Боюсь, тебя ждет горькое разочарование

      «Скорая помощь» с полицейским эскортом примчалась в центральную городскую больницу. Когда мы приехали, яграциозно выпорхнул из кабины и по-хозяйски вошел в здание больницы, ведь я бывал здесь почти ежедневно. — Она спит? — произнес я, и она тут же открыла глаза. Я стоял у ее койки, самодовольно улыбаясь. — Послушай, Эдвард, мне очень жаль... — начал Тайлер. Я жестом попросил его замолчать. — А где же кровь? — с притворным сожалением спросил я и рассмеялся, обнажив белоснежные зубы. Я присел на койку Тайлера, однако повернулся к Изабелле. — Каков диагноз? — спросил я. — Со мной все в порядке, но уйти не разрешают! — пожаловалась она. — Слушай, а почему у тебя не берут анализы? — Все дело в связях и личном обаянии! — рассмеялся я. Тут в процедурную вошел Карлайл, и у Беллы просто отвисла челюсть. Ну конечно, он был молод, светловолос и красивее любого манекенщика. И это несмотря на мертвенную бледность и темные круги под глазами. — Итак, мисс Свон, как вы себя чувствуете? — спросил доктор Каллен. — Все в порядке, — ответила она. Он включил световой щит у изголовья ее койки. — Рентген показывает, что все в норме, — одобрительно проговорил старший из нашей семьи. — А голова не болит? Эдвард сказал, что вы сильно ударились. — Все в порядке, — вздохнула Изабелла Свон, бросив свирепый взгляд на меня. Вот Карлайл коснулся ее левого виска, и она поморщилась. — Больно? — Да нет, — ответила она. Она подняла глаза и, увидев мою покровительственную улыбку, разозлилась. — Ваш отец ждет в приемном покое. Пусть забирает вас домой. Но если закружится голова или внезапно ухудшится зрение, сразу приезжайте ко мне. — Могу я вернуться на занятия? — спросила она. — Сегодня лучше отдохнуть, — посоветовал Карлайл. — А он вернется в школу? — поинтересовалась она, имея в виду меня. — Должен же кто-то сообщить добрую весть! — самодовольно изрек я. — Вообще-то, — вмешался доктор, — почти вся школа собралась в приемном покое. — О нет! — застонала Белла, закрывая лицо руками. — Может, останетесь здесь? — с сомнением предложил доктор Каллен. — Нет-нет! — испуганно вскрикнула она и тут же вскочила на ноги. Очевидно, Изабелла поспешила, потому что, потеряв равновесие, упала в объятия моегопапы. Он только головой покачал. — Ничего страшного, — пролепетала она. Очевидно, с равновесием у нее вообще проблемы! — Выпейте тайленол, — посоветовал он, осторожно ставя ее на ноги. — Голова почти не болит! — упрямилась Свон. — Вам очень повезло, — улыбнулся доктор, ставя подпись на ее выписке. — Повезло, что Эдвард стоял рядом со мной, — поправила она, многозначительно глядя на меня. — Ах, да, конечно! — согласился создатель, делая вид, что разбирает какие-то бумаги. Затем он подошел к Тайлеру. Прочитав его мысли, я улыбнулся, Карлайл был польщен. — А вам, молодой человек, придется здесь задержаться, — объявил он Тайлеру, осматривая его ссадины. — Можно тебя на минутку? — чуть слышно прошептала Белла. Я отступил, упрямо стиснув зубы. — Тебя ждет отец, — процедил я. — Хочу поговорить с тобой наедине, если не возражаешь, — настаивала девушка. Я поморщился, а затем вышел из процедурной и быстро зашагал по длинному коридору. Завернув за угол, мы оказались в небольшом тупичке, и я резко повернулся к Изабелле. — Чего ты хочешь? — раздраженно спросил я. — Ты обещал объяснить, как все случилось, — напомнила она, но не уверенно. — Я спас тебе жизнь, а ты еще претензии предъявляешь! — Ты же обещал! — Белла, ты ударилась головой и не понимаешь, что говоришь! — съязвил я. — С головой у меня все в порядке! — Что ты от меня хочешь? — В моем голосе появилась злоба. — Узнать правду! — решительно сказала Изабелла Свон. — Хочу знать, ради чего я лгала твоему отцу. — А по-твоему, что случилось? Чтобы выложить свою версию, ей хватило минуты. — Я прекрасно помню, что тебя рядом со мной не было, Тайлер тоже тебя не видел, поэтому не надо говорить, что у меня амнезия! Фургон должен был раздавить нас обоих, но ты его удержал, причем с такой силой, что на двери фургона остались вмятины от твоих ладоней, а на бампере «хонды» — контуры плеч. У тебя нет ни одной царапин... И еще: фургон мог переехать мне ноги, но ты его не просто оттолкнул, а приподнял... — Думаешь, я приподнял фургон? — спросил я таким тоном, будто сомневался в ее душевном здравии. Я — прекрасный актер. Стиснув зубы, девушка кивнула. — Твоей истории никто не поверит, — насмешливо проговорил я. — Я не собираюсь никому рассказывать, — очень четко произнесла она. — Тогда какая разница? — удивленно спросил я, теперь я не понимал Изабеллу Свон ту, что стала моим смыслом жизни. — Для меня есть разница, — твердо сказала она. — Не люблю врать и хочу знать, ради чего я это делаю. — Неужели трудно просто сказать мне спасибо и обо всем забыть? — устало спросил я. — Спасибо! — зло бросила Белла. — Но ты ведь не успокоишься? — Конечно, нет! — Боюсь, тебя ждет горькое разочарование. Мы зло смотрели друг на друга. — А тебе какая разница? — холодно спросила она. На секунду я показал свое истинное лицо, в душе я был очень ранимым. — Не знаю, — тихо сказал я и, не добавив ни слова, ушел. Вскоре меня нагнала Розали. - Ты совсем того? - А что я сделал? Что?! - Ты мог нас всех раскрыть, - сквозь зубы проговорила Роуз, мы с ней и так были в плохих отношениях, я не любил ее за ее смертную жизнь, а она меня не любила за то, что я не любил ее. - Никто не догадался, - прошипел я. Только она сама, но Элис говорила об этом. - Да ты..... – начала Розали, а я развернулся и ушел, не досушав ее.