82

1 апреля 2024 год

Гвен Миллер

Игра в покер продолжается. Атмосфера за круглым столом в элитном казино Лас-Вегаса накалена. Все мое тело потеет, даже те участки, которое платье не прикрывает. Я здесь не в качестве игрока, а в качестве куклы. Я сижу на коленях Гарри и внутри меня все органы свертываются в тугой узел от количества взглядов других мужчин, которые сидят вокруг.

Я чувствую себя маленьким кроликом, за которым охотится стая волков. Я еще никогда не ощущала себя так тревожно, несмотря на то, что нахожусь в руках собственного парня. Эти взгляды похотливые, грязные, мерзкие и нечистые.

Эрик и Магнус переглядываются между собой с ухмылками, словно мысленно переговариваясь и одновременно смотрят на меня. Я сжимаю руки под столом в кулаки, больно впиваясь ногтями в кожу. От силы с которой я держу кулаки, костяшки пальцев белеют и трясутся. В их глазах, словно отображается какой-то план, который они собираются реализовать. Они будто что-то задумали, но я слишком нервничаю, чтобы понять.

Гарри замечает, как мои кулаки трясутся на моих бедрах и незаметно опускает руку под стол. Он накрывает своей огромной ладонью обе мои руки и слегка сжимает, чтобы я успокоилась. Его глаза сосредоточенно смотрят в карты, которые он держит в другой руке. Ни один мускул не дрогнет на его лице. Никому не понятно, какая комбинацию он держит в пальцах, потому что он умеет не показывать истинных эмоций.

С правой стороны от нас сидит Найл с толстой коричневой сигарой во рту, как в криминальных фильмах. На его пальцах красуются золотые кольца с перстнями. Он одет в дорогой костюм от «Gucci» и его волосы зализаны назад с помощью небольшого количества геля. За зелеными линзами скрываются голубые глаза, и вместо типичной гладкого подбородка я смотрю на светлую бороду с усами, которые девочки несколько часов назад ему наклеили. Он хмуро смотрит в свои карты, снова делая вид, будто вполне может проиграть, хотя среди всех является настоящим профессиональным картежником. Уверена, он даже мухлюет.

- Вскрываемся? - спрашивает Найл, вальяжно вынимая сигару изо рта и выдыхает огромное количество дыма.

- Себастьян? - обращается Луи сидящий с левой стороны от нас к Гарри.

- Рано. Потяните время. У них хорошие карты, - диктует Зейн в наушник, глядя на нас за столом через ноутбук, подключенный к камерам казино.

Он сидит в машине вместе с Лиамом и следят за проходящей игрой. Больше часа они помогают, чтобы мы забрали деньги, которые Магнус и Эрик зарабатывают с помощью кредитов. Они владеют крупным банком в Вегасе и делают вид, что помогают семьям. Но они врываются в их дома с пистолетами, угрожают им и заставляет вернуть долги в десять раз больше.

-Нет, я пас, - с дымящейся сигарой во рту говорит Гарри, поднимая глаза.

- Отлично. Пускай думают, что могут победить, - говорит Зейн.

Я покорно сижу на коленях Гарри и натянуто улыбаюсь. Чтобы не испортить образ куклы, я поднимаю одну руку за его спину и играюсь с волосами на затылке.

В отличие от Найла он одет в деловой костюм от «Tommy hilfigef». На одном из его запястий сверкают золотые часы «Rolex». Его белоснежная рубашка специально расстегнута на несколько пуговиц, чтобы была видна толстая золотая цепочка, которую Паркер на него напялила. С его волосами не произошло никаких изменений за исключением зачесанной челки назад и одной точащей пряди на лбу. Вместо типичных зеленых лесных глаз я смотрю в серые омуты. На его носу висят очки для зрения с фальшивыми стеклами. Он выглядит абсолютно иначе без татуировок, без колец на пальцах и без вьющихся волос, которые делают его моложе.

Я же одета в шелковое вишневое платье с V-вырезом на груди и супер тонких лямках. Моя спина открытая и на завязках, которые крест на крест пересекаются друг с другом. Длина платья доходит до икр, но вырез с правой стороны открывает полный вид на мои ноги. Эрик и Магнус постоянно пялятся меня, словно впервые в жизни видят девушку.

- Может, ты, красавица, сыграешь с нами? - спрашивает Магнус низким голосом, затягиваясь сигаретой и задерживает взгляд на моей шее.

- Она здесь не для того, чтобы играть. Советую тебе сосредоточиться на своих картах, - сжимает Гарри мою талию чуть сильнее, чем нужно, чтобы показать собственничество.

- А она разговаривать умеет? - вскидывает бровь Эрик.

- Умею. Играть с вами я не буду. В мои обязанности это не входит, - склоняю я голову набок и улыбаюсь, хотя меня уже тошнит от всего.

- Было бы неплохо, если бы Гвен играла. Эти два придурка, тогда бы точно быстрее проиграли, - говорит в наушниках Лиам.

- Заткнись, она и так их отвлекает своим декольте и голыми ногами, - отвечает ему Зейн.

- А что входит в твои обязанности, прелесть? - темные глаза Магнуса сверкают, когда он засовывает сигарету в рот.

- Слюни подбери. Я уже сказал, что Агата моя дама, - дергается сигара Гарри между губ, когда он использует суровый тон в адрес мужчины.

- Ладно, не кипятись, Себастьян, - усмехается Магнус.

- Продолжаем, - втягивает Луи щеки, указательным и средним пальцем удерживает косяк.

Игра продолжается. Чтобы отвлечь немного себя я разглядываю ослепительное казино. Впервые в жизни я нахожусь в таком роскошном заведении. Одна только огромная хрустальная люстра стоит тут десятки тысяч долларов. Она сверкает настолько ярко, что кажется будто она сделала не из стекла, а из самых настоящих бриллиантов.

Место очень живое. Множество голосов, дорогая выпивка, эксклюзивные сигары, богатые люди и конечно же запах денег. Столько красивых девушек и не менее красивых мужчин. Каждый тут выглядит как с обложки журнала «Плейбой».

Рука Гарри продолжает покоиться на моей талии, но это уже не в целях моего состояния, а скорее жест собственности. Магнус его задел, и теперь он будет открыто показывать, что я принадлежу ему.

Я перевожу глаза на Луи, который выпускает облако тяжелого дыма и перебирает свои карты. Он одет точно как Гарри и Найл - безупречно. Дорогой серый костюм тоже от «Gucci», запонки с бриллиантами, тяжелый золотой браслет, красивая прическа и фальшивые карие глаза. Полная противоположность настоящему Луи Томлинсону, которого я знаю с девятого класса.

- Каковы ставки? - спрашивает Найл и постукивает картами по деревянному столу в ожидании.

- Лям баксов, - бормочет Эрик, единственный, кто не курит, а пьет дорогое виски.

- С каждого? - в глазах Хорана загорается огонек

- Да, Доминик, - кивает Магнус, скурив наполовину сигару.

- Идет, - подает голос Гарри, выдыхая никотин уголками губ в противоположную сторону от меня. - Будешь? - специально спрашивает ор громко, удерживая сигарету пальцами.

Он привлекает внимание мужчин. Эрик и Магнус сразу же смотрят в нашу сторону. Я приоткрываю губы и сначала смотрю на сигарету, а затем в фальшивые глаза Гарри. В них видно, что он хочет, чтобы я это сделала. Только я ничего подобного не пробовала.

- Мгм, - мычу я.

- Давай, детка, затянись, - командным тоном произносит он и поворачивает фильтр ко мне, а тлеющую часть направляет к своему лицу.

Я наклоняю голову и обхватываю губами толстую сигару. Я поднимаю глаза на Гарри, что ухмыляется и держит сигарету между пальцев. Я втягиваю щеки сильнее, чем обычно и затягиваюсь, впуская очень тяжелый дым в горло. Он хуже, чем косяк. Я чувствую горечь и отрываюсь от сигары, быстро выпуская никотин.

Я сдерживаюсь от кашля и смотрю с улыбкой на Гарри, в глазах показывая совсем другое. Он прочитывает, что я не могу сказать и с искривлением губ засовывает сигару обратно себе в рот.

На языке остается неприятное послевкусие. Словно мне в рот засунули сожженный мусор. Богатые люди всегда курят дерьмо, которое дорого стоит. Но лучше «Marlboro» и «Нат Шермон» я ничего не пробовала.

Тянусь к столу и забираю стакан с жидкостью, которому до этого не прикасалась. Я делаю небольшой глоток, и элитное виски обжигает горло. Жидкость идет дальше и согревает голодный желудок. Я даже не завтракала, а уже пять часов вечера. Но лучше пить алкоголь, чем в моем рту опять будут помои.

Ставлю стакан на стол и облизываю губы, повернув голову к Найлу. Он спокоен как удав. Его движения - медленные, плавные. Он раскладывает карты так, словно точно знает как закончится раунд.

- Кажется, у тебя туз в рукаве, приятель? - шутит Луи, с долей серьезности в голосе.

- Ага, - усмехается Найл, выпуская кольцо сигаретного дыма.

Луи, Гарри, Найл делают все так естественно, что никто не может заподозрить подвоха. Но я знаю, что они трое полагаются на Зейна и Лиама.

- Гарри, не повышай больше ставок, - предупреждает его Лиам.

Гарри в отличие от остальных решил еще накинуть фишек. Но это слишком подозрительно и нервирует Магнуса с Эриком.

Найл продолжает играть как будто ему все равно. Когда Эрик поднимает ставку, Хоран мгновенно отвечает ему. Его лицо остается неподвижным даже когда на столе начинают выкладывать карты.

Мне кажется из всех присутствующих - я единственная, кто нервничает.

- Четверка, шестерка... дама. Интригующе, - бросает Эрик взгляд на Найла.

- Думаю, ты перебрал, парень, - Найл лениво передвигает свои фишки вперед. - Я пас.

Это часть шоу. Когда карты вскрываются, Хоран выдает лучшую руку. Эрик, скрипя зубами, понимает, что проиграл. Он хватает бутылку со стола и наливает виски, делая большие глотки.

Магнус даже не обращает внимание, что его компаньон проиграл. Он уставился на меня.

- Ты бы захлопнул рот и пялился в карты, - вдруг говорит Луи, раздражаясь из-за Магнуса.

Его голос холодный как лед. Я польщена, что лучший друг защищает меня. Но все так и должно быть. Я приманка, на которую должны отвлекаться эти двое, чтобы проиграть все и уйти отсюда с пустыми карманами.

- Это угроза? - издает смешок Магнус.

Луи не отвечает. Только смотрит так, что даже я чувствую холод в воздухе, хотя до этого мне было жарко. Сгусток дыма поднимается по лицу, делая его еще суровее.

Игра продолжается. Найл снова всех обыгрывает, хотя Зейн подсказывает ему не ставить так рано. Гарри улыбается под нос и слегка сжимает мое бедро.

- Потерпи, милая, скоро закончим, - шепчет он, наклонившись к моему уху.

Я молча киваю, стараясь не встречаться взглядами ни с Эриком ни с Магнусом. За спиной я слышу, как Найл тихо смеется, загребая очередную стопку фишек. Для него это словно сходить в магазин за продуктами. Он знает, что делает и еще ни разу за все время не проиграл.

Гарри же и Луи по большей степени сидят ту для количества. Они помогают Найлу, используя различные движения и стуки, общаясь таким способом между собой.

Шум казино растворяется где-то на заднем плане. Все внимание переключается на фишки, на стол, на карты и на Найла уверенно идущего к победе.

Он сидит со статным видном, с сигаретой между губ и легкой ухмылкой. Найл выглядит так, словно играет ради забавы, но не выигрыша. Но я знаю, что это часть его мастерства. Он не просто игрок - он патологический лжец.

- Ну что ж, джентльмены и дама, последняя ставка на сегодня, - говорит Найл и продвигает фишки в центр стола.

Эрик и Магнус выглядят напряженными. Они пытаются скрыть, что у них плохие карты, но я замечаю нервозность.

- Давай, Найл. Ты их сделаешь, - пафосно произносит Зейн.

- Хорошо, - толкает Эрик все свои фишки в центр.

- Вот, поддержу, - Магнус повторяет за ним и тушит окурок от сигары, выбросив его в пепельницу.

Гарри и Луи уже выбили из игры, предоставив победу Найлу.

- Магнус блефует. У него ничего нет, - раздается голос Лиама в наушнике.

- У Эрика две пары, но этого недостаточно. Найл, иди ва-банк, - продолжает Зейн.

Найл медленно затягивается, заставляя край сигареты засверкать сильным оранжевым пламенем. Он также долго выдыхает последнюю тягу и тянется за стаканом виски. Он делает глоток, заставляя Магнуса и Эрика еще больше нервничать.

- Сделаем это интереснее... - он поднимает стакан на уровне глаз и разглядывает как виски в нем болтается. - Я иду ва-банк, - его голос звучит так, будто это очередной скучный вечер.

- Тогда я тоже, - не отступает Эрик.

- Хм... - Магнус колеблется минуту. - Пускай карты решают, - неохотно подталкивает он фишки.

Диллер приступает выкладывать карты на стол. Первыми открылись: семёрка пик, девятка бубен и десятка треф. Эрик ухмыляется взглянув на свои карты. Следующая легла валет пик, а затем дама пик. На столе образуется почти идеальная линия для комбинации.

- Ладно, парни, похоже я проиграл, - откидывается Найл на спинку стула, устраивая спектакль.

Ему действительно стоило бы пойти в театр. Его бы оторвали там с руками и ногами. Идеальный кандидат играющий на публику.

- Вскрываемся, - говорит Эрик, бросив свои карты на стол.

На наших глазах он раскрывает бубнового вальта и десятку червей.

- Две пары, - объявляет он, глядя с ехидством на Найла.

Я закатываю глаза и прижимаюсь губами к виски. Гарри трет большим пальцем мое бедро и спокойно сидит, переглядываясь с все еще курящим Луи.

- Моя очередь, - с улыбкой говорит Магнус.

Он переворачивает свои карты - восьмерка треф и дама пик.

- У меня стрит, - с пафосом говорит, откидываясь назад.

Найд только пожимает плечами, переворачивая свои карты: восьмерка бубен и дама бубен.

- Стрит-флеш, дамы и господа, - ухмыляется Хоран.

- Черт возьми... - бледнеет Магнус.

Найл с невозмутимым лицом подтягивает к себе гору фишек.

- Спасибо за игру, ребята, - снова закуривает он.

- Пойду в туалет, - бормочу я, зная, что через пять минут мы уйдем.

- Жду тебя, - кивает Гарри, убирая руки с меня.

Я поднимаюсь с его колен и разглаживаю шелковое платье, продолжая чувствовать на себе взгляды. Не оборачиваясь, я направляюсь в уборную. Я иду быстрым шагом, стуча по мраморному полу каблуками. Сердце колотится и в ушах жутко оглушает. Я дышу с открытым ртом из-за нехватки воздуха. Паническая атака начинает настигать меня и с этим срочно нужно что-то делать.

Я захожу в женскую уборную и подхожу к столешнице с белоснежными раковинами. Я наклоняюсь и упираюсь руками на нее. Я опускаю голову на секунду и вдыхаю воздух, прежде открываю кран. В туалете никого нет кроме меня, и я открываю небольшой клатч, роясь в нем поисках таблеток. Я нащупываю гигиеническую помаду, влажные салфетки, ингалятор и телефон. Расширяю глаза от осознания и продолжаю щупать предметами, думая, что магическим образом там окажется «Ксанакс».

- Нет, нет, нет, - в тревоге шепчу я и выворачиваю все из сумки на столешницу.

Руки трясутся, а глаза мечутся по поверхности быстрее, чем я дышу. Я перебираю предметами, в поисках таблеток, но все тщетно.

- Господи, только не это, - бормочу я под нос и шлепаю обеими руками по столешнице.

Вода продолжает хлестать, и я думаю, как поступить. Страх из-за мужчин еще не испарился, я продолжаю их бояться, несмотря на то, что уже прошло четыре года. Рядом с Гарри я меньше пренебрегаю к успокоительным, иногда забываю, что они вообще мне нужны. Но сегодня все иначе и, если в ближайшее время я не выпью «Ксанакс» - я сойду с ума.

- Так, так, так, - дверь уборной скрипит и Магнус с Эриком заходят внутрь.

- Это женский туалет, - я резко разворачиваюсь к ним и сжимаю края столешницы обеими руками, вжимаясь в него.

- Мы знаем, красавица, - закрывает Эрик дверь, сверкнув своими глазами в мою сторону.

- Уходите, - я стараюсь говорить твердо и снова разворачиваюсь, в страхе собирая предметы в клатч.

- Мы не можем уйти. Мы пришли поговорить с тобой, - низко проговаривает Магнус и подходит ко мне со спины с Эриком.

Я замираю, чувствуя их сзади. Я поднимаю глаза на зеркало и встречаюсь с двумя парами глаз. Одни карие, а другие точно такие же как у меня. Они стоят за мной как две скалы и грязно ухмыляются моему отражению в зеркале.

Паническая атака пробирается по всему телу, отчего я дрожу. Их взгляды пугают до ужаса, особенно мысли, которые всплывают в них.

- Мне это не интересно, - быстро говорю и собираюсь протиснуться между ними.

- Стоять, - Магнус и Эрик резко хватают меня за локти и одновременно припечатывают обратно к столешнице.

- Отвалите от меня, - дергаюсь я, пытаясь высвободить руки, но только делаю себе хуже.

Их хватка крепнет. Они ухмыляются, удерживая меня. Я не сдаюсь и двигаюсь, чтобы сбежать отсюда. Если бы они не держали меня, я бы с легкостью вытащила пистолет из-под платья, который плотно прилегает к бедру. Они гораздо сильнее меня, и я даже не могу оттолкнуться, чтобы нанести удар.

- Ну что же ты, красавица. Мы обещаем, что тебе понравится, - шепчет Эрик мне на ухо, и меня пронзает холодна дрожь.

Близость их тел вызывает безумную панику и отвращение. Я уже чувствую себя полностью голой от таких похотливых и зверских взглядов. Мое сердце скоро выпрыгнет из груди, но я стараюсь быть снаружи смелой и давать им отпор.

Но тут дверь туалета с грохотом распахнулась и ручка ударилась о стену, заставляя мужчин повернуть головы.

- Отпустите ее, ублюдки. Сейчас же, - голос Гарри звучит холодно и уверенно.

Молниеносное облегчение накрывает меня, что он здесь. Прошло всего две минуты, как я покинула стол, но кажется, словно прошел час.

Я замечаю в его руке крошечный наушник. Я совсем забыла, что в моем ухе он тоже есть, а на животе прикреплен микрофон. Гарри слышал все. Каждый мой вздох, каждое слово, как Магнус с Эриком зашли сюда, как они налетели на меня и их угрозы.

- Расслабься, Себастьян. Мы просто говорили, - ухмыляется Магнус, но не убирает с меня руки, как и Эрик.

Гарри не нравится их ответ. Он сжимает руки в кулаки, находясь на грани своего терпения. Он все еще не накинулся на них, потому что не хочет привлекать внимание и чтобы нас поймали.

- Я видел, как вы пялились на нее. Гребные самцы. Закажите себе шлюху и трахайте ее вместе сколько влезет, - приближается Гарри, метая в их сторону молнии.

- Тебе жалко что ли? - спрашивает Эрик, не понимая, что провоцирует его таким способом.

- Повторяю последний раз: отпустите ее, - угрожает Гарри, больше не собираясь с ними церемониться.

- Ладно, не кипятись. Забирай свою шлюху, - отступает Магнус, отпуская мою руку, и Эрик следует ему примеру.

Мои локти освобождаются, и я протираю их, продолжая ощущать тяжелую хватку. На мне останутся синяки, и это не даст мне покое больше недели, пока они не пройдут.

Я даже не обращаю внимание на то, что они меня обозвали. Я чувствую свободу и это самое главное.

- Пойдем, Агата, - Гарри подходит ко мне и обнимает за талию.

- Хорошего вечера, - говорит Эрик.

Гарри сжимает челюсти, но продолжает идти со мной к выходу. Дверь закрывается, и он сразу же берет меня за щеки. Он глубоко смотрит в мои глаза, большими пальцами касаясь скул. Он больше не выглядит суровым, скорее обеспокоенным.

- Все хорошо? - спрашивает он с заботой и пробегает по всему моему телу, убеждаясь, что я цела.

- Да, они ничего не успели сделать, - киваю я, хватаясь за его запястья.

Гарри целует меня в лоб и надевает обратно наушник.

- Найл, забирай выигрыш и уезжаем. Ждем вас с Луи в машине, - диктует он остальным.

- Две минуты, и мы будем, - говорит Найл.

- Зейн, как только они уйдут, стирай записи, будто нас тут не было, - продолжает Гарри, ведя нас по коридору к выходу.

- Уже работаю над этим.

Все происходит как в тумане оттого, что паническая атака доходит до вершины предела. Меня засовывают в машину, время замедляется. Я нервно трясу ногами и сжимаю руки в кулаки, глядя в окно. Я не смотрю на Гарри, потому что он прочтет все по моим глазам.

Найл и Луи залетают в машину на самые задние сиденья с двумя сумками денег. Лиам сразу же трогается с места, пока Зейн удаляет видео через ноутбук. Парни общаются между собой, смеясь. Я одна тихо сижу в самом углу и слабо улыбаюсь. Уголки моих губ дрожат, как и пальцы, поэтому я прижимаю ладони друг другу и ставлю их между коленями, смыкая ноги.

Гарри часто поглядывает на меня, пока мы едем, но я ни разу не смотрю в его сторону. Он кладет в какой-то момент руку на мое колено, словно догадавшись и гладит его большим пальцем. Его действие немного успокаивают, но паническая атака гораздо сильнее. Она так просто не уйдет на этот раз.

За полчаса Зейн довозит нас до отеля, который называется: «Вегас». Гарри успел снять линзы и растрепать волосы, чтобы выглядеть естественно. На нем больше нет очков для зрения, золотой цепочки и «ролексов». Он спрятал все в карман и снял пиджак, закинув его себе на плечо.

Мы заходим в отель, двери которые открываются автоматически и заходим в лифт.

- Ты точно в порядке? - спрашивает Гарри, держа меня за руку в маленьком закрытом пространстве.

- Да. Хочу побыстрее принять душ, чтобы смыть с себя этот вечер, - отвечаю я, разглядывая кнопки.

Моя рука, которую он сжимает потеет. Я вся покрыта липким слоем из-за паники, которая давит на меня. Голова трещит, и я еле умудряюсь думать в такой тяжелый момент. Паника вроде не наносит серьезных последствий, но она всегда заставляет меня поверить в то, что я умру в любую секунду.

Лифт щелкает, и я дергаюсь. Гарри косо на меня смотрит при этом, улыбается, думая, что я все еще напугана с того раза. Как же глубоко он ошибается.

Он тянет меня. Мы снова оказываемся в коридоре. Мои каблуки, как и его стучат. Наконец он подносит карту к сенсорной ручки и дверь открывается. Я избавляюсь от своих туфлей и ставлю клатч на тумбу.

- Я в ванную, - быстро бормочу я и не дожидаюсь Гарри.

Я залетаю в ванную и закрываю дверь на щеколду, пытаясь унять дрожь в руках. Но тело меня не слушается. Грудь сдавливает, словно на мне корсет. Мир кружится и дыхание сбивается. Я плохо вижу и линзы щиплют мои глаза оттого, что по ним начинают течь слезы.

Я подхожу к раковине и пытаюсь снять их, плача. Оттого, что на них попадает соленая вода глаза словно режут острым ножом. Все плывет, но мне удается избавиться от коричневых линз и выкинуть их в раковину с потоком воды, который смывает их в трубу.

Выдыхаю, глядя на свое отражение. Слезы продолжают литься, размазывая макияж. Я выгляжу просто ужасно. На заднем фоне я слышу шаги, Гарри заходит в спальню.

Я жмурюсь и сжимаю пальцами раковину, пытаясь бороться.

- Только не сейчас... только не сейчас... - шепчу я.

Но паника уже наступила и так просто не уйдет. Распахиваю глаза и пытаюсь сосредоточиться на важном. Провожу обеими руками по мокрому лицу на фоне льющегося крана и смотрю вниз. Таблетки. Где они?

Я открываю полку над раковиной, но руки трясутся так сильно, что дверца распахнулась с резко, и все ее содержимое с грохотом летит вниз. Бутылочки, тюбики, косметика, ватные палочки - все это посыпалось на дорогой кафель.

- Черт, черт, черт... - бормочу я сквозь стиснутые зубы и падаю на колени, перебирая вещи в поисках маленькой баночки.

Гарри слышит грохот и стучит в дверь.

- Рыжик! - его голос обеспокоенный, но я не отвечаю ему, продолжая рыться в вещах, чтобы найти необходимое.

Он стучит громче, когда я молчу. Его кулак звучнее ударяется в дверь.

- Что происходит?! - его голос повышается.

- Господи, - сквозь слезы выдыхаю я, валяясь на полу.

Я даже не замечаю, что мое дорогое платье зацепилось за тумбу. Оно рвется по швам.

- Открой дверь! - он дергает ручку, которая не поддается.

Наконец я натыкаюсь на баночку. Она прозрачная, без оригинальной наклейки, потому что я пересыпала таблетки еще давно. Я сделала это специально, чтобы Гарри не догадался для чего они. Если бы он спросил, я бы просто сказала, что это «Адвил».

Пальцы едва справляются с крышкой. Я будто впервые в жизни пытаюсь что-то открыть. Когда мне удается ее открыть, большая часть таблеток вываливается на пол. Они рассыпаются и катятся в разные стороны как горох. Я смотрю на них и ползу по кафелю на коленях, пытаясь их собрать. Слезы градом текут из глаз. Стены будто двигаются и в этот момент дверь слетает с петель. Гарри влетает внутрь, я поворачиваю голову к нему. Его глаза метаются по комнате, пока они не встречаются со мной.

Он успел поменять рубашку и теперь на нем красная фланель. Она застегнута лишь на три нижние пуговицы и его вздымающаяся грудь открыта. Он видимо не успел застегнуться, потому что услышал шум из ванной.

Он застывает, раскрывая рот, когда видит меня валяющуюся на четвереньках. Повсюду валяются белые таблетки, которые привлекают его внимание.

- Что ты... - его голос дрожит.

Он закрывает дверь и шагает вперед. В его глазах застывает ужас, когда я смотрю на него снизу вверх с баночкой у лица. Оттого, как он в страхе смотрит на то, что происходит перед ним слезы увеличиваются. Я шмыгаю носом и в отчаянии смотрю на него.

- Я должна выпить... Мне нужно... - шепчу я, показывая таблетки.

Гарри смотрит на меня в осознании. Его глаза краснеют и наполняются слезами. Он прочитывает меня как открытую книгу и ему становится больно.

- Все время? - он наклоняется и упирается руками в колени, будто борясь с тем, что видит.

- Прости... - увожу я глаза.

- Черт, Гвен, почему ты мне не сказала? - он опускается на колени передо мной и первая слеза течет по его щеке.

Я ничего не могу сказать. Меня все еще трясет, и я не выпила таблетку.

- Как я мог этого не заметить? - слезы текут по его щекам, словно он винит себя, что до сих пор не догадывался. - Это же было так очевидно...

- Мне нужно, - повторяю я шепотом, почти умоляя.

Я не смогу справиться без таблеток. Холодная вода не поможет. Магнус и Эрик надругались надо мной и оставили следы. Они довели меня до приступа, и я не знаю, сколько он продлить, если не выпью «Ксанакс» сейчас.

- Блять, какой же я тупой, - Гарри проводит обеими руками по лицу, размазывая дорожки слез.

Он смотрит на таблетки разбросанные по полу, а затем на баночку, которая трясется между моих пальцев. Я сижу на холодном полу и всхлипываю ежесекундно, не имея сил.

Я вцепилась в прозрачную пластиковую бутылку, как в последний источник жизни. В ней осталось несколько таблеток и каждая нужна мне. Гарри выдыхает и его руки тянутся ко мне. Он берет меня за подмышки и поднимает с пола. Он тащит меня к ванной и сажает на нее. Его руки держат меня за челюсти, когда он опускается на корточки передо мной.

Он вытирает большими пальцами слезы с моих щек, хотя сам плачет. Его глаза заглядывают в мою душу. Он видит, в каком паническом состоянии я нахожусь, трясясь и дергаясь. Я не могу ни на чем сосредоточиться.

Гарри поднимается и берет стакан. Он вытаскивает наши щетки и наполняет его водой, выключая кран.

Через секунду он оказывается между моими раздвинутыми ногами, и я смотрю на красные пуговицы у его живота.

- Сколько?- спрашивает он, растопыривая мои пальцы и забирает баночку.

- Одну... - хриплю я.

- Хорошо, - моргает он от слез и вынимает таблетку.

Он подносит ее к моим губам, оставив баночку на бортике ванны. Я приоткрываю рот, и пальцы Гарри засовывают таблетку внутрь. Он быстро прижимает стакан с водой к моим губам, и я пью холодную воду, чувствуя себя маленьким ребенком.

- Выпила? - смотрит он на меня через стеклянный стакан между нами.

- Мгм, - мычу я, делая последний глоток.

Он убирает стакан и садится рядом со мной, касаясь своим бедром моего. Между нами наступает тишина. Он дает мне время успокоиться, пока между пальцами сжимает стакан и смотрит на его содержимое.

Паническая атака постепенно испаряется. Руки перестают трястись и сердце больше не бьется так быстро. Проходит пять минут тишины. Я больше не плачу и Гарри тоже.

Я вытираю костяшками пальцев остатки слез с размазанной тушью и выдыхаю. Он молчит, и я опускаю подбородок ему на плечо, обвивая обеими руками его локоть. Его тепло и запах табака с ванилью окутывают меня. Большим пальцем я тру красную ткань, задевая его напряженный бицепс. Он не отталкивает меня, наоборот наклоняется и прижимается к своей головой к моей.

- Прости за то, что тебе пришлось увидеть.

- Ты не виновата, что так произошло.

- Я не хотела, чтобы ты узнал.

- Я всегда чувствовал, что ты что-то скрываешь. И вот сегодня я увидел...

Я снова выдыхаю и собираюсь с духом, чтобы рассказать. Уже нет смысла скрывать и прятать от него ту часть прошлого, которое не должно было касаться никого. Но трудно прятаться, когда в твоей жизни появляется человек, который занимает все пространство. От любимых невозможно спрятаться и даже самые тайные скелеты рано или поздно всплывают наружу.

- После той ночи с Кайлом... В том мотеле, он забрал часть меня. Я стала до жути бояться мужчин. Я не позволяла им прикасаться к себе. Я не могла находиться с ними в одном помещении. Только у Луи был доступ ко мне, - начинаю я свой рассказ, снова нарушая тишину. - У меня стали появляться панические атаки. Отдышка, головокружение, страх. Самостоятельно не получалось успокоиться.

Гарри слушает и его мышцы сжимаются. Он будто проходит вместе со мной этот этап.

- И знакомая официантка из кафе помогла мне. У нее мама психиатр. На прием я к ней не пошла, но она выписывает мне постоянно таблетки. Без рецепта их не дают.

- Вот, что было в том пакете, - озвучивает Гарри свои мысли, заставляя мою голову оторваться от него.

- Что? - хмурюсь я, глядя на него.

- Когда я следил за тобой месяц, ты часто посещала кафе недалеко от своей работы. Каждый день ты брала латте. Но дважды она давала тебе какой-то пакет. В нем были таблетки, - делает он собственные выводы, поворачивая голову ко мне.

- Да, Мэдисон и ее мама единственные, кто знали, что у меня панические атаки, - смотрю я в его глаза.

- Вот, почему ты так часто летишь в Денвер. Ты не скучаешь по городу, тебе нужны таблетки, - он ставит стакан на бортик ванны и поднимает руку, касаясь моей щеки. - Что ты пьешь? - спрашивает он, бегая с одного моего глаза к другому.

- «Ксанакс».

- Черт, он вызывает зависимость, - Гарри наклоняется и прижимается своим лбом к моему. - Ты каждый день его пьешь? - его губы задевают мои.

- До того, как ты появился в моей жизни я пила его по несколько раз в день. С тобой я не так часто пью их. Только если на задании мужчины прикасаются ко мне. И когда Кайл появляется я тоже пью таблетки, - выдыхаю я в его приоткрытые губы, переходя на шепотом.

- Это же сколько раз ты его пила за эти десять месяцев, - он опускает ладонь ниже и обхватывает ей мою шею.

- Много.

- Ты его смешала с алкоголем сегодня. Больше не смей так делать, - его большой палец немного отталкивает меня за нижнюю челюсть над шеей, чтобы я смотрела в его глаза.

- Я часто так делаю, - моргаю я.

- Не надо. Это может плохо закончиться, - качает он один раз головой, отчего его лоб трется о мой.

- Постараюсь, - не обещаю я.

- И не прячься, когда пьешь таблетки. Не скрывай панику. Я хочу быть рядом и помочь.

- Больше не буду. Раз теперь ты все знаешь.

- Бедный мой рыжик, - выдыхает он и закрывает глаза.

Гарри тянется ко мне и слегка вытягивает губы, касаясь ими моих. Он плотно прижимается к ним, раскрывая и держит мою шею. Он не двигает своими губами, но высасывает из меня боль, забирая ее себе.

Органы внутри окончательно стихают, и я опускаю его локоть, обхватывая его предплечья с двух сторон. Его нос вжимается в мою левую щеку, а мой нос вжимается в его правую щеку. Грудные клетки не поднимаются, и мы остаемся в таком положении, пока воздух окончательно не исчезает. Мы одновременно отстраняемся с громким причмоком, глотая воздух. Гарри приходится тяжелее, потому что у него астма. Ему требуется больше времени на восстановление, прежде чем открыть глаза и посмотреть на меня.

- Я люблю тебя, - его губы снова задевают мои, а хватка на шее чуть крепнет.

Я киваю, не давая ему идентичного ответа, хотя мое сердце чувствует то же самое. Оно обливается кровью оттого, что я молчу и увожу взгляд.