Глава 10. Развлечёмся

Ночь. 21:00.

Алиса сидела в комнате, прижав телефон к колену, и листала ленту. Через минуту нашла нужное — профиль Димы. Его stories были как плевок в лицо.

> «Кто умеет развлекаться — давайте к нам», — подпись под видео из клуба. Свет, басы, какие-то девки и Дима в центре — смеётся, разливает что-то в рюмки.

Алиса переслала сторис Жене.

---

Женя сидел на балконе. В спортивных штанах, с сигаретой в пальцах и злостью на лице. Телефон экнул — сообщение от Алисы.

Он открыл ссылку. Несколько секунд — и на экране пляшущий Дима. Музыка. Подпись. Координаты. Метка клуба.

Женя усмехнулся. Медленно потушил сигарету о пепельницу, стряхнул пепел и пробурчал себе под нос:

— Развлечёмся, пидор. Ещё как.

Он встал, накинул худи, натянул кроссовки. Вышел в коридор — там, будто из ниоткуда, показалась его мать. Взгляд — пустой, затуманенный.

— Ты за Сонечкой? Она сегодня что-то задерживается...

Женя молча кивнул.— Да. За Сонечкой.Понимал — что бы он ни сказал, до неё не дойдёт. Она всё равно останется в этом стеклянном забытьи.

Он схватил ключи, хлопнул дверью и вышел. Подъезд, улица, привычная дорога к машине. Сел, вбил в навигатор метку «Бридж» и выехал.

---

Через пятнадцать минут — стоянка клуба. Женя припарковался, поставил тачку на сигналку, кинул быстрый взгляд в зеркало. Пошёл внутрь.

Музыка — резала по вискам. Свет — бил по глазам. Женя молча подошёл к бару, заказал виски и обвёл взглядом толпу.

В дальнем углу клуба — он.Дима.Сидит, лыбится, рядом — девочка. Не больше пятнадцати. Слишком накрашена. Слишком не на месте.

Женя прищурился, проговорил себе под нос:

— Неизменный ты...

Он отпил из стакана, оплатил выпивку, не сводя глаз с Димы. Через секунду — их взгляды пересеклись.

Дима замер. А потом — резко вскочил и метнулся к чёрному ходу.

— Блядь, — коротко выдохнул Женя и бросился за ним.

---

Двор. Бетон. Сырые стены. Запах мочи и канализации.Дима несётся по дворам, подгребает ящики, опрокидывает мусорки, будто это может задержать погоню.Женя идёт следом, почти вровень. В какой-то момент Дима оступается — и летит носом в асфальт.

— Ты чё, спортсмен, — хрипло выдохнул Женя, подбегая и моментально заламывая ему руки.

— Ты, сука, знаешь, кто мой отец?! Тебе пиздец, понял?! — орёт Дима, извиваясь.

Женя ухмыльнулся, поднял его за шкирку, защёлкнул наручники, словно это обычная рутина.

— Знаю. И поверь — это тебе не в плюс, — прошипел он, волоком ведя его к машине.

Посадил на заднее сиденье, хлопнул дверью и сел за руль. Несколько секунд — тишина.

— Чё тебе надо от меня? Я чистый, — выпалил Дима, дёргая наручники.

Женя закурил, посмотрел на него через зеркало заднего вида.— Раз чистый — нахер побежал? — выдохнул дым.

Дима усмехнулся. Пытается собраться, сбить панику.

— А вы менты чё хотите — то и вешаете. На любого. Это всё игра.

— А если я не мент? — спокойно спросил Женя. — Если я просто человек с плохим настроением? Бояться есть чего?

Молчание.Дима смотрит на него, начинает что-то понимать.

Женя достал телефон. Открыл фотографию Сони. Показал.

— Знаешь её?

Дима фальшиво усмехнулся:— Впервые вижу.

Женя кивнул. Убрал телефон, затушил сигарету о пепельницу.Повернулся.Ударил.Коротко, точно — прямо в переносицу.

Дима заскулил, хлынула кровь.

Женя чуть усмехнулся, откинулся на спинку.

— Врать некрасиво, Дмитрий Ольховский.

Пауза.— Владимир Ольховский — твой батя, да? Вместе работаете?

Дима смотрит в упор. Ненависть. Злоба. Но молчит.

— Всем всё ясно, — Женя постучал пальцами по рулю.— У тебя два варианта, Дим. Первый — ты рассказываешь мне всё и катишь домой к папочке. Второй — я пишу рапорт. Ты идёшь по статье. Укрывательство, потом соучастие. Там, глядишь, и девочек вспомнят.

Тишина.Только дыхание.И сигналы машин за окном.

— Выбирай, братец.________

Женя молчал. Долгое, хищное молчание. За окном — пустая ночь, капли на стекле. В салоне — тишина и дыхание.

Дима вытирал кровь с носа запястьем, шмыгал. Из крутости не осталось ни хрена. Только испуганный мальчишка, который впервые понял, что его фамилия — не бронежилет.

— Я не знал, что они с ней сделают… — пробормотал Дима. — Мне просто сказали — передать. Батя сказал, всё под контролем.

— Ты её вёз. Ты сам посадил её в машину, — Женя говорил спокойно. — Ты заблокировал двери. Ты привёз её к отцу.

— Я не знал, что они на ней поставят эксперименты, блядь! — заорал Дима, голос срывался. — Я думал, просто отвезти. Как раньше. Они говорили — «ничего с ними не случится, мы просто...» — он осёкся.

— Что?Женя повернулся к нему, облокотившись локтями на сиденье.

— Что просто?

— Просто… «отдадим нужным людям. За безопасность. За бабки». Типа, всё будет нормально. Главное — доставить.

— И ты верил?

— А чё мне было делать?! — сорвался Дима. — Мой батя — зам начальника областного УВД. Я, блядь, в этой системе с шести лет. Мне сказали — я сделал. Там все так.

Женя кивнул.

— А потом она убежала. Так?

Дима сжался.

— Убежала. Я не ожидал. Была тихая, наивная. Не думал, что сорвётся. Батя потом орал. А потом успокоился. Сказал — «перехватили». Сказал — всё уладят.

— Уладили, — мрачно сказал Женя. — Она теперь в списке без вести пропавших. Вместе с тридцатью другими. Все — школьницы. Все — до шестнадцати. Все — через таких, как ты.

Он бросил на колени Диме пачку фото. Тот открыл — и похолодел. На одном — Соня. Без сознания, на грязном матрасе, игла в руке. Живая, но… не Соня.

— Нет… — прошептал Дима. — Это… это уже было потом… это… я не знал… я не хотел…

— Хотел или не хотел — ты открыл ей дверь в ад.

Пауза. Только дыхание. Внутри что-то щёлкнуло. Дима впервые сломался по-настоящему. Не от боли. От ужаса того, что он действительно виноват.

— Чё ты хочешь? — тихо.

— Всех. — голос Жени был ровным. — Фамилии. Адреса. Кто возил. Кто принимал. Кто подбирал. Мне нужны все. Сейчас.

Дима медленно закивал.

— Руслан Норкин. Он «кадрит» девочек. Через техникумы. Через кружки. Иногда просто в инсте.— Есть Никита Сапрыкин. Он сторож на элеваторе. Там склад, где их держат.— Батя… он координирует. И Трунин. Тот вообще… — Дима сглотнул. — Его все боятся. Даже батя.

Женя слушал. Записывал на диктофон. Не перебивал. Только курил и смотрел.

— Кто забрал Соню?

— Не знаю точно. После побега — её перехватили. Точно был перевозчик. У него чёрная фура. Говорят, у него контракт — на Восток. Там они… исчезают.

— У него имя есть?

— Кличка. «Шеф». Номер фуры — только батя знает. Там всё чисто. Даже ты по базе ничего не найдёшь.

Женя медленно выключил диктофон. Повисла долгая пауза. Потом он сказал:

— Ты пойдёшь со мной. Завтра. Покажешь элеватор. Под запись. Прямо на месте.

— А если меня убьют?..

— Если не поедешь — точно убьют. Только не сразу. А мучительно. Трунин не любит, когда говно начинает вонять.

Дима опустил глаза.— Хорошо… Я поеду.

Женя завёл двигатель.— А теперь заткнись. Мы едем к тебе домой. Скажешь родителям, что устал и лег спать. Утром — встречаемся. Попробуешь сбежать — найду первым. Не полиция. Я.

Дима кивнул.

Женя включил радио. Там играла старая, хриплая песня. Он даже не слушал.

Всё. Клетка захлопнулась.