2

   — Take it!   В светлое пятно на полу беззвучно упали мягкие шарики наушников. Маруся со вздохом подобрала их и вставила в уши.   — Теперь понимаешь? — прозвучал синтетический голос, словно дубляж в кино.   — Это ты все устроил? — Спросила Маруся, заранее зная ответ.   — Видела бы ты свою рожу! — рассмеялся Юки.   — Ну и что ты хочешь от меня? — сердито выкрикнула Маруся. В этот момент ей казалось, что пережитое в лифте, не идет ни в какое сравнение с неделей в немецкой тюрьме.   — Покричи еще!   — Что?   — Мне так понравилось, как ты кричишь!   — Ты чокнутый извращенец!   — А ты свинья! — неожиданно резко сказал Юки, перестав смеяться.   Маруся растерянно замолчала, словно получив внезапную пощечину.   — Испугалась?   — Да.   — Не представляешь, как долго я об этом мечтал, — снова весело произнес Юки.   Он все еще светил фонарем в пол и поэтому они не видели друг друга, только еле заметные очертания тел.   — Где мы? — спросила Маруся, пытаясь подняться.   Луч света скользнул по стене, и она почувствовала руку, поддерживающую ее. Злобно оттолкнула и даже отпрянула.   — Ну, ладно тебе! — совсем другим, почти ласковым голосом, сказал Юки.   — Пошел ты!   — Будешь злиться?   — Ага... А еще засужу и засуну в тюрьму до конца твоих дней.   Юки рассмеялся.   — Какой же ты урод!   — Ты тоже очень страшная, — беззлобно отозвался Юки.   — Идиот...   Она почувствовала его руку на своей спине, попробовала увернуться, но лишь вздрогнула от звука упавшего фонарика. Юки крепко обнял ее, стоя сзади, и прижавшись лицом к затылку.   — Отпусти, — смущенно попросила Маруся, ощутив, как загорелись щеки.   Его губы нежно прикоснулись к самому краешку уха.   — Что ты делаешь... — Маруся вцепилась пальцами в его руки, пытаясь разжать объятия.   — Зачем ты убегаешь? — прошептал Юки.   Так щекотно...   — Отпусти, пожалуйста.   — Ты мне должна, — упрямо возразил Юки.   — Ты уже отомстил, правда. Хватит... Отпусти.   — Ты думаешь, что любовь это тоже месть? — невозмутимо спросил Юки.   Любовь? Маруся онемела и не знала, что сказать. Ее словно парализовало.   — Разве ты не любишь меня? — Юки сжал ее тело так крепко, что стало тяжело дышать.   Маруся резко дернулась и высвободилась.   — Мне же больно!   — Я не нравлюсь тебе?   — Да о чем ты говоришь? Ты вообще понимаешь что... Ты... Ты же сумасшедший! — Марусю словно прорвало. Все напряжение, которое скопилось за последние часы, выплеснулось наружу раскаленной лавой — Как я могу любить тебя, если я вообще... я не знаю тебя! Я тебя не видела. Я даже не думала, что когда-нибудь тебя увижу! С чего ты взял, что я могу любить тебя? И как я могу любить тебя, после того, что ты сделал? Да я думала, умру от страха. Ты точно шизофреник! Отвези меня немедленно обратно! Я не хочу тут больше находиться.   Она услышала его шаги, потом увидела, как он поднял фонарик и осветил им двери лифта.   — Я не поеду в лифте — решительно сказала Маруся.   — Не бойся, он в порядке — равнодушным голосом отозвался Юки, будто утратив к Марусе интерес.   — Все равно...   — Хочешь идти тридцать этажей вверх?   — Да.   — Нет.   — Что нет?   — Я не покажу тебе, где лестница, а сама ты не найдешь. — Он нажал на кнопку вызова. — Я поеду на лифте, а ты, если хочешь, оставайся.   — Ну почему ты такой? — с отчаянием спросила Маруся.   — Я добрый. Могу оставить тебе фонарик, — и Юки протянул фонарик в сторону Маруси.   Лифт звякнул, и дверцы открылись, заливая коридор непривычным светом. Маруся посмотрела, как Юки вошел внутрь, и сделала несколько шагов в сторону лифта. Она вдруг поняла, что думает вовсе не о том, что боится ехать. Все ее внимание сосредоточилось на этом высоком худом парне с удивительными синими волосами, проколотыми ушами, какими-то блестящими цепочками на шее... Браслеты, футболка с той самой мертвой девочкой со спутанными волосами... чудесно. Черные кожаные штаны и совершенно неожиданные ультрамариновые кроссовки, под цвет волос. Он был такой странный, стильный и, несомненно, очень красивый. Будто не живой человек, а персонаж из японских же компьютерных игр.   — Что пялишься? — поморщившись, спросил Юки. — Внезапно передумала?   — Что? — не поняла Маруся.   — Пялишься на меня, как голодная собака на кость, — самодовольно ухмыльнулся наглец. — Аж слюни текут!   Маруся захлебнулась от злости, резко развернулась и зашагала прочь, в темноту.   — Да ты не смущайся, меня все девочки хотят! — радостно крикнул ей вслед Юки и скрылся за дверями лифта.   Маруся снова осталась в полной темноте.   Вот так история! Прошел всего лишь час или два, а она успела натерпеться ужаса, прорыдать в полной темноте, встретить парня из прошлого, которого даже не надеялась больше увидеть, влюбиться и возненавидеть его всей душой. А теперь... а теперь снова остаться черт знает где и... и без фонарика, кстати!   Маруся схватила себя за волосы и со всей силы потянула вверх — хотелось очнуться от переполнявших ее эмоций. Она вытянула руки, нащупала стену и уныло побрела в сторону лифта. Перед глазами зеленым пятном светилась кнопка вызова.* * *

   Двери лифта бесшумно распахнулись, Маруся вышла на своем этаже и выдохнула. Подъем прошел гладко, без приключений, но эти несколько секунд тянулись невыносимо долго. В коридоре все так же умиротворяющее журчал ручей. Пусто... Маруся почувствовала, как кольнуло сердце. Ей хотелось снова увидеть Юки, и она ожидала встретить его здесь. Она не допускала мысли, что он просто так исчезнет снова и навсегда. Неужели он и правда, уехал? Отомстил и успокоился? Обиделся на резкий отказ? Маруся осмотрелась по сторонам, но никого не заметила. Да и где тут спрячешься? Не на дно же он залег.   Дверь в номер была приоткрыта и оттуда явно доносилась громкая музыка. Маруся переступила порог, но потом смущенно сделала шаг назад и снова сверилась с цифрами на табличке. Не перепутала — это ее номер. Вошла и тихо притворила за собой дверь. Заглянула в комнату.   Юки невозмутимо лежал в постели, подложив под спину подушки, пил колу и вперившись в экран телевизора. Он даже не обернулся на нее! Маруся замерла, не представляя, что делать дальше. Юки вытянул руку с пультом, переключил канал на какое-то шумное японское шоу, смял жестяную банку и пульнул ее в мусорку, точно попав в цель. И снова! Снова никакой реакции на вошедшую Марусю!   Обида сменилась гневом, и Маруся решительно подошла к захваченной врагом кровати. Юки не обернулся. Маруся со всей дури пнула его кроссовок, валяющийся тут же. Он отлетел, ударился в стену и упал.   — Отличное шоу! Видела когда-нибудь? Люди садятся на замороженную тушу коровы и слетают наперегонки по ледяной горке...   Минуту назад она готова была отдать что угодно, лишь бы снова увидеть его, а сейчас кипела от ярости и очень хотела подобрать второй кроссовок и больно отлупить им негодяя по голове.   — Принеси еще колы, — Юки наконец-то обернулся к Марусе и даже улыбнулся. — Быстро! — внезапно изменив интонацию, приказал он. — Ты в Японии и должна чтить наши законы!   О! Это была последняя капля! Маруся наклонилась, взяла кроссовок и бросила в обидчика. Она увидела только, как Юки взмахнул рукой и вот уже кроссовок схвачен, так и не долетев до дурацкой синей башки.   Юки смерил Марусю взглядом, в котором смешивались отвращение и жалость, тихонько бросил обувь под кровать и продолжил смотреть шоу. Непрошибаемый! Маруся чувствовала себя последней дурой. Каждая ее мысль, каждое действие были такими глупыми и непродуманными. Нужно было одержать сокрушительную победу, немедленно и безупречно. Нужно было высмеять засранца, показать ему, кто в доме хозяин, поразить, размазать, плюнуть и растереть. Какую-то долю секунды Маруся ощутила всю свою поразительную и поражающую мощь, потом отчаянно сдулась, зашла в ванну и закрыла за собой дверь. Сидя на крышке унитаза, Маруся строила планы, но все они были либо невыполнимо фантастическими, либо бесперспективно утопическими, либо откровенно плохими. Ворваться и свернуть ему шею? Спуститься вниз и нажаловаться? Вызвать полицию? Попробовать поговорить? Соблазнить? Принести ему колу? Ох, нет... только не это. Он не дождется!   Маруся решила ждать. Когда-нибудь ему станет скучно и он сам предпримет какие-то действия. Постучится к ней в ванную, заговорит... Время шло, но никаких действий с той стороны двери не происходило. Марусе отчаянно хотелось спать — уже утро, а она так и не уснула, зато растратила все силы на неделю вперед... Маруся посмотрела на мягкий напольный ковер, сползла вниз и свернулась на нем клубочком. Лежать было неудобно, и в какую позу она не скрючивалась, тело ныло и требовало подушку и матрас... а еще одеяло... Да что же это такое! Лежать и мучиться здесь, в собственном номере люкс, за бешеные деньги, унизительно устроившись на коврике в ванной, разглядывая унылую стойку унитаза. И кому? Ей! Без ложной скромности мировой звезде! Ну как звезде... Ну не совсем звезде и не такой уж мировой, но все же!   Пойти и лечь! С непроницаемым лицом. Стянуть одеяло, укрыться и уснуть. И пусть только попробует что-нибудь вякнуть!   Маруся раздвинула створки и вышла, стараясь не смотреть на Юки. Легко сказать, не смотреть! Глаза предательски метнулись в сторону, и Маруся увидела поверженного врага. Он сладко спал, раскинувшись на кровати морской звездой и подмяв под себя все одеяло! Маруся замерла в нерешительности, но потом все же тихонечко присела на край кровати. Обернулась и застыла, невольно залюбовавшись таким красивым лицом. Ох, какая стыдоба, вот так бессовестно влюбиться в парня. Маруся отвернулась и осторожно прилегла на бок. Потом так же аккуратно забросила на кровать ноги и попыталась уснуть. На этот раз попытка оказалась успешной.* * *

   Сухой и горячий солнечный свет, врывался в незашторенное окно, заполнял собой всю комнату и теперь бессовестно просачивался сквозь ресницы. Не открывая глаз, Маруся приложила руку к голове и удивилась, насколько та была горячей. Даже волосы накалились. Внезапным оглушающим ударом вернулась память и Маруся вспомнила, что в комнате она не одна. Нет, нет, нет... Она в постели с Юки? То, что вчера изможденному сознанию казалось чем-то естественным и невинным, теперь заставляло сгорать со стыда, еще даже толком не проснувшись. Все так же раскинувшись на спине, Маруся повернула голову и, приоткрыв один глаз, посмотрела перед собой. Он был здесь, рядом, и даже ближе, чем можно было ожидать. Лежал, подперев голову рукой и, со всей азиатской невозмутимостью, рассматривал марусино тело. Стараясь не подпрыгнуть до потолка, Маруся опустила глаза и увидела нечто ужасное. Полы халата распахнулись, открыв обнаженную грудь.