Последний вечер

- Если мучает жажда - то эта вода слишком холодная для питья, - Равен поругал девушку, но нежно гладил по голове. - Рамиль... Он...

Складывалось ощущение, что в лучах Луны она видела очертания брата, с которым была связана крепко-накрепко с рождения.

- Все хорошо, - парень закрыл пальцами ее глаза, вытирая оставшиеся капли ледяной воды. - Рамиль... - последнее, что она сказала перед отключкой.

Вяло и с плохим самочувствием девушка проснулась в своей кровати. Равен сидел в ее кресле и читал книгу «Упыри в кино».

- Доброе утро, солнышко, - не отрываясь от чтения, произнёс Равен. Когда парень закрыл книгу, он поинтересовался с задранным носом, - Как самочувствие?

Шмыгнув, Рания охрипшим голосом стукнула себя по лбу:

- О нет, Дастин!

Равен повернулся к столу.

- Не бойся, твой дружок дома и знает, что я с тобой.

У Рании закружилась голова, и та снова заплакала вчерашними слезами:

- Рамиль... Мой брат умер...

К постели девушки подошёл бывший одноклассник, взял за руку и с сожалением смотрел в сторону ее закрытых глаз.

- Он бы сейчас не хотел твоих слез. Подумай, как было бы ему тяжело видеть тебя в таком состоянии, да ещё и заболевшей.

Но это ее не успокоило, и Равен присел к ней в кровать и обнял. Поцеловал в макушку и щеки. Его руки прошлись по ее плечам, губы поднялись ко лбу, и он выдал:

- Нц, температура, так и знал. Сиди здесь и не уходи. - Не уходи, - сонно держала Рания его за футболку. - Я рядом. С тобой.

После этих слов она уснула летаргическим сном, пока в комнату ватными ногами не пробралась ее мама.

- Тебе сделать чай? - Да, - с кашлем прошептала Рания.

Женщина принесла своей дочери лимонный чай с кармолисом, и девушка спросонья выдала:

- Где Равен? - Бредишь... Нюхай чай, пока пар есть.

Полежав с чашкой в руках, пока содержимое не опустело до последней капли, Рания вышла в гостиную, где никто не сидел. Как и на кухне, в кабинете, спальнях и тд. Машина на парковке испарилась, то есть Рания снова одна.

Падая с ног на кухонную плитку, она разбила губу и от боли общей: физической и душевной; кричала. Кровь пролилась вниз, размазала подбородок.

- Ну и где ты сейчас? - Рания пыталась составить из разбитых уголков губ какие-то звуки.

Дастин пришёл навестить подругу не по приглашению. За окном сверкала молния - странно для погоды перед Рождеством. Снег, тая на лету, ложился дождевыми каплями на окно.

- Я тебе принёс киндер, - он вытирал ее губы ватой, кладя в руки пакет со сладостями. - Пфасиба, - поблагодарила та, с ватными дисками во рту. - Как любишь: ириски и молочные конфеты, которые положила мама, я нафиг выбросил с пакета, а ананасовые и с Дракончиками я оставил.

Рания дурно усмехнулась, но слегка повеселела.

- Ты зуб выбила? - испугался Дастин. - Ш-што? - она чуть не откусила палец своему другу. - У тебя клык торчит! Смотри какой!

Спотыкаясь и шмыгая носом, Рания побежала в прачечную искать зеркало. И правда выглядело все жутко: зубы как зубы, но верхний правый клык торчал неестественно и выпирал из-под губы. Удостоверившись, что он надёжно держится, Рания села обратно на кухню.

Как хозяин скучного жилища, Дастин вскипятил чайник, достал чашки с блюдцами и сахарницу. Травы, лежавшие в заварке, кружились в прозрачном чайничке в середине стола.

Парень вертелся у столешницы, напевая под нос: «Мама, смирись и расслабься», немного промычав, парень обернулся с фразой «Все решено...», но замолк, вспомнив о своей подруге.

- Вот чай. Подожди, горячий. - Он не горячий, - она нахмурилась.

Дастин решил отшутиться:

- В это время чай: ... - и показал экран блокировки, на котором стояла фотография Рании. Она посмеялась, подув в кружку.

Ребята посидели вместе около часа до приезда родителей подавленных нагрянувшими событиями. Рания, поймав их поникшие глаза, снова разревелась и убежала в спальню.

Дверь не закрылась и от сквозняка стукнулась об стену. Комната Рамиля выглядывала из-за угла, будто маня к себе песнями русалок. Тихо шагая, Рания шмыгала носом и дрожала от слез и простуды.

В комнате покойного гулял холодный воздух. Порядок в тихой комнате и не заправленная кровать оставляли чувство живности хозяина спальни. На синих стенах висели многочисленные фотографии его друзей, постеры джазовых клубов и рисунок Рамиля темно-бирюзового цвета с надписью: «Одиннадцать лет до того, как Ян назовёт себя чужим именем». Пластинки лежали в чёрной коробке на краю письменного стола и Рания решила принести последнюю купленную братом пластинку Рики Нельсона.

Ноутбук лежал приоткрытым, но выключенным. Рания отворила крышку до конца и экран загорелся их с Рамилем детской фотографией. Угадав пароль на экране блокировки, ей открылась папка с пронумерованными записями.

«Текстовой документ 15.»«Вампиров не существует, их выдумали для воплощения денежных целей. И поэтому один из них меня убьёт. Очень смешно вышло бы.»

«Текстовой документ 11.»«Я живу не своей жизнью. Но тогда она была бы ничей».

«Текстовой документ 17.»«Сайт для сбора петиций в защиту учащихся: ww.helpvhelp.fi».

Девушка кликнула по ссылке, которая привела на бывший сайт лавки антиквариата, находящийся ближе всех построили в соседнем городе, до которого два часа езды.

«Фотография. Лето. Август»Рамиль стоит в компании его сверстников: Сэма, Тома и Джерри. Сэм на всех фотографиях сутулился, а Том держался за спиной высокого Джерри. Они улыбались. Кликнув на стрелку влево, воспроизвелось видео, где Том прыгнул в бассейн загородного дома Сэма, куда Рамиль приезжал каждые летние каникулы.

Заряд на компьютере сел и Рания спустилась под стол к розетке. Возле мусорки лежала скомканная бумага с надписями чёрного цвета, обведённые несколько раз. Когда она открыла бумажку, на строчках в линейку скакали финские предложения: «Математика, последний курс + 15 евро за учебник».

- А когда это мы платили за учебники? - поинтересовалась вслух Рания.

Она поискала на полках и в шкафах школьные принадлежности, среди которых быстро нашла математику. Синяя большая книга сверкала от прилежного отношения к ней. Одна из страниц была изогнута для закладки. Там же в середине книги выпали деньги. Но девушка сразу поняла, что они игрушечные. На банкноте вместо «для развлекательных целей» красными буквами написано: «мой подарок в белоснежной рубашке».

Рания снова пошарила в шкафу брата, где висели рубашки. В кармане одной из них лежала зажигалка с серебряными камнями. От испуга сестра Рамиля дернулась и заикала, а найденный артефакт спрятала в карман.

Ближе к ночи погода успокоилась. На улице шумел тёплый ветер и блестел снег в бликах фонарей. Рания сидела на скамейке у крыльца дома, разглядывая окна соседей. К ней вышел отец, крутя сигарету в зубах.

- Солнышко, ты что на морозе сидишь?- Дышу, - каждая буква била в горле дикой болью. - Да... Когда болеешь, на свежий воздух нужно выходить чаще, - мужчина потрогал куртку с нескольких сторон, - Где ж моя зажигалка...

Рания тут же спохватилась и поднесла зажигалку Рамиля к отцу. Он никак не отреагировал, только принял огонь. Девушке на телефон пришло уведомление с электронной почты. Она открыла письмо, и в нем было написано следующее:

«Программа ЕС по обмену учениками Эразмус приняли Вашу, Рании Штайнера, заявку по обучению в Эстонской Республике. На протяжении следующей недели Вы будете зачислены в список учащихся. Благодарим за сотрудничество!»