Твои руки - на мне, даже когда ты не рядом

Она сидела в маршрутке, прижавшись лбом к стеклу, и смотрела, как капли дождя соревнуются, кто упадёт первым. Они все падали одинаково. Тихо. Без звука.Как чувства, которые нельзя назвать.Рядом кто-то громко жевал жвачку. Кто-то смеялся в наушниках. Кто-то пил из пакета. Все жили. Все — кроме неё. После встречи с ним всё внутри стало иначе. Не хуже. Не лучше. Просто — не так, как было.

Вечером она пыталась лепить. Но руки дрожали. Глина — не слушалась. Она злилась. Плакала. Мыла руки. Начинала заново.Он говорил: «Глина чувствует». Она чувствовала тоже. Пальцы помнили его касание. Не по-настоящему — а телом. Как будто после ожога: кожа знает, даже если разум забывает. Она позвонила подруге. Та не ответила. Она пошла в душ — и стояла под водой, пока не стало холодно. Она легла — и смотрела в потолок. В голове была только одна мысль:«Зачем он меня тронул, если не собирался оставаться?»

Утром она снова пришла раньше всех. Он сидел на том же месте. Как будто не уходил.Он не курил. Просто сидел. Молча. У окна. В чёрной толстовке с капюшоном, в наушниках.Он выглядел... уставшим. Или — пустым.

Она подошла ближе.

— Ты не спал?

Он снял наушники. Его голос был хриплый.

— А ты?

— Тоже нет.

Они замолчали. Внутри неё всё тряслось.Он был рядом. Он — был. Но будто из другого мира.

— Я думала... ты больше не придёшь, — сказала она. Тихо. Не упрёком. Просто как факт.

— Я почти не пришёл, — ответил он. — Но вспомнил, как ты пахнешь глиной. И подумал, может, стоит.

Она села.

— Ты говоришь странно.

Он пожал плечами.

— А ты, слишком прямо.

— С тобой по-другому не получается.

Он посмотрел на неё. Внимательно. До дрожи.

— Это хорошо, — сказал он. — Ты настоящая. А настоящие редко выживают.

— Ты снова пугаешь.

Он усмехнулся.

— Я просто предупреждаю.

Она положила ладони на глину. Пальцы всё ещё были слабыми. Он заметил.

— У тебя внутри хаос. Глина это чувствует.

— Я знаю.

Он встал. Подошёл. Медленно.Не касаясь. Но стоя слишком близко.

— Ты хочешь, чтобы я снова помог?

Она кивнула.

Он не тронул её. Просто поставил свою ладонь рядом.

— Тогда просто сделай вид, что это мои руки.

Она закрыла глаза. Почувствовала тепло. Вспомнила, как его пальцы ложились поверх её. Как будто не учат — а принимают. Она начала лепить. И всё стало — легче.Глина — слушалась. Тишина — не пугала. Когда она открыла глаза, его уже не было рядом. Он сидел у окна. Смотрел на улицу.Но его руки были с ней. Ина улыбнулась.Впервые — с ним внутри себя. Без него рядом.