Глава 67

Я с отвращением посмотрела на свою руку. Искалеченная конечность была покрыта тонкими белесыми шрамами от ножей и лезвий, а также от переломов. И следы ожогов красоты не добавляли. Помню, что моя рука была вся перебинтована и врачи из Мунго поставили мне туда железные спицы, больше напоминающие тиски. Это было сделано, чтобы кости срослись правильно и не было всяких искривлений.

- Альбус! Ты видишь, как она искалечена? - спрашивает доктор из Мунго. Я не могу понять, кто говорит: мужчина или женщина? Когда я пыталась открыть глаза, свет был настолько ярким, что ослеплял мои глаза. - Ты понимаешь, что руку нужно ампутировать! А ноги? Ты видел, сколько там ножевых и осколочных ран? У нее левое плечо просто кусок мяса! Я не говорю уже про...

- Я уверен, Марта, все можно решить, - тон директора был как никогда серьезный. Он даже кажется дрожал. - Колдомедикаменты могут помочь...- На бедной девочке наложено столько чар, что любое вмешательство колдомедикаментов просто убьет ее! - возразила Марта.- Ты должна спасти ее! - тон директора был приказной. - Ты же знаешь, на какую ложь мне пришлось пойти, чтобы уберечь тебя от Азкабана. Что ты натворила в своей прошлой жизни. - Дамблдор говорил холодно и отстраненно.Голоса замолкли.Я вновь ощутила острую боль во всем теле.- Никто не должен знать об этом, Марта.Она молчала.- Хорошо, сэр.

Они спасли меня. Марта Крэмкот, глава Мунго, сделала все возможное, чтобы оставить мои конечности при мне и вообще сделать меня хоть каплю похожей на меня прежнюю. Но я-то знала, что у меня не хватало трех ногтей на левой руке, правая рука выглядела так, словно я ее в мясорубку засунула. Про ноги она не зря сказала. Долохов решил преподать мне урок по ломанию костей и их вправления.

- Знаешь, Поттер, я думаю, тебе понравится этот урок, - он, скинув мои ботинки, взял меня за лодыжку. - Жаль, что в Хогвартсе не преподают анатомию. Тогда бы ты знала много знала про мышцы и про кости. Но я собираюсь это исправить, - хрипло сказал он и с силой сжал мою лодыжку. Беллатриса рассмеялась.- Думаешь, ей это нужно? Она наверняка пошла в своего тупицу-отца, вшивого предателя крови, и ничего не понимает в тонких науках, - она поморщилась.- Какая разница? - спросил Долохов и резко крутанул лодыжку вправо. - Приятно рассказывать что-то, когда пытаешь человека. Это врезается им в память...- Она не останется живой, - прошипела Белла и посмотрела на меня своими серыми - или черными? - безумными глазами. Ее рука с палочкой взметнулась вверх, но остановилась. Зловеще улыбнувшись, она направила ее на меня. - Круцио!

Я попробовала сжать искалеченную руку в кулак, но вышло как-то не так. Как-то вяло. Как-то ненормально.Ты же и так ненормальная, Поттер, смирись с этим.Я поджала губы. Том говорил, что такие мысли могут возникать в любой момент. Они будут уничтожать мое сознание, пока я просто не захочу повеситься. Но я не собиралась вешаться. Я ничего не собиралась делать.Никто из моих друзей не знает о том, что я стала жертвой Пожирателей Смерти. Ни одна газета не проинформировала мир о нападении Пожирателей на Девочку-Которая-Выжила. Никто, кроме высокопоставленных лиц, не знал об этом нападении. И МакГонагалл со Снейпом, которые нашли меня и Сириуса в Лесу. И медсестра, которая вытаскивала из моей спины ядовитые шипы авторства Рудольфуса Лестрейнджа.

Я слышала рыдания МакГонагалл. Я была уверена, что это она. Не знаю, почему. Я проcто знала, что это она.Меня перевернули набок и я хрипло застонала от резкой боли в боку. Кажется, Барти сломал мне почти все ребра, а потом срастил их. А потом снова сломал.- Северус! - голос Помфри дрожал, ее руки держали меня крепко, но подрагивали. - П-принесите еще зелий! Чего вы с-стоите, быстрее!Я почувствовала, что сломанное ребро впилось в легкое. Я дернулась от боли и тут же замерла. Тело реагировало намного быстрее сознания. И мое тело поняло, что за меньшей болью следует еще более сильная боль.- Что я могу сделать, Поппи? - дрожащим голосом спросила МакГонагалл. - Помогите Сириусу Блэку.

Они заставляли меня смотреть на то как пытают Сириуса. На то, как Барти и Беллатриса бьют его огненной плеткой, как Рудольфус использует Сектумсемпру, а Долохов накладывает чары Сумеречной пытки.Каждую ночь я вскакивала с криком из-за снов с участием Сириуса.Впрочем, Сириус не один играл участие в моих кошмарах.Я с содроганием вспомнила, что мою кошку убили одним простым взмахом палочки. Питер крыса Петтигрю испугался и изрезал книззлу Сектумсемпрой. Я так жалела, что повернулась к нему в тот момент и увидела этот ужас.- Хвостик! Ты убил кошечку нашей девочки!Я тряхнула головой.Нет, не время предаваться печальным воспоминаниям.«Эмили, хочешь послушать болтовню Сириуса и Ремуса?», - спросил меня Том, чтобы отвлечь от моих унылых и бесполезных размышлениях.Теперь мы могли общаться на дистанции и передавать друг другу то, что мы видим в данный момент. Типа прямого кабельного. Иногда у меня даже получалось погрузиться в сознание Тома, но я делала это на автомате. Будто бы это было врожденным качеством.«Давай».Я прикрыла глаза и почувствовала, что постепенно погружаюсь в сознание Тома.Гостиная Блэкшира. Все в ярких тонах и такое необычное. Когда я приехала, то не обратила на это никакого внимания. Я тогда была с костылями и в бинтах, мало на что обращала внимание и вообще была апатична.Помню, в то время я ела только под Империусом Тома. И могла сказать от силы три-четыре предложения.Хотя, зачем я вру?Я и сейчас такая.Ремус стоял у камина. Сириус сидел на диване. Ему было тяжело ходить, потому что спина пострадала очень сильно. Только благодаря Марте он смог ходить. Спина, насколько я знала благодаря Тому, у него все еще болела. Но прогнозы были хорошими, как говорил Том.- Сириус. Тебе нужно вернуться в Блэк-мэнор вместе с Эмили, - Ремус говорил мягко, но твердо. - Ты же понимаешь, что один не справляешься. Ты и сам покалечен! Подумай о ней и о себе!Сириус раздраженно повел плечом и тут же поморщился. - Я не один. Геллерт приходит почти каждый день. И Вайолет, психолог, работает и с Эмили, и со мной. Нам и тут нормально.Ремус покачал головой.- Ты спрашивал об этом у Эмили? - принципиально спросил он у Сириуса.Он покачал головой.- Она мало разговаривает. Она практически ничего не ест. И... и ей снятся кошмары, - Сириус прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Каждую ночь Сириус заходил ко мне и успокаивал. Мои рыдания, мой хриплый шепот - все это приносило ему невыносимую боль. Он считал, что подвел меня. Но это было не так. В этом виноват кто угодно, но только не Сириус.Ремус покачал головой.- Ей нужно общение. Она не может всю жизнь сидеть здесь, в Блэкшире. Рано или поздно...- Так пусть будет поздно! Когда угодно, но не сейчас!- прервал он Ремуса. - Пусть она придет в себя. Пусть...Я не могу это слушать.«Спасибо, Том. Отбой».Я открыла глаза и перевернулась на бок. Бок слегка заболел, но я не обратила внимание.Я прикрыла глаза и постаралась вспомнить что-нибудь хорошее.Рон и Гермиона.Они ничего не знают. МакГонагалл сказала им, что я уехала по семейным обстоятельствам. Каждый день они, включая близнецов, Ли и других моих друзей, присылают письма и всякие штучки из Хогсмида. Уже набралось две коробки писем и целый сундук всяких штучек. Ни одно письмо я так и не открыла. Ни один подарок даже в руки не взяла. Я даже старалась не смотреть на них. Мне так не хотелось бы видеть в их глазах жалость.Я старалась забыть те взгляды, что были направлены на меня, когда я очнулась.

- Мисс Поттер, вы меня слышите?Где-то в глубине сознания я понимала, что слышу. Но ответить я ничего не могла. Да и не хотелось.Все тело сковала тупая боль. Я чувствовала себя ничтожеством. Чувствовала, что я беспомощна. Я знала, что должна была там умереть. Зачем они спасли меня?Где-то в глубине души я хотела жить, но сейчас, скованная болью, ужасными воспоминаниями и отвращением к самой себе, я хотела только одного - умереть.Поэтому, нет, я вас не слышу.- Эмили, - это голос Тома. Я его всегда узнаю. Когда просыпалась от боли, причиняемой ненамеренно, я всегда слышала этот голос. Успокаивающий и... родной. - Ты должна открыть глаза. Не сдавайся.Я не могу.Но я все-таки открыла глаза.И тут же пожалела, что сделала это.Почему я это сделала? Почему я открыла глаза? Я не хочу видеть в их глазах жалость. Не хочу, чтобы кто-то смотрел на меня с жалостью.Альбус Дамблдор облегченно вздохнул, когда увидел, что я открыла глаза. МакГонагалл и Снейп переглянулись. А потом они посмотрели на меня и я увидела жалость. И облегчение. Но жалости все-таки было больше.

Какая-та штуковина охватывала мою шею. Я испугалась и начала задыхаться. Ко мне тут же подбежала какая-то женщина.В ее глазах я тоже видела жалость.И это меня убивало.

В комнату кто-то вошел и я тут же распахнула глаза. Слегка приподнявшись, я постаралась посмотреть на того, кто зашел сюда. Это был Ремус. Я тут же легла обратно и прикрыла глаза.Прошу, не смотри на меня.Прошу, просто уходи.Но он никуда не уходил. Медленно приближаясь ко мне, Ремус сел на краешек кровати. Погладил меня по спутанным волосам.Он молчал и это было даже как-то приятно. Одних тишина угнетала, меня же она успокаивала.Ремус ушел, когда я уже засыпала.

Беллатриса Лестрейндж хотела меня убить. Но я спаслась. И она посчитала это легким путем.Жаль, что она не знает, что мертвым быть гораздо легче.Мертвецы ничего не чувствуют, они просто лежат в земле. Они не могут ощущать всю ту боль, что могут чувствовать живые. Меня резали, кололи, ломали и обжигали. Унижали, заставляли и разрушали.Какая-то часть меня умерла в тот день.А другая стала жестокой и холодной.Смогу ли я когда-нибудь стать прежней?