Глава 12

Прошло две недели с тех пор, как мы вернулись в Сицилию. Я не разговаривала ни с кем с того самого дня, когда на моих руках умерла Кира. Её обезображенное лицо... Прекрасные волосы, которых не осталось на голове. Меня едва не вырвало, когда я увидела глубокие раны от бритвы. Моя Кира. Она не хотела умирать, но я не смогла её спасти. Из-за моей глупости пострадал Керасим. Врач говорил, что у него сломаны два ребра. Сейчас он лежал в своей комнате, шёл на поправку, а за ним приглядывала Адэлина.Домиано всё ещё не наказал меня. Я думала, больнее уже быть не может, но когда он с таким безразличием сказал Наилю убить меня — моё сердце изнутри взвыло. Однако, несмотря ни на что, он спас меня. Пытался не смотреть на меня, когда зашёл в шатёр. Он убил их всех. Дал мне самой вынести приговор моим обидчикам. И ни разу не осудил за то, что я приговорила их к смерти.Жалею ли я их? Нет. Будь я в состоянии тогда — убила бы каждого своими руками. Жестоко. Мучительно. Так, как они делали это с Кирой. Мой ангел... Я обязательно приду на её могилу, прочитаю Коран за неё.Долорес была в ужасе от моего вида, когда мы вернулись домой. Пришлось врачу вколоть ей успокоительное, чтобы она пришла в себя. Она ухаживала за нами все эти две недели, и я искренне благодарна ей за это. Если бы не Долорес — наверное, я бы умерла от тоски.Маттео и Адэлина приехали с нами. Адэлина — ради Керасима, а Маттео — чтобы заняться делами Домиано. Пока Босса не было в Сицилии, его место занимал Адриано. Он, как я заметила, неплохо справился со своей работой. Адриано был сильно опечален случившимся, но и зол на мою глупость. Я его отчасти понимала.С Риччи мы не разговаривали с тех пор, как приехали. Я часто ловила его взгляды, когда он проходил мимо моей комнаты, но на этом всё и заканчивалось.— Дорогая, может, ты уже выйдешь из комнаты? Давай погуляем вместе по двору, — не унималась Долорес, сидя на краю моей кровати. Она была измотана, уставшая и очень сонная. Бедная Долорес — ей не хватало уже сил убираться, готовить и ухаживать за нами.— Долорес... — я прокашлялась, чтобы унять хрипотцу. — Тебе нужен отдых, — я прижалась к её груди, крепко обнимая. Чувствовала, как она пытается совладать с дрожью в теле.— Если честно, Лола, я была бы не против поехать на море, отдохнуть немного, — всхлипывая, прошептала она. — Но Домиано не позволит другой горничной зайти в его дом. Он никому не доверяет.— Не переживай, я со всем разберусь, — встала с кровати и зашла в гардеробную. На улице уже порядком похолодало, поэтому я надела вязаный свитер нежно-розового цвета и белую юбку, едва достигающую щиколоток. На голову набросила бледно-розовую шейлу.Мои синяки почти сошли. Остались лишь жёлтые пятна, которые я скрывала косметикой.— Домиано дома? — спросила, выходя с Долорес из комнаты.— Когда я заходила к тебе, он был в своём кабинете, — было видно, как она волнуется.Мы спустились на первый этаж, и я зашагала в сторону его кабинета. Всё внутри дрожало от предстоящей встречи, но я должна была что-то сделать для Долорес. Постучавшись, я зашла. Мои глаза встретили Домиано, сидевшего в кресле, читающего что-то. Он был хмур, недоволен тем, что видел в бумагах.— Адриано... — его взгляд метнулся в мою сторону и замер. Его чёрные глаза медленно прошлись по моему лицу, отчего я опустила взгляд.— Ты что-то хотела, принцесса? — мои руки покрылись мурашками от его голоса. На мгновение я представила, что мы муж и жена. Будто я зашла к нему просто потому, что соскучилась. А может, так оно и было. Меня бы осудили за это, но я тосковала по нему всё это время. Когда в тот день я прижалась лбом к его рельефному торсу — жаждала, чтобы он крепко-крепко обнял меня.О Всевышний, помоги мне справиться с этими желаниями.— Я хотела попросить тебя, Домиано, — тихо начала я, продолжая, когда он отложил бумаги в сторону и устремил на меня всё внимание. — Долорес ослабла, ей нужен отдых. Разреши ей, пожалуйста, поехать на море хотя бы на пару дней, — попросила я, умоляюще глядя в его чёрные глаза.— И кто будет готовить, убираться и следить за здоровьем сопляка? — спросил он, словно ему было скучно слушать меня.— Я, — его брови удивлённо взметнулись.— Я буду готовить, убирать и ухаживать за Керасимом. Обещаю, — попыталась мило улыбнуться. Кажется, получилось, раз он расслабился и слегка приподнял уголки губ.— Долорес! — громко позвал он её, заставив меня вздрогнуть. Женщина зашла, обеспокоенно теребя пальцы.— Вы звали, Босс?— С сегодняшнего дня у тебя отпуск. Собирай вещи. Водитель отвезёт тебя в аэропорт — полетишь, куда захочешь, — снова уткнулся в бумаги. Долорес счастливо вскрикнула и, подбежав, крепко обняла меня. Я не удержалась и засмеялась, искренне радуясь за неё. Поймав взгляд Домиано, одними губами прошептала: «Спасибо».Мы собрали вещи Долорес, и она захотела попрощаться с Керасимом. Когда мы зашли в его комнату, он как раз не спал и сидел рядом с Адэлиной. На его лице уже не было ни синяков, ни ссадин. Ему всё ещё нельзя было вставать, пока не срастутся кости.— Долорес, я буду по тебе скучать, — искренне грустил Керасим. — Как мы без тебя?— Лола согласилась взять все дела по дому на себя, — счастливо улыбнулась она. — Спасибо тебе огромное, — мы крепко обнялись.— Да что ты, Долорес, не впервой мне готовить и убираться, — отмахнулась я.— Моя дорогая, скидывай селфи! — смешно протянула Адэлина, покачиваясь с ней вместе.Когда она уехала, мы с Адэлиной быстро поднялись к Керасиму.— Лола, ты же никогда ничего не делала, — сказал он, и я озадаченно поджала губы.— Ну ты и влипла, дорогуша, — Адэлина надула губы.— Она должна отдохнуть. Если бы Долорес узнала, что я ничего не умею — никто бы её не заставил уехать. А ты, Адэлина? Поможешь мне? — жалобно спросила я.— Нет-нет, — подняла руки она. — Я такая же, как и ты.— Но что ты будешь делать сейчас? Я тоже помочь тебе не смогу, — усмехнулся Керасим, и я закатила глаза.— Приготовлю что-нибудь по рецепту, — хмыкнула я и пошла на кухню.Сегодня я должна была покорить всех своей едой. Полистав пару кулинарных каналов, я наткнулась на рецепт курицы с картошкой в духовке. То, что надо!Достав из холодильника всё необходимое, я замариновала курицу, как было сказано. Но почему на такое количество картошки всего две чайные ложки соли? Не могу же я накормить Домиано пресной едой. Я добавила ещё парочку ложек, щедро посыпала тертым чесноком. Разложила всё на противне, включила духовку на сто восемьдесят градусов — но мне хотелось, чтобы приготовилось быстрее, поэтому выставила на двести пятьдесят.Справлюсь отлично. Надо бы утереть нос Керасиму и Адэлине.Пока еда готовилась, я решила убраться. Взяла пару бутылок со средствами, которыми пользовалась Долорес. Намыливала посуду, усердно протирая всё содержимым — чтобы наверняка. Руки жгло, но я прополоскала их в воде и вытерла насухо. Решила помыть полы.Открыла кладовку, нашла ведро и тряпку. Налила воду с ароматным средством, опустила тряпку, выжала и принялась возить ею по полу. В некоторых местах появились пузырьки.В этот момент я услышала шаги. Подняла взгляд — в кухню зашёл Маттео. Он стремительно двинулся ко мне, но тут же поскользнулся и с грохотом упал.— Какой идиот тут пролил воду?! — зло цедил он, заставляя меня покраснеть, как помидор.— Я хотела помыть полы, — смущённо выдавила я. — Прости... тебе очень больно?— Это ты тут решила потоп устроить? — в его голосе послышался смешок.— Я вообще-то за Долорес на неделю! — обиженно сказала я. — Это не потоп, я просто помыла полы.— Понятно. А готовить хоть умеешь? — Маттео откровенно рассмеялся. Я невольно улыбнулась.— Умею. Вот увидишь, — произнесла я, как ребёнок. Он осторожно поднялся, держась за столешницу.— Похоже, мне придётся немного помочь вам с уборкой, ниндзя, — ухмыльнулся Маттео. Он ушёл в кладовку и вернулся со шваброй. Вручил её мне и перекрутил тряпку так, что с неё почти не капало.— Эй, ты сухой тряпкой полы мыть собрался? — недоверчиво спросила я.— Влажной, ниндзя. Мокрой тряпкой моют полы — и разводы потом остаются, — я смутилась, когда он выхватил у меня швабру и покачал головой.Положив тряпку, он ловко прошёлся ею по полу, собирая всю воду, что я размазала. Я заворожённо наблюдала, как Маттео взглянул на меня своими яркими голубыми глазами. Он медленно приблизился, коснувшись языком пирсинга...— Если бы ты тогда сказала увезти тебя, Домиано никогда бы не нашёл твоего следа, — тихо проговорил он, разглядывая меня.— Я больше не совершу этой ошибки, Маттео, — я сделала шаг назад. — Домиано очень добр ко мне. Я больше не предам его, — абсолютно серьёзно говорю.— Совсем скоро твой отец отдаст Боссу территорию, и он выбросит тебя, как маленького котёнка, — я нахмурилась.Смог бы Домиано так поступить? Думаю, да. Он слишком любит власть. И спас меня только для того, чтобы заполучить арабские земли. Как же я раньше до этого не додумалась?— Тогда я буду только рада.— Но я могу стать для тебя другом, соратником... любовником, — обаятельно прошептал он, почти склоняясь ко мне.— Ты меня не интересуешь как мужчина, Маттео. Не порть наши отношения, — достаточно жёстко произношу я. Он касается пальцами своего пирсинга и хмыкает.— Не руби с плеча, принцесса. Может, совсем скоро ты передумаешь, — Маттео трогает конец моей шейлы и выходит из кухни.Невыносимый.Спустя некоторое время я почувствовала исходящий из духовки аромат. Взяла рукавицу и аккуратно вытащила противень. Пахло восхитительно. Безумно счастливая, быстро накладываю еду на тарелки и расставляю их по столу. Краем глаза замечаю высокую фигуру Босса.— Домиано! — выкрикиваю я, широко улыбаясь. Он смотрит на меня, затем его взгляд переходит на тарелку с картошкой и курицей. — Прошу, садись. Я очень старалась для тебя, — смущённо произношу, замечая, как на долю секунды его взгляд теплеет. Он присаживается за стол напротив меня.Я с нескрываемым любопытством всматриваюсь в его лицо, ожидая честной реакции. Он, не отрывая взгляда от моих выжидающих глаз, кладёт в рот кусочек курицы, а следом дольку картофеля. Сначала замирает, будто окаменев, от чего моё сердце болезненно сжимается. Но тут же закрывает глаза, словно с наслаждением пережёвывая еду. Я с изумлением наблюдаю, как он снова и снова накладывает в тарелку курицу и картофель, с аппетитом их поедая. Я широко улыбаюсь, прикрывая рот ладонями.— Тебе действительно нравится? — счастливо спросила я. Он молча кивает.— Тогда я отнесу Адэлине и Керасиму, — произнесла я, подходя к чистым тарелкам.— Нет, — я недоумённо смотрю на него. — Это всё хочу съесть я. Им мы закажем что-нибудь другое. А ты сиди рядом, — произносит он бархатным голосом, пережёвывая очередную дольку картофеля. Я улыбаюсь, кивая. Сажусь за стол, подперев голову ладонями, наблюдая за ним. Он такой красивый. А внутри, оказывается, ещё и добрый. Такой необыкновенный.— Почему ты сбежала? — вдруг, как гром среди ясного неба. Я прочищаю горло, растерянно оглядывая интерьер.— Я просто хотела увидеть семью, — грустно выдыхаю. Он долго смотрит на меня своими тёмными глазами, затем шмыгает носом и продолжает есть.— Твой отец выздоровел. Мы назначили встречу в Париже, — равнодушно произносит он, не глядя мне в лицо. Я удивлённо выпрямляюсь.— И что это значит? — осторожно спрашиваю.— Мы с ним заключим сделку, как и планировалось, — он поднимает на меня взгляд, и я сглатываю. — Ты поедешь со мной.— Я увижусь с отцом? — не верю своим ушам.— И не только. Там будут и твои сёстры, — он доедает очередную порцию и закрывает глаза. Почти весь противень опустел. Это меня приятно удивляет.Вдруг на кухню заходят Адриано с Маттео.— Ужинаете без нас? — весело произносит Маттео, садясь недалеко от Домиано.— Садитесь, садитесь. Домиано почти всё съел, берите, — с кривой улыбкой говорю я, всё ещё не отошедшая от новости. Домиано предостерегающе смотрит на этих двоих, когда они накладывают себе немного моего блюда.Маттео закидывает в рот картошку, смотрит на Босса, затем переводит взгляд на меня.— Ниндзя, вы, оказывается, прекрасно готовите, — с ухмылкой произносит он, делая глоток воды.— Вкуснее не ел ничего, — Адриано слабо улыбается мне.— Да что вы, не преувеличивайте, — я широко улыбаюсь им, краснея.Когда все закончили, я взялась за посуду. В моменте ощутила тот самый сладкий запах за спиной и осторожно повернулась.— Если я отпущу тебя к отцу навсегда — ты уйдёшь? — низким голосом спрашивает он, опуская голову к моему уху. Представляю, как ему неудобно так склоняться. Я задумалась. Хочу ли я домой?— Я не знаю, Домиано, — шепчу, осторожно выглядывая из-под ресниц. Он смотрит на меня взглядом, от которого внутри всё дрожит.— Ты не сказала «да», принцесса, — с лёгкой усмешкой произносит он, и мурашки табуном бегут по моей коже.— Но и не сказала «нет», — передразниваю его. Он смеётся. Я не каждый день вижу его таким... простым, живым. Словно он обычный человек, а не самый опасный дон мафии.— Я хочу, чтобы ты станцевала для меня, — томно шепчет он, прижимаясь ко мне. Я стараюсь держать дистанцию, но он загнал меня в угол. Что-то тёплое разливается внизу живота, и я не понимаю, почему так происходит, когда он рядом.— Я не могу, Домиано, — шепчу ему в шею, когда его лицо почти касается моего уха.— Почему? — его дыхание обжигает шейлу.— Я могу танцевать только для женщин... и для мужа, — сглатываю комок в горле. Чувствую, как он напрягается.— И что мне мешает жениться на тебе, чтобы ты станцевала? — хмыкает он, и я замираю.— Мой муж должен быть мусульманином... и любить меня, — констатирую. Он шумно вздыхает.— Как же глупо преклоняться перед каким-то богом... — возвращает мою душу в тело. Я словно окатываюсь холодной водой. Толкаю его и отхожу к раковине, включая воду. Замечаю, как он закрывает глаза, поджимая губы.— Принцесса, ставь их в посудомойку, — Домиано открывает шкафчик, и там оказывается посудомоечная машина. Он уходит, оставляя меня одну. Я быстро раскладываю грязную посуду, нажимая на «пуск».Решаю доесть остатки своей еды. Кладу на тарелку, сажусь, закидываю в рот картошку — и широко распахиваю глаза. Выплёвываю, зажмуриваясь. Это отвратительно.О Всевышний... как же это ужасно. Пробую курицу — пересолена до ужаса. Йа Рабби, как Домиано это ел? Зачем?Домиано... Господи. Он просто хотел, чтобы я улыбнулась. Чтобы не расстраивалась из-за неудачи. Замираю, чувствуя странный привкус хлорки. Откуда? Я же... Мой взгляд падает на тарелку. Принюхиваюсь. О боже. Это фиаско. Позор.Поднимаюсь в свою комнату и падаю на кровать. Какая же я глупая... непутёвая дурёха!Но моё тело разливается тёплой волной от одной мысли — он не поругал меня. Он ел это, словно это самое вкусное, что пробовал в жизни. Маттео... Адриано... Взгляд Домиано. Он их заставил. Я смеюсь от нелепости этой ситуации.Поднимаюсь с кровати — и замечаю на столике пакет. Как я его раньше не заметила?Подхожу ближе. Заглядываю внутрь.Роллы.Я прикрываю ладонью широко улыбающиеся губы и закрываю глаза.Домиано...

————————————————————📚Привет-привет. Как вам глава? Я хотела немного разбавить грустные моменты чем-то неловким и смешным, надеюсь у меня получилось. Пожалуйста, напишите хотя бы пару слов, чтобы у меня была крутейшая мотивация писать новые главы все интереснее и интереснее. а также подпишитесь на мой тгк, если не затруднит в ресурсе писать книги