Глава 38: «А если она не врёт?»

Он сидел на кровати.В той самой комнате, где они когда-то смотрели фильм в наушниках,где Даня тихо пил чай,где Лёша впервые назвал его солнцем.

Теперь — всё было не так.Слишком много тишины.Слишком много мыслей.

Катя сказала это между прочим.Тихо. Уверенно.Как будто знала, куда бить.И ударила.Точно. Прямо в уязвимость.

«Ты думаешь, он не использует тебя?Думаешь, он не умеет играть?»

Лёша закрыл глаза.Он вспомнил, как Даня смотрел на него тогда, у костра — дрожащий, тихий.Так смотрит человек, у которого внутри ничего не осталось.Так не умеют притворяться.И всё же...

«А вдруг умеют?»

Он начал замечать странное.Замечать то, что раньше не придавал значения: • Как Даня почти всегда молчит, но в нужные моменты — говорит. • Как он всегда оказывается рядом, когда Лёша раздражён или опустошён. • Как он постоянно смотрит в пол, а когда Лёша говорит "солнышко", — всегда улыбается.

А вдруг это реакция, не чувство?А вдруг это заранее выстроенный отклик?А вдруг Катя... была права?

Лёша сел на пол.Уперся лбом в колени.Сердце било.Он ненавидел себя за эти мысли.

Вечером Даня зашёл в комнату.С тихим:— Привет. Я... принёс тебе яблоко.

Он протянул его в ладони, аккуратно, почти как извинение.Улыбнулся.По-настоящему.С тем самым тёплым, уязвимым выражением, которое Лёша раньше так любил.

И в этот момент в голове Лёши пронеслось:

А вдруг он знал, что ты будешь сомневаться — и нарочно пришёл?А вдруг Катя права. А вдруг ты просто марионетка в его спектакле?

Он не взял яблоко.Он не сказал ни слова.Он просто кивнул и отвернулся.

Даня немного постоял......потом развернулсяи вышел

Когда дверь закрылась, Лёша ударил кулаком по стене.Сил не было.Мысли — как комья грязи.Он ненавидел себя.Ненавидел Катю.Ненавидел даже Даню — просто за то, что приходится сомневаться.

А вдруг...Всё правда?