Пролог

Я с детства жадно глотала сказки о принцессах и, украдкой от родителей, смотрела старенькие мультфильмы на крохотном экране. Мои сестры боготворили Жасмин, Покахонтас, Ариэль — сильных, дерзких, непокорных. А я... я любила Фиону. Потому что, в каком-то странном смысле, мы были похожи. Нет, я не превращаюсь в огра по ночам. Но я живу в высоком замке, укрытом от мира, охраняемом не одним, а множеством драконов. И, как она, я жду своего принца. Того, кто однажды возьмёт меня за руку и увезёт далеко отсюда.Вот только наши с ней истории разнятся в деталях. Я живу в этом замке счастливо, окружённая заботой и любовью своей семьи. Особенно отца. У меня даже есть принц — жених, которого выбрал для меня он сам. Однажды я тайком пробралась в его потайную комнату, созданную для чрезвычайных ситуаций, и увидела его. Красивый. Богатый. Совершенный.Хочу ли я стать его женой? Не знаю. Это трудный вопрос. Я ведь знала любовь только по тому старенькому телевизору, который тайком подарил мне верный слуга Керасим. Моя вера не дозволяет мне любить до брака. И я благодарна Всевышнему за то, что в сердце моём к нему живёт лишь лёгкая, детская симпатия.Сегодня мне исполняется девятнадцать. Отец устроил в мою честь праздник, пригласив лучших музыкантов и танцовщиц Аравии. Я почти готова. На запястье поблёскивает тонкий золотой браслет. Чёрные, мягкие локоны струятся по спине. Я поправляю белоснежное платье с тонкими, струящимися рукавами и разрезами, приоткрывающими мои бледные руки.— Лола! Мы ждём твоего танца! — без стука врывается Наида, моя сестра. Я улыбаюсь. Все здесь обожают мои танцы. В детстве, когда сестры гуляли в саду, я из скуки выучила танец живота. Моей наставницей была лучшая танцовщица Востока — я сама попросилась к ней на уроки.— Тогда не стану вас томить! — смеясь, хватаю сестру за запястье и выбегаю из покоев.За дверями льётся живая музыка. Тело само начинает плавно двигаться в такт. Я поднимаю руки, иду, покачивая бёдрами, спускаюсь по лестнице, ловлю на себе тёплые взгляды женщин. Звонко смеюсь, мои движения становятся быстрее, пояс с монетками на бёдрах звенит, словно серебряный дождь. Я танцую, приближаясь к отцу. Его взгляд — наполненный нежностью, любовью, бесконечной заботой. Я целую его руку, кружась на месте.В зале — роскошные шали, струящиеся с колонн. Слева — музыканты. Танцовщицы окружают меня, улыбаясь. Женщины и евнухи сидят за низкими столиками. Мужчинам сюда нельзя. Они веселятся в другом крыле дворца.Я делаю глубокий вдох. Сердце ликует — здесь моя семья. Они счастливы. Они со мной.Отец подходит, обнимает меня за плечи.— Моя хабибти... Тебе нравится праздник? — спрашивает он, кружась со мной в танце.— Папа... Это лучший день! Спасибо! — я останавливаюсь, прижимаюсь к нему, — Пожалуйста... Исполни мою мечту.Я смотрю прямо в его глаза. Момент — и его лицо меняется. Он мрачнеет. Я знала, что услышу отказ, но надеялась: может быть, в этот особенный день он сделает для меня исключение.— Лола... Сколько раз я говорил: нельзя покидать дворец. Нельзя показывать лицо чужим. И нельзя говорить в их присутствии, — голос его становится жёстким. — Ты выросла в безопасности и не знаешь, что скрывается за этими стенами. Там... зло. И ты — не такая, как все. Ты — особенная. Если о тебе узнают... начнётся война. Ты этого хочешь?— Я самая обычная, папа... Почему ты всё это говоришь? — нахмурилась я. Мне никогда не рассказывали правду.Да, все знали, что у короля есть старшая дочь. Но никто меня не видел. Люди шептались, будто отец прячет во дворце уродину. Но я ведь здорова...— Посмотри на себя... Твоя красота... Она — проклятие. Таких, как ты, рождают раз в несколько веков. За такими охотятся. А твой голос... Он погубит любого, кто осмелится встать на пути. Ты — сокровище. И враги не пощадят тебя, Лола.— Папа... Ты опять утрируешь, — смущённо улыбнулась я.И в этот момент в зал ворвался евнух, бледный, как полотно.— Господин Асад, беда!Отец напрягся. В его взгляде — тревога. Евнух что-то быстро шепнул ему. Гнев и страх исказили лицо отца.— Музыку остановить! Всем в туннели! — приказал он.У меня похолодело в жилах.— Лола, быстро надень платок. Спрячь лицо. Никому не показывайся. Не выходи из туннеля. Обещай, — он оттолкнул меня к служанке.Повсюду закричали. Люди метались, сбивая друг друга. Меня тянули за руку, на ходу надевая чёрное платье и длинный платок. По обрывкам криков я поняла: на дворец напали.Выстрелы. Крики. Запах крови. Я едва держалась на ногах.Служанка открыла тайную дверь. Я дрожала. Всевышний, спаси нас...И тут — жалобное мяуканье.— Там кот! Они его убьют! — закричала я, рванулась, но служанка вцепилась в мой локоть.— Госпожа... Не рискуйте ради зверя!Зверя?.. Он такой же живой, как я.Я вырвалась и кинулась в коридор. Увидела комочек серой шерсти, дрожащий в углу. Обняла его, прижимая к груди.— Не бойся, малыш. Мы сбежим.Но не успела я подняться — спиной почувствовала холодный металл.— Лицом ко мне! Быстро!Отвратительный, мерзкий голос. Я поднялась, закрыв лицо, и медленно обернулась.— Шевельнись — и пуля в сердце. Поняла меня? — прошипел он, прижимая дуло к моей ключице. Я кивнула. Дыхание сбилось. Пот стекал по спине.Всевышний... Папа... Спаси...Слёзы жгли глаза. Я сжала котёнка крепче. Нас вели по коридору. По лестнице. На полу — тела. Стражники. Душа кричала. Тошнота подкатила к горлу. — А ты что, решил угоститься арабским мясом? — противный голос. Перед нами встал толстяк с автоматом. За ним — ещё десятки.— Её к Бобу. Завтра продадим вместе с остальным товаром. Когда узнают, из какого дворца — озолотимся, — ухмыльнулся.Харам... Как он посмел? Мои ладони вспотели. Как я могла так глупо попасть в ловушку... Во дворе впервые увидела дворец снаружи. Зелень, фонтаны, деревья...Опустив кота на землю, я затаила дыхание, но в этот момент меня силком затолкали в фургон, набитый женщинами.Я всегда мечтала, чтобы меня спас принц. Никогда не желала, чтобы пришёл злой огр. Но сейчас...О Всевышний... Пошли мне огра, чтобы спасти от этих людей.