«Если я умру, меня здесь не будет. Но где я буду? Или меня не будет вовсе?»Небытие… Оно было хуже всего. И Поппи думала сейчас о смерти, думала и ничего не могла с собой поделать. Она потеряла над собой контроль. Ее пожирал страх, заставляя трястись в ознобе под теплым одеялом. «Я должна умереть, я должна умереть, я должна…»Поппи…Она широко открыла глаза, но не могла сразу понять, чей это силуэт в темном дверном проеме. В голову ей пришла дикая мысль, что это сама Смерть явилась за ней.Затем она тихо спросила:– Джеймс?– Я не был уверен, что ты еще не спишь. Поппи потянулась к выключателю, чтобы зажечь свет, но Джеймс остановил ее.– Не надо. Мне пришлось тайком прошмыгнуть мимо дежурных медсестер, и я не хочу, чтобы они выкинули меня отсюда.Поппи сглотнула, стиснув руки на складке одеяла,Хорошо, что ты пришел, – сказала она, – я думала, ты не сможешь.Больше всего на свете ей сейчас хотелось броситься в его объятия и разрыдаться. Но она осталась сидеть в кровати. И сдержалась она не потому, что никогда раньше не искала у него утешения, – что-то в нем ее останавливало. Поппи не могла определить, что именно, но она почти боялась его в эту минуту.Его поза? Или темнота, которая мешала ей разглядеть его лицо? Единственное, что она сейчас знала определенно, – это то, что Джеймс вдруг стал совершенно чужим.Он повернулся и медленно закрыл тяжелую дверь. Темнота. Теперь свет лился только из окна. Поппи охватило странное чувство, будто вдруг оборвались все связи с окружающим миром. Это пребывание наедине с Джеймсом могло быть таким прекрасным, если бы не это странное впечатление, будто перед ней незнакомый человек.– Ты уже знаешь результаты обследований, – тихо сказал он. Это был не вопрос, а утверждение.– Мама не догадывается, что я знаю, – ответила Поппи.Она удивилась, что так спокойно говорит о своей болезни, хотя на самом деле ей хотелось кричать и плакать.Я подслушала, когда доктора сообщили ей… Джеймс, у меня рак. И… очень скверный… Они говорят, что опухоль уже очень большая. Они говорят, что я должна…Это слово стучало у нее в мозгу» но она не могла его произнести.Ты должна умереть, – продолжил Джеймс. Он сохранял спокойствие и был предельно собранным и отчужденным.– Я нашел в Интернете справку о раке поджелудочной железы, – проговорил Джеймс, подходя к окну и выглядывая на улицу, – я знаю, насколько все плохо. В статьях говорится о боли, очень сильной боли.– Джеймс… – Поппи судорожно хватала ртом воздух.– Иногда врачи прибегают к хирургическому вмешательству, но только ради того, чтобы уменьшить боль. И что бы они ни делали, им тебя не спасти. Они лишь измучают тебя химио – и лучевой терапией, но ты все равно умрешь. Возможно, еще до конца лета.– Джеймс… – едва могла вымолвить Поппи.– Это твое последнее лето.– Джеймс, ради бога!Поппи задыхалась, судорожно цепляясь за одеяло.Зачем ты так со мной? Зачем?!Он повернулся и одним движением схватил ее за запястье, его пальцы сомкнулись на пластиковом больничном браслете.Я хочу, чтобы ты поняла: они не могут тебе помочь. – Его слова звучали яростно и напряженно. – Ты это понимаешь?* * *

– Понимаю, – ответила Поппи. Она чувствовала, что в ее голосе прорываются истеричные нотки. – Ты пришел сюда для того, чтобы сказать мне об этом?Его пальцы сжались еще сильнее, причиняя ей боль.Нет, Поппи, я хочу тебя спасти. – Он перевел дыхание и повторил тихо и властно: – Я хочу тебя спасти.Поппи понадобилось время, чтобы отдышаться и немного успокоиться. Она едва сдерживала слезы.Но ты не можешь, – наконец произнесла она, – и никто не может.Вот здесь ты не права. – Джеймс наконец отпустил ее руку и ухватился за спинку кровати. – Поппи, я должен тебе кое-что рассказать. Кое-что о себе…– Джеймс!Теперь Поппи могла говорить, но просто не знала, что сказать. Похоже, Джеймс сошел с ума. Если бы ее дела не обстояли так плохо, Поппи почувствовала бы себя весьма польщенной: Джеймс лишился своего хваленого самообладания… из-за нее. Он так расстроен всем, что с ней случилось, что потерял над собой контроль.– Тебе действительно не все равно? – спросила она со смехом, который больше походил на всхлипывание. Она положила ладонь на его руку, по-прежнему покоившуюся на спинке кровати.Он коротко рассмеялся в ответ. Его рука выскользнула, чтобы сжать руку Поппи. Джеймс пристально смотрел ей в лицо.