56 глава.Лишишь именно ты.18+

Мэрилин потихоньку начала сворачиваться вмаленький клубочек и плакала. Она даже непыталась скрывать свои слёзы, а простоплакала навзрыд от дикой боли. Я аккуратнолёг рядом с Мэри и прижал к себе. Когда больнемного утихла, она начала успокаиваться.Одной рукой я прижимал её к себе, а второйгладил по волосам.- Мэричка, успокойся, что случилось? - началя шёпотом.- Я не знаю... - сквозь слёзы, тихо сказалаона.- Где больно?- Внутри.Я вроде бы понял, что это может быть, норешил проверить.- Ты веришь мне, что я не сделаю тебебольно? - я немного приподнялся.- Да... - посмотрела на меня заплаканнаяЛисица. Я поцеловал её в губы нежнымпоцелуем и встал с кровати.- Мэри, пододвинься ко мне, пожалуйста.- Мне больно двигаться.Я понял, что она сама никак не сможетпододвинуться, даже если приложит к этомувсе свои усилия, и завёл одну руку под бёдра,а вторую под лопатки. Немного приподняв её,пододвинул на край кровати. Она даже несмотрела в мою сторону.- Мэри, посмотри на меня. - она повернулаголову и посмотрела на меня ярко-краснымиглазами. - Веришь мне? - она кивнула. -Тогда потерпи немного, хорошо?- Саш, не надо... мне очень больно. - её голосдрожал. Я навис над ней и посмотрел в глаза.- Мэричка, любимая, не бойся... у меня естьдогадки, почему тебе больно, но мне надопроверить. Потерпишь?- Ладно...Я встал возле края кровати и перевернулМэрилин на спину.- Мэри, расслабься. - она сразу расслабиласьнасколько смогла. Я нежно прикоснулся к еёногам и медленно начал их раздвигать.- Аййй! - взвыла она.- Потерпи, милая, потерпи... - успокаивал яеё.Через минуты три я смог раздвинуть ей ноги ипоставить в удобное мне положение.- Ещё чуть-чуть, не плачь... - тихо сказал я,поглаживая по ногам, и присел на корточкитак, что смотрел прямо в её промежность. Яаккуратно, чтобы не доставлять болилюбимой, раздвинул большие и малыеполовые губы и посмотрел во внутрь. Я увиделто, о чём догадывался.Убедившись во всём, я встал на ноги и такжеаккуратно сдвинул ноги, и перевернул на бокЛисицу. Отодвинув её подальше от краякровати, я лёг рядом и крепко прижал к себеобеими руками.- Всё, не плачь, Лисёнок... не плачь... -успокаивал я её и целовал в макушку.- Саш.- Что такое?- Что ты смотрел? - она отстранила голову отмоего плеча и посмотрела в глаза.- Девственную плеву.- Иии? - испуганно спросила она.- Что и? Ты девственница, я в неё упёрся,поэтому тебе было больно.- Что? Как это может быть? У нас же уже двараза была связь.- Такое может быть. Не беспокойся, это неопасно и не несёт ничего трагичного.- Но в первый раз мне же было очень больно.- Вспомни, какой промежуток времени прошёлмежду критическими днями и первым разом?- Первый раз был через день после них. Ачто?- Значит я вошёл в одну из дырочек плевы ипросто сильно растянул её. Во времямесячных девственная плева становится болееэластичной, и дырочки в ней увеличиваются,чтобы не порвать её. А у тебя был через одиндень. Следовательно, дырочки не успели ещёзатянуться, и я вошёл в одну из них. Крови жеу нас не было.- Нет.- Ну вот. Не беспокойся, это не страшно.Многие девушки наоборот ходят вспециальные клиники, где восстанавливаютэту плеву.- То есть мне заново придётся терпеть всюэту боль?- Да...- А во второй раз?- Во второй раз я тоже, значит, вошёл в однуиз дырочек и просто растянул плеву, но непорвал.- Тогда лишишь меня девственности именноты, понял? Я доверяюсь только тебе... - на еёлице появилась улыбка.- Ты ещё спрашиваешь?! Я тебя никому неотдам... Кстати, я смотрю ты повеселела, утебя уже ничего не болит?- Немного.- Двигаться можешь?- Да.- Тогда может я сейчас лишу тебядевственности?- Я боюсь, что сейчас не дам тебе этосделать. - погрустнела она.- Ты же доверяешься мне. - она кивнула взнак согласия. - Тогда дашь это сделать. - схищной улыбкой произнёс я и впился в своюЭстонку грубым, но в это же времянасыщенным любовью, поцелуем. Онанезамедлительно ответила на поцелуй иобвила своими руками мою шею. Черезмгновение я навис над ней. Хорошо, мы былиуже обнажённые, потому что это ускорялопроцесс. Я жадно целовал свою малышку и неотрывался ни на секунду. Когда в лёгкихвоздух был на исходе, нам пришлосьразорвать этот горячий поцелуй. Я не терялвремени и всё больше возбуждал Мэрилин,прокладывая дорожки из поцелуев с уголкагуб до низа живота. Эстонка уже всяизвивалась подо мной, а я наращивалвозбуждённость.- Доверяешь мне? - она кивнула, и я, припавк её таким всегда манящим губам, медленнораздвинул ей ноги. - Потерпи, сейчас будетбольно. А потом ты знаешь... - прошептал яей на ухо и легко прикусил мочку уха. Япроложил дорожку от уха до ключицы, целуя ипокусывая нежную кожу Эстонки, тем самымоставляя маленькие засосы, и начал медленновходить в её разгорячённое тело и до пределавозбуждённое. Я снова упёрся в девственнуюплеву.- Ай! - вырвалось из Мэрилин со слезами, иеё промежность сжала мой член.- Малыш, потерпи, пожалуйста... Готова? -поцеловал в любимые губы и заглянул в глаза.- Да... - тихо, со страхом в голосе, ответилаЭстонка.Я двинулся вперёд и чувствовал, какрастягивается эта плева. Через долю секундыона порвалась, и, чтобы хоть как-тозаглушить боль Эстонки и успокоить, язаключил в плен её губы. Из её груди мне врот вырвался громкий стон, наполненныйлюбовью и болью. Решив не тянуть, я сталдвигаться в теле моей девочки быстрее.- Саша, хватит, пожалуйста... Саш,остановись, мне очень больно... очень... - ужеплакала она, вцепившись своими ноготками вбелую простынь и собирая её возле себя.- Малыш, потерпи, сейчас всё пройдёт... -простонал я.Через пару минут боль начала утихать иуступала прекрасному чувству. Я знала, чтотак и будет, но всё равно просила Сашуостановиться, потому что мне было оченьбольно, и мне казалось, что я не выдержуэтой боли. Я целиком и полностью довериласьсвоему медиуму, извиваясь под ним настолько, на сколько позволяла моя гибкость.Ворочаясь, мой взгляд упал на окровавленнуюпростынь под моим тазом...