные люди не могут нас лечить, маги тоже, но вот полукровки, рождённые от союза человека и мага, могут. Удивительная и неизведанная часть природы, — начал объяснять ей Чан, и Су Юн на удивление слушала его с особой внимательностью. — Я знал, что ты такая, знал, что ты одна из них. Но тогда я даже предположить не мог, что мы с тобой окажемся родственниками. После пропажи моей дочери я растерял всю надежду, думал, она давно погибла. А оказалось, нет, теперь я ясно вижу, что часть Роуз живёт в тебе. Часть моей Лили есть в тебе.

Чан с особой грустью разглядывал черты лица Су Юн. Девушка понимала, что он ищет в ней знакомое лицо, но он вряд ли найдет что-то, ведь их кровь давно смешалась с другими. Но Су Юн всё же рада, что такой человек как Чан оказался её родственником. В какой-то момент она чувствует его отцовскую любовь. Он смотрит на неё по-особенному. Смотрит так, как отчим никогда не смотрел на неё.

— Можно мне обнять вас? — робко спрашивает она.

Чан усмехается и раскрывает объятия.

— Не можно, а нужно, — говорит он, и Су Юн тут же спешит обнять его. Он холодный, но она ощущает тепло, связывающее их.

Чан давно потерял своих любимых, но нашел Су Юн в которой течет их кровь. Су Юн же никогда не знала отцовской любви, но нашла Чана, который будет её любить как родную дочь.

***

Полтора года спустя

Дверца машины захлопывается, и Су Юн спешит помахать рукой на прощанье подругам. Девушки прощаются с ней из машины и вскоре уезжают. На дворе ночь. Свежий зимний воздух окутывает Су Юн, и она спешит зайти в подъезд. По пути замечает, что в их квартире горит тусклый свет — значит, Хенджин уже дома. Пару лестничных пролетов, и девушка уже достает ключи из сумки. Связка ключей громко звенит, когда она роняет их от неосторожности. Су Юн негромко ругается, но быстро поднимает ключи и отпирает дверь. В коридоре темно, лишь из гостиной льется тусклый свет торшера. Су Юн разувается, оставляет сумку с курткой в прихожей и спешит в гостиную.

Она была права, Хенджин был дома. Мужчина сидел на диване, а в его руках блестел бокал с виски. Давно Су Юн не видела его с алкоголем.

Торшер рядом с диваном еле светит и освещает лишь малую часть комнаты.

С приходом девушки Хенджин даже не глядит в её сторону.

— Я пришла, — тихо заявляет Су Юн и расстёгивает кардиган.

— Почему ты не брала трубку? — у Хенджина хриплый голос. Взгляд всё также направлен в пустоту.

— Ты звонил? — Су Юн искренне удивляется. — О, черт. Я, кажется, забыла убрать телефон с беззвучного режима.

Девушка хлопает по карманам в поисках телефона. Хенджин медленно поворачивает голову в её сторону. Су Юн встречает его взгляд: холодный и резкий. Несколько секунд он молчит. Су Юн знает, что сейчас он злится. Сильно злится, но молчит. За эти полтора года он научился сдерживаться, хотя не всегда получается, но он старается, и старается он ради неё.

— Черт возьми, Су Юн! — всё же он взрывается и с громким стуком ставит пустой бокал на кофейный столик. — Сколько раз я просил не исчезать так? Тебе совсем плевать на мои просьбы?

— Прости, я правда не специально, — девушка делает максимально жалостливое лицо и осторожно приближается к мужчине. Она знает как растопить его сердце. Хенджин это просто ходячий комок взрывных эмоций. Мужчина вроде взрослый, но часто ведёт себя как ребенок и обижается, когда Су Юн не берет трубку с первого раза.

— Специально или нет, ты должна уведомлять меня о своем местонахождении, — Хенджин продолжает пилить её злым взглядом, но Су Юн игнорирует его. Вместо этого она спокойно садится к нему на колени и кладет руки ему на плечи.

— Я знаю, ты беспокоишься, но обещаю: первый и последний раз.

— Джонатан на свободе, мы не смогли его найти. Боюсь, он вновь вернётся за тобой. Будь всегда на связи, не заставляй меня звонить тебе по двадцать раз за час, — пока Хенджин продолжал свою злобную тираду, Су Юн успела провести по его груди. Ткань его кофты сильно мешала девушке, и она поспешила залезть под неё. Хенджин сразу же перехватил её руки.

— Су Юн, ты меня слушаешь? Пообещай, что всегда будешь брать трубку, — вампир заглядывает в её глаза с некой мольбой. Су Юн же коротко кивает.

— А ты знал, что ты становишься ещё более сексуальным, когда злишься? — девушка облизывает губы и оглядывает его голодным взглядом.

— Я серьезно, — Хенджин пытается вернуть разум жены и заставить её слушать, но уже поздно.

Вместо ответа, девушка трётся о его орган через ткань. А ведь его это заводит.

— Су Юн... — его руки ложатся на её бедра, обтянутые тканью колготок. — Ты обещаешь мне?

— Конечно, милый, — со стоном выдыхает она. — А теперь давай ты разденешься.

— И в кого ты такая нетерпеливая? — выдыхает вампир, но покорно принимается за одежду.

— Всё просто: у меня овуляция, а ты слишком сексуальный в этих штанах, — а ведь Су Юн не врёт. Ей хватило одного взгляда на своего мужа, чтобы захотеть скинуть всю одежду. Она, конечно, не Lamborghini Diablo, но благодаря Хенджину она заводится достаточно быстро.

Хенджин освобождается от верхней одежды и принимается за нижнюю. Су Юн на время слезает с его колен, чтобы помочь ему приспустить штаны, и после садится перед ним на колени.

— Когда-нибудь ты станешь серьезной, — Хенджин пытается изобразить недовольство, но у него плохо получается. Твердеющий член сильно выдает его. Девушка лишь ухмыляется и принимается за дело. Тонкие пальчики обхватывают его орган и принимаются медленно водить по всей длине. Мокрый язычок легко касается головки. Су Юн принимается легонько посасывать её, как леденец. Рука начинает набирать более быстрый темп, но она не спешит доводить его до оргазма. Мужчина откидывается назад и тяжело выдыхает. Большая мужская рука касается её головы и пытается надавить, но Су Юн ускользает и смеётся.

— Не так быстро, муженёк, — Хенджин понимает, что она хочет подразнить его.

— Ты напилась что ли? — спрашивает он, но бедрами всё же движет.

— Совсем чуть-чуть, — признается Су Юн. — Заметно?

— Ну что ты, — ехидничает вампир. — Конечно же нет.

Хенджин наклоняется вперёд и заглядывает в глаза девушки. В её глазах пляшут черти. Видимо, она и вправду выпила со своими подружками.

За эти полтора года многое изменилось. Су Юн успела открыть небольшую библиотеку, где и нашла новые знакомства. Хенджин с Су Юн недавно решили переехать в собственную квартиру, где-то в углу до сих пор лежат не разобранные коробки. Молодожены хотели насладиться обществом друг друга, но в их доме было слишком людно. Чану потребовалось много времени, чтобы оправиться после смерти близких ему людей. Чонина поддерживал Сынмин, хотя сам был не в лучшем состоянии. Однако каждый из них нашел себе занятие по душе. После случившегося Сангениум растерял своё доверие перед вампирами, но Аманда сумела взять всё под контроль. Вампирша построила новую систему и взяла в руководители Чана. Он же в свою очередь попросил Сынмина и Чонина находиться рядом с ними. Сынмин остался в Корее приглядывать за их домом и порядком в кругу вампиров;  Джисона он тоже просил, но тот отказался. Его главная задача на данный момент — следить за Минхо. Тот стал одним из них. Потерял свою жизнь, но обрёл бесконечность. Отцу Минхо сообщили, что его сын погиб, поэтому ему пришлось скрыться на некоторое время.

Су Юн была шокирована данной новостью, но после приняла ситуацию. В первое время после перевоплощения Хенджин не разрешал ей навещать брата. Новообращённые вампиры плохо справляются с человеческой кровью. Джисон заверил Су Юн, что позаботится о Минхо, и ведь не соврал. Всё это время он был рядом с ним и тренировал его. Постепенно Минхо справился со своей жаждой, только после этого Хенджин отвез Су Юн к её брату.

Феликса они больше не встречали. Во избежание искушения встретиться с ним, никто не проследил за его дальнейшим местонахождением. Сеул — город большой, и он мог уехать куда угодно. Но глубоко в душе Су Юн всё же верит, что встретит его.

Если им суждено, жизнь снова сведёт их вместе...

— Ну же, жёнушка, — с вялой улыбкой на лице проговаривает Хенджин. — Потрудись обрадовать мужа, не стоит дразнить.

— А если я продолжу дразнить? — Су Юн явно навеселе. Хихикает и даже не думает заканчивать начатое. Хенджин лишь улыбается и качает головой.

— Непослушных нужно наказывать, — вампир внезапно наклоняется вперёд и шепчет ей на ухо непристойности. Су Юн тут же краснеет и прикрывает глаза от удовольствия. Хенджин знает, что подобные разговоры заводят её, и умело пользуется этим.

— А ты попробуй сначала поймать, — внезапно выдает Су Юн, что Хенджин даже теряется. Её рука вдруг вспоминает о своем местонахождении и возобновляет стимуляцию. Хенджин тихо выдыхает.

— Ты серьезно хочешь, чтобы я бегал по квартире с голой задницей?

Су Юн тихо хихикает и прижимается ближе к нему. В такие моменты Хенджину особенно хочется признаться в любви, сказать, как прекрасно звучит её смех для него, как ярко сверкают её глаза, но вместо этого он тянет её на себя и усаживает к себе на колени. На лице девушки всё ещё улыбка и пьяный взгляд.

— Поставь обратно, я же не успела подразнить тебя, — притворно возмущается она, но Хенджин сразу же затыкает её поцелуем. Девушка обмякает и сдается. Хенджин всегда целуется страстно, редко в поцелуях он может проявить нежность. Но именно кипящая страсть показывает ту самую бурлящую, как котел в аду, любовь мужчины. А Су Юн и не против сгореть в этом котле, что угодно, лишь бы с ним.

Мужские руки неспешно стягивают кардиган через голову, нет времени разбираться с пуговицами, после снимает и топ с бюстгальтером. Су Юн предстала перед ним во всей красе, а он вновь любуется будто не изучил это тело полностью.

— Не смотри так, — девушка начинает ещё больше краснеть и спешит прикрыть грудь руками. — Смущает...

— Где ты растеряла свою былую дерзость, жёнушка? — а Хенджину нравится смущать её. Сколько бы раз они ни занимались этим, Су Юн смелая только в первые минуты, а после вновь начинает смущаться всего. Это так забавно по мнению Хенджина. Ей хочется быть такой же раскрепощенной как её муж, но натура у неё другая. Она нежная, хрупкая и стеснительная. Поэтому Хенджин всегда с осторожностью касается её. Даже сейчас он осторожно переворачивает её на диван и нависает сверху.

Су Юн не находит, что ответить на его подкол, поэтому прижимается за очередной дозой поцелуев. Хенджин же смелее, чем его жена, поэтому спокойно стягивает свои штаны и боксеры.

— Переворачивайся, — просит он её и слегка помогает, поддерживая за талию. Су Юн лишь рада скрыть свое смущенное лицо в мягкой обивке дивана. Хенджин встаёт сзади и поглаживает её округлости. Стоило, наверное, и её раздеть, но Хенджину хочется совершить дикость. Он просто берет и рвет её колготки, юбка же остаётся висеть совсем ненужной тряпкой на талии.

Су Юн охает от его действий и возмущённо что-то бурчит, на что Хенджин лишь усмехается.

— Не люблю зиму, на тебе слишком много одежды, — честно признается он и отодвигает трусики в сторону. Ему открывается вид на розовую, такую нежную плоть. И, конечно же, Су Юн уже успела немного намочить нижнее белье.

— Теперь купишь новые, они вообще-то были удобными, — Су Юн продолжает свои возмущения, но затихает, когда Хенджин касается её там и растирает пальцами влагу.

— Я готов купить целый завод колготок, если ты позволишь мне рвать их на тебе, — Хенджин, как обычно, смущает девушку, и она вовсе перестает возмущаться. Победная улыбка украшает его и без того красивое лицо.

Его член уже в нетерпении начинает подергиваться. Заканчивая с увлажнением своей дамы, Хенджин пристраивает ноющий кончик члена и неспеша входит. Су Юн затаила дыхание, а Хенджин откидывает голову назад от наслаждения. В ней так тепло и влажно. Он никогда не устанет от этого чувства. Мужчина делает медленные толчки, позволяя ей привыкнуть, и лишь после набирает более быстрый темп. У Су Юн дыхание совсем сбилось. Диван пошатывается и неприятно скрипит, но останавливаться они не намерены.

— Быстрее... — промычала Су Юн и вслепую закинула руку назад в поисках опоры. Хенджин хватает её за руку и тянет на себя держа за талию.

— Поднимайся, — командует он и она беспрекословно повинуется.

Мир перед её глазами плывет. Цвета смешались, образуя разные пятна. Крепкие мужские руки с красивыми узорами вен на них держат её, не позволяя упасть. Хенджин прижимает её к себе, но просит выгнуться в спине. Су Юн снова исполняет его просьбу. Или это был приказ? В целом, это не так важно.

— Сегодня ты тихая, — шепчет он ей на ухо.

— Беспокоюсь о соседях, — говорит она и еле сдерживает громкий стон. Хенджин знатно ускорился. — Они ведь жаловались на прошлой неделе.

— И ты из-за них вздумала лишить меня своих прекрасных стонов? — он змеем-искусителем вьется вокруг, опаляет своим дыханием, опьяняет своим глубоким голосом.

Су Юн и так горит изнутри из-за его члена, а он тут ещё добавляет масла в огонь.

— Может, мне немного помочь тебе? — спрашивает он после её молчания. Су Юн обычно не сдерживается, а Хенджин всегда трахает так, что звёзды перед глазами летят. И как тут сдерживаться? Но соседей их концерт не устроил, и они пожаловались. Су Юн, конечно, стала тише, а Хенджину плевать на них. Он хочет наслаждаться ею и хочет слышать каждый её стон. А соседям стоит завидовать молча.

Су Юн отрицательно мотает головой, мол, не стоит, но Хенджина уже не остановить. Левая рука крепко прижимает девичье тело к нему, а права опускается вниз, проникает под юбку, находит разорванную ткань колготок и рвет ещё сильнее и лишь потом оказывается у цели. Горячее и мокрое влагалище уже изнывает и тоскует по его рукам. Хенджин сразу же находит клитор и принимается быстро растирать плоть. Су Юн тут же вскрикивает от неожиданности. Ей слишком приятно, чтобы сдерживаться, и она протяжно стонет.

— Вот она, — довольно мурлычет Хенджин и оставляет поцелуй на её шее. — Моя девочка.

Су Юн уже позабыла о просьбе соседей и полностью отдалась стремительно нарастающим чувствам. Его длинные пальцы на клиторе, пульсирующий член внутри и приятный голос сводят её с ума. Ещё пару минут такого быстрого темпа, и девушка обильно кончает с томными криками. Глаза закатываются от удовольствия, а в голове пустота. Хенджин не останавливается, а напротив разгоняется ещё быстрее и вскоре тоже обильно кончает прямо в неё. Су Юн слишком расслаблена, чтобы думать об этом сейчас. Ей жарко, но приятно. Внизу всё ещё пульсирует и Су Юн падает на диван. Пока она пыталась прийти в себя, Хенджин уже успел опуститься на диван.

— Теперь дай мне прибраться там, — заявляет он, а Су Юн смотрит на него в замешательстве.

Девушка не успевает ничего ответить, как Хенджин укладывает её на спину и разводит ноги в стороны. С привычной ухмылкой на губах он опускается вниз и касается языком её клитора. Черт, Су Юн сейчас готова молиться всем богам, лишь бы он не останавливался. А Хенджин и не думает сбавлять обороты. Девушка совсем недавно кончила, поэтому очень чувствительна, но Хенджин, не церемонясь, поглощает её. Язык юрко пробегается между складками, губы присасываются и тянут клитор вверх, а зубы мягко изводят горящую кожу. Ко всему этому добавляются его длинные и изящные пальцы. Тогда Су Юн окончательно теряет связь с миром и вновь стонет, но уже потише. Хенджин закидывает ее ноги себе на плечи для большего удобства, ведь на диване не так много пространства. Су Юн находит руками его мягкие и шелковистые волосы. Треплет их совсем неаккуратно и прижимает его голову сильнее к своей промежности. Вампир то и не против углубиться в своё дело. Когда быстрые пальцы и умелый язык доводят девушку до второго оргазма, Хенджин вновь принимается интенсивнее массажировать нужные точки. Су Юн вновь кричит от удовольствия и пытается оттянуть его голову от себя.

— Остановись... — тихо, сквозь стоны просит она, но разве может он послушаться её? Конечно, нет. Хенджину хочется доводить её до самого лучшего оргазма в её жизни, да так, чтобы все их соседи знали, кто обладает этой девочкой.

Оргазм должен уже утихнуть, но Хенджин продолжает её пожирать. Су Юн вновь кричит и просит остановиться, а тело начинает непроизвольно содрогаться.

И в этот момент Хенджин вспомнил, почему соседи вдруг стали жаловаться. Всё просто, Хенджин очень хорошо обслуживает свою даму.

Через время он всё же прекращает свои пытки и замедляется. Су Юн ещё содрогается какое-то время, но после затихает совсем. Хенджин уже думал, что она спит, даже собирался прибраться и отнести её в комнату, как вдруг она задаёт ему вопрос.

— Ты в меня кончил?

Какое-то время Хенджин молчит, вспоминая, действительно ли он так сделал, потом отвечает положительно. Су Юн на дрожащих руках приподнимается и принимает сидячее положение рядом с мужем.

— Ты ведь знаешь, что я от такого и забеременеть могу, — говорит она и укоризненно смотрит на него. Хенджин в ответ смеётся и вводит девушку в ступор.

— А я и не знал. Думал, детей аист приносит.

Су Юн продолжает сурово на него смотреть, но Хенджин лишь чмокает её в висок и ложится на диван утягивая любимую за собой.

— Не беспокойся. У нас, вампиров, сперматозоиды не такие активные как у обычного человека. Большинство из них просто не успеют дойти до яйцеклетки, а оплодотворить тем более. Такое случается редко, поэтому можешь не переживать.

— Получается, мы можем не пользоваться контрацепцией? — Су Юн укладывается сверху мужчины и прижимается щекой к его груди.

— Тебе так нравится скакать на мне без резины? — мужчина вновь ехидничает, и у Су Юн появляется сильное желание дать ему оплеуху, но она сдерживается.

— Я серьезно спрашиваю.

— Вообще шанс на беременность есть, хоть и не так велик, — Хенджин всё же успокаивается и отвечает без всякого сарказма. — Поэтому один из пяти раундов обязательно должен быть с защитой.

Хенджину совсем этого не хочется. Иногда он представляет Су Юн с животом, носящей его ребенка. Нет, даже не так, носящей плод их любви. Ему, как и любому другому мужчине, хочется подарить ей частичку себя и вырастить семью. Он не выскажет своего желания, будет хранить его до тех пор, пока Су Юн сама не заговорит об этом. Но всё же, для Су Юн это может быть опасно. Он не хочет подвергать её такому большому риску.

Его пальцы тихо и нежно касаются её головы, проходятся по прядкам её волос. Девушка постепенно засыпает, а он продолжает наслаждаться её обществом. Равномерное сердцебиение напоминает ему о той жизни, которая кипит внутри неё. Он вампир, он мертв, но его душа цветет, будто наступила весна.

Через время раздумий, он накрывает её близ лежащих пледом. Су Юн уже спит глубоким сном и видит яркие сны, Хенджин же рядом с ней наслаждается тишиной и покоем. Слишком многое им пришлось пережить, чтобы прийти к тому, что они имеют. И именно поэтому он желает наслаждаться каждой секундой этого покоя.

***

Первый декабрьский снег кружится в воздухе. Мир потихоньку окрашивается в приятный белый цвет, который обещает подарить покой и мир. Минхо давно нуждается в подобном спокойствии. Он уже и не помнит последние моменты своей жизни. Помнит лишь, как переживал за сестру, спешил к ней, но после сам пал жертвой коварных магов. Он до сих пор помнит ту боль в теле, когда острые иглы пронзили его. Иногда ему снятся сны, как он вновь истекает кровью, но на деле он более не живой. Стал одним из тех, кого презирал. Не иронично ли это? Минхо часто задаётся разными вопросами. Правильно ли это? Как ему жить теперь? Стоит ли это существование того? Но он точно знает одно — он не посмеет, будет жить ради Су Юн.

После его перевоплощения он долго не мог увидеться с ней. Джисон заверял, что с ней всё хорошо, но Минхо нуждался в подтверждении. Джисону он больше не доверял. Их такие хрупкие отношения рухнули, но никто из них двоих не посмел поднять эту тему до сих пор. Джисон перевоплотился в истинного наставника. Каждый день усердно тренировал нового члена вампирского общества. Минхо же был прилежным учеником, лишь бы ему позволили вновь увидеть его сестру. Минхо не сразу узнал о больших потерях с их стороны. Чан, который навещал их в первое время, кажется, чувствовал ответственность и рассказывал Минхо о важных событиях. Каждый, кто встречал его в новом обличии, посвящал Минхо в вампирские дела, о которых тот не особо жаждал знать.

Так прошел год, затем ещё одно лето, осень, и вот наконец наступила зима. На дворе раннее утро, но Минхо не желает сидеть дома. Мороз и снег окутали их маленькую хижину в лесу, но он не чувствует холода. Минхо нашел некоторые плюсы для себя в своем новом существовании и не может не радоваться этому.

— Они сегодня обещали приехать, — утреннюю тишину разрушает тихий голос Джисона, который вышел из дома.

— Неужели Хенджин соизволил привезти Су Юн. Надо же, господин сжалился надо мной, — Минхо, даже не обернувшись, стал брызгаться сарказмом. Хенджин ему по сей день не особо-то и нравится. Минхо часто смотрит скептически на его действия, но не смеет мешать счастью сестры. Этот самый Хенджин каким-то образом стал причиной улыбки Су Юн, и Минхо не сможет отобрать у неё этого счастья, даже если ему самому это не особо и нравится.

— Не злись ты так, он же переживает за нее тоже, — встал Джисон на сторону своего друга. После той злосчастной ночи Джисон сильно изменился. Он стал более тихим и замкнутым. Минхо это иногда тревожит, но он никак не может набраться смелости спросить об этом напрямую. Он чувствует, что эти изменения в Джисоне связаны с потерей его друзей, но не знает, как помочь. Да и слишком запутанные у них отношения, чтобы пытаться помочь друг другу. В итоге они пришли к молчаливому, но единому мнению — игнорирование всех их отношений и чисто партнёрские отношения: Джисон учит, Минхо подчиняется.

— Скоро будет два года, как я стал вампиром, а он всё ещё не доверяет мне, — буркнул Минхо и отвернулся от Джисона. Мужчина занялся рассматриванием красивых пейзажей, вместо нагнетания.

Их домик совсем мал, но для них двоих он идеален. Деревянная хижина находится далеко от города. Джисон специально привез сюда Минхо, чтобы поблизости не было ни одной живой души. Минхо признает, что быть вампиром не так-то просто. Ему потребовалось большое количество времени и сил, чтобы научиться сдерживать свою жажду. Иногда его посещают ужасные мысли, что он превратился в убийцу, но Минхо старается отметать эти мысли.

Если бы не Джисон, который обратил его в вампира, Су Юн больше никогда бы не встретилась с братом. Лишь эти мысли удерживают Минхо на земле. Только благодаря этому он ещё не испытывает ненависти к себе и другим вампирам.

— Мы с ним просто знаем, каково это, — спокойно отвечает Джисон и прислоняется к перилам на крыльце. — Ты ведь не простишь себе, если что-то сделаешь с ней.

Тут Минхо вынужден согласиться с ним. Порой Минхо сложно удержать свою жажду, и он бы не смог жить дальше, зная, что он стал причиной боли или, ещё хуже, гибели Су Юн.

Вместо достойного ответа Минхо убегает от дальнейшего обсуждения этой темы.

— Когда они приедут? Нужно будет накрыть на стол и достойно встретить их.

— Су Юн закроет библиотеку пораньше, где-то часа в четыре, и после они приедут.

— Ещё много времени, — Минхо произносит свои мысли вслух и после замечает краем глаза движение. Джисон перепрыгивает через перила и мнет свежий снег под ногами.

— Верно, поэтому мы ещё успеем потренироваться, — сегодня Джисон на удивление пребывает в более бодром расположении духа. Минхо невольно улыбается лишь краешком губ и спешит за ним. Он прав, если время есть, нужно потратить его с пользой.

***

Машина с трудом передвигалась по заснеженной дороге. Какое-то время крупные хлопья сопровождали их на пути к дому Минхо и Джисона. Су Юн обсуждала завоз новых книг в её библиотеку с менеджером магазина, Хенджин же молча водил машину. Дорога, в общей сложности, занимает более полутора часа. Под конец их поездки снег прекратился, Су Юн же закончила обсуждения и наблюдала за красотой в окне. Она сама была бы не прочь жить в подобном месте. Уединение, спокойствие и тишина сопровождали бы её тут.

— На заднем сиденье есть еда, — осведомил её Хенджин не отрывая взгляда от дороги.

Су Юн сразу же освежилась и потянулась к заднему сиденью. Ехать осталось немного, но она мало доверяла кулинарным способностям Джисона, скорее всего, именно он и будет готовить гостям.

— Ты купил мои любимые бутерброды, — радостно подметила девушка и села обратно на сиденье. — Спасибо, а то я так проголодалась. На работе завал. Представляешь, целых 15 человек не сдали книги в этом месяце. Обычно их меньше, но сегодня пришлось попотеть.

Су Юн принялась за еду, но говорить не перестала. У неё собралось много историй, которые она хотела рассказать своему мужу. Хенджин без всякого осуждения внимательно слушал и добавлял свои комментарии.

К тому времени, как они доехали, Су Юн уже успела съесть свой бутерброд. Хенджин оставил машину недалеко от их маленького, но уютного дома.

Услышав мотор машины, Джисон с Минхо сразу же вышли встречать гостей. Последний раз Су Юн приезжала два месяца назад. Иногда ей кажется, что Хенджин стал параноиком и слишком сильно печется о ней. Но она знает причины его осторожности и не может винить его за это. Ей и самой иногда страшно за свою безопасность, но после той ночи прошло больше года, и наверняка Джонатан и его шайка больше не потревожат ни её, ни её близких.

— Как ты выросла, моя маленькая, — Минхо сразу же подошёл к Су Юн с распростёртыми объятиями. Су Юн же подбежала к нему, как маленький ребенок, и крепко-крепко обняла его.

— Я так соскучилась, — с улыбкой на лице сказала она и никак не хотела отходить от брата.

— Голодна? — спросил её Минхо. — Сегодня я готовил ужин.

— Очень, сейчас слюни пускать начну, — соврала она, ведь ей важно провести время с братом.

Вечер прошел умиротворенно. Небольшой камин в гостиной согревал пространство. Удивительно, но из всех присутствующих это было нужно только Су Юн. В последнее время она часто замечала своё отличие от остальной части их семьи.

Еда, которую приготовил Минхо, оказалась самой вкусной едой на свете. Минхо и раньше готовил, но Су Юн слишком сильно соскучилась по его готовке, что съела всё за двадцать минут. Гостиная заполнилась тёплыми разговорами. Даже Хенджин чувствовал себя спокойно, несмотря на его вечные тревожные мысли.

— Мне на эту выдержку понадобилось очень много лет, — с явным недовольством отметил Джисон. Мужчина активно жестикулировал во время их беседы, казалось, у него и вовсе не было никаких переживаний. Но все они знали, что это лишь магия этого вечера, которая рассеется с уходом гостей.

— Я тоже долго не мог себя контролировать, — более спокойно подметил Хенджин и сделал глоток вина. — Более двух лет ушло на это.

— А мой братик не такой, как все, — шутливо высказалась Су Юн и после подмигнула брату.

Все они явно восхищались возможностями Минхо. Обычному вампиру требуется чуть больше времени, чтобы полностью управлять своей жаждой, Минхо же потребовалось меньше полутора лет.

— А никто не хочет сказать спасибо его тренеру? — воскликнул Джисон, но Минхо лишь демонстративно закатил на это глаза.

— Тебя что, каждый день хвалить надо? Два года уже хвалю, — Минхо явно шутил, но ему нравилось выражение лица Джисона, который вот-вот лопнет то ли от смеха, то ли от негодования.

— Конечно! — воскликнул он. — Знаешь, как сложно учить вампира. Почти то же самое, что и за ребенком смотреть.

— Ты меня сейчас с ребенком сравнил?! — в какой-то момент и Минхо взорвался негодованием. Хенджин с Су Юн тут уже не выдержали и захохотали. Перепалка этих двоих звучит лучше всяких реалити-шоу.

— Ладно-ладно, я же пошутил, просто пример, — кажется, кое-кто явно испугался. Хенджин захохотал ещё сильнее.

— Неужели наш неукротимый Джисон боится новообращенного Минхо? — с долей сарказма спросил Хенджин.

— Ты просто не знаешь, какой он сильный, — Джисон пальцем указал на сидящего рядом вампира.

Джисон ведь совсем не врал. Сила воли у Минхо оказалась намного больше, чем у остальных. Он смог освоить важные моменты вампирской жизни за такой короткий срок. Это вызывало восхищение у каждого из них.

— О, кстати, — воскликнул Джисон. — Чан сегодня ведь прилетает обратно.

— О нет, — простонал Хенджин и выпил последние капли вина в своем бокале. — Он меня убьет за непросмотренные счета компании за этот месяц.

— Конечно! — так же эмоционально ответил Джисон. — Деньги получаешь, а работать-то кто будет?

— Святой дух, — спокойно ответил Хенджин.

— Очень смешно, — сказал Джисон и даже не посмеялся.

После ужина ребята перебрались ближе к дивану. Джисон начал помогать Хенджину с отчётами, Су Юн же решила выйти на балкон с Минхо и поговорить в более приватной обстановке.

— Замёрзнешь же, — Минхо тут же накинул куртку на плечи Су Юн.

— Хорошо тебе, совсем не ощущаешь холода.

— Не всегда это хорошо, — как-то немного грустно подметил он.

— А я хочу... — заговорила она, но остановилась. — Я тоже хочу стать такой, как вы.

Минхо повернулся к ней лицом и долго всматривался в черты её лица, искал там ложь или страх.

Одинокая лампа с улицы давала нулевое освящение, из-за чего Су Юн было сложно увидеть хоть что-то. Но она знала, что Минхо так просто не одобрит её затею.

— Ты хочешь стать вампиром? — через время уточнил он.

— Все, кого я люблю, перестали стареть, — с отчаяньем заговорила она. — Лишь я одна теряю свою молодость из года в год. К тому же, приобретя вампирскую силу, я перестану быть такой хрупкой. Если Джонатан и вернётся, как беспокоится об этом Хенджин, то я смогу дать отпор. Вампиры ведь равны по силе магам.

— Обученные вампиры, — перебил её Минхо. Голос его звучал холодно, резко, словно нож масло режет.

— Вы меня и обучите. Ты сам справился с этим достаточно быстро, значит, и меня хорошо подготовишь.

— Это не так-то просто, как тебе кажется, Су Юн, — голос Минхо уже смягчился, он перешёл к стадии принятия.

— Я знаю, что мне придется отказаться от многого ради этого, но я давно думаю над этим.

— Хенджин знает?

Су Юн замолчала. Девушка осторожно заглянула в окно. Ей открылся маленький кусочек теплой жизни внутри хижины. Хенджин, нахмурившись, думает над отчетами и параллельно бурчит себе под нос проклятия. Су Юн как-то даже позабыла о том факте, что Хенджин может быть против.

— Значит, нет, — подытожил Минхо из своих наблюдений.

— Думаю, он будет согласен. Для всех будет лучше, если я перестану быть обычной смертной, — Су Юн всё ещё нуждалась в одобрении Минхо. Ей и самой было сложно принять новую сущность брата, но там обстоятельства были иными.

— Ты не обычная смертная, — заметил он. — В тебе течет сильная кровь.

— Толк от этой крови, если я всё равно не развила свою ману. Я даже не знаю, как это делается, — после шокирующей новости о происхождении Су Юн Чан некоторое время рассказывал ей о её истинном происхождении. Но знания вампира были ограничены, и он не смог помочь ей развить свои способности.

— Обсуди это для начала с Хенджином, потом ещё придем к этой теме, — Минхо не желал ссориться с сестрой, поэтому мягко положил руки ей на плечо в подбадривающем жесте.

Су Юн знала, чего она хочет, и знала, что добьется этого.

***

Хенджину следовало раньше заняться своей работой. Нудные бумаги, которые теперь повесили на него, ждали его весь месяц, но он до последнего избегал их. Теперь же, когда Чан едет сюда, ему следует выполнить хотя бы часть работы, иначе Чан может лишить его зарплаты.

Су Юн уехала домой одна. Так как сегодня была середина недели, она хотела прийти домой пораньше и выспаться, чтобы взяться за дела со свежей головой. Хенджин с опаской отнёсся к её одиночной поездке, ведь город явно не близко, но не желал лишний раз душить её своей опекой. Он переживает за неё, но понимает, что может оттолкнуть её этим. Су Юн так давно мечтала о свободе, и он не в праве отнимать у неё эту свободу.

— У меня уже глаза болят, — жалуется Хенджин и откидывается на диван.

— У вампиров глаза не могут болеть, — ровно произносит Джисон и продолжает смотреть на экран ноутбука.

— А вот мои болят!

— Но ты вампир, — не унимается Джисон.

— Но я устал, — Хенджин вскинул руки в драматическом жесте, Джисон же лишь закатил глаза.

— Половина уже готова, думаю, можешь идти домой.

Услышав слова Джисона, Хенджин сразу же вскочил на ноги. Его взгляд упал на настенные часы, стрелки которых приближались к одиннадцати часам ночи.

— Уже поздно, думаю, и Су Юн будет переживать. Вернусь к тебе завтра, — крикнул ему Хенджин, надевая пальто. Так как Су Юн забрала машину, ему придется пройтись на своих двух.

— Вернёшься, если Чан тебя не прикончит, — хихикает уставший Джисон и закрывает ноутбук.

— Но ты же защитишь меня? — подмигивает ему Хенджин.

— Конечно, нет, — фыркает Джисон. — Я не настолько тебя люблю, чтобы рисковать своей жизнью.

Хенджин усмехается в ответ и прощается с другом. Минхо решил выйти на ночную охоту, поэтому отсутствовал в доме. Выйдя наружу, вампир оглядывается, но не находит Минхо, поэтому разворачивается и спешит в сторону дома.

Уже ближе к полуночи Хенджин оказывается около их дома. Улицы пустуют, а снег приятно хрустит под ногами. Полная луна ярко светит на небосклоне, окутывает своей тонкой вуалью тёмные улицы. Хенджин явно наслаждается этой атмосферой. Так красиво и умиротворенно, что ему даже захотелось запечатлеть эту красоту на бумаге.

Но тут его взгляд начинает бегать по их улице. Странно, но их машина отсутствует. Привычное место их парковки пустует, ближайшие десять метров занимают другие, неизвестные ему, машины.

Хенджин тут же забывает о ночной красоте и спешит в их дом. Несколько секунд у входной двери казались ему вечными. На сердце внезапно стало беспокойно, и ему срочно нужно было убедиться, что его любимая жена дома и сладко спит на кровати. Открыв дверь, он осторожно заглядывает внутрь, проходит вглубь дома, но ощущает холод. Сама пустота поселилась в их доме. Мужчина спешит в их спальню, но открыв дверь, разочарование омывает его с ног до головы. Здесь пусто...

Тогда Хенджин включает свет по всему дому и зовёт её по имени. Нет. Здесь ее нет. Резкими движениями, Хенджин достает телефон и набирает уже знакомый номер. Долгие гудки терзают его сознание, но не дают никакого результата. На телефон она так и не ответила. Тогда Хенджин позвонил ещё раз, затем ещё и ещё, но каждый раз оставался без ответа.

Хенджин начинает нервничать ещё больше. Су Юн должна была вернуться домой более трёх часов назад, но её тут нет, телефон снова не берет. Мужчина пытается себя успокоить, ведь наверняка у неё снова разрядился телефон. Но где она ходит в такой поздний час? Может решила заглянуть к подругам или же поехала в их старый дом навестить Чана?

Хенджин обзванивает всех. Но каждый из них отвечает отказом, никто её не видел этим вечером.

— Су Юн не у вас? — сразу же спрашивает он не приветствуя друга.

— Су Юн? — изумляется Чан на той стороне трубки. — Нет, её здесь нет. А что случилось?

— Не могу найти её. — Хенджин кратко пересказывает их вечер и заявляет, что тут что-то не так.

— Успокойся, Хенджин, она наверняка у подруг. Ты им звонил?

— Конечно, звонил, всем её знакомым позвонил, но никто не видел её, — Хенджин начинает нервно расхаживать по квартире. Тут слишком пусто, ему это явно не нравится. Дом внезапно стал таким большим и неуютным без её присутствия.

— Стоит подождать, может, она просто решила заглянуть в кафе, — Чан всё ещё пытался удержать на плаву встревоженного Хенджина, но с каждой секундой Хенджину всё сложнее и сложнее поверить в такие нелепые ситуации.

— Чан, на дворе ночь, какое к черту кафе? Су Юн пропала. Наверняка это дело рук магов.

— Они остались с большими потерями после той ночи, думаешь им есть дело до неё?

Хенджин внезапно тормозит прямо посередине комнаты. Смирение накатывает на него как цунами. Внезапно он понимает, что это всё реальность, никакой не сон.

— Нет, — тихо проговаривает он. — Она нужна Джонатану.

Проходит ночь... Проходит день... Неделя... Вторая, но Су Юн нигде нет. Девушка, будто призрак, испарилась с заходом солнца. Оставила светлую память о себе и растворилась в темноте. Где только Хенджин не искал её, но нет даже намека на её местонахождение.

Их машину нашли в лесу, недалеко от дороги, по которой она должна была вернуться, но самой девушки там не оказалось. Была её сумка, плед, недоеденный бутерброд, а самой Су Юн нет.

Пустота стала другом Хенджину. Его жизнь внезапно потеряла все краски. Нет больше задорного смеха, теплых объятий и смешных рассказов. Каждый его вечер окрашен в мрачный темный цвет. Пыльный воздух проникает в его организм и травит, но он не замечает этого. Сильнее отравить его уже вряд ли получится.

Снег за окном тает, его сердце леденеет. Пустой взгляд устремлён в окно в надежде увидеть знакомую темную макушку, но её нет. Су Юн, словно сон, исчезла, оставив после себя теплые воспоминания, за которые Хенджин так отчаянно хватается.

Её нет, она пропала. Горькие слова оседают на кончике языка. Хенджин не хочет признавать это, но от реальности не убежать. От злости он замахивается вазой и разбивает окно. Осколки, словно его душа, разлетаются на части и проваливаются в пустоту.