18+ и это конец

Как бы мне ни хотелось взять тебя прямо сейчас, я просто выбью из тебя всю дурь на кровати, — с этими словами его повалили на постель и нависли сверху. Вид у Лино был даже диковатый, волосы растрёпанные, а губы чуть красные от поцелуя. Он облизывает клыки и ухмыляется, хватая ноги под коленями и прижимая их к чужой груди, сжав кожу до будущих синяков, и впивается в шею. — Лино! Ах... — Джисон вцепился пальцами в его волосы и сжал, чем вызвал рычание, — н-нгх!.. Лино оставлял засосы по всей шее, покусывал кожу, и сжимал колени; честно, Джисон мог кончить только от этого грубого обращения. — Блять... какой же ты сладкий, — промычал от удовольствия Ли и провел языком по линии подбородка, прежде чем с рыком впиться в губы. Джисон, конечно, представлял, что Лино будет нетерпеливым, но не думал, что настолько, ибо старший сейчас реально, ну, дикий, и от этого даже в животе все узлом затягивается и глаза закатываются. — Ли... Лино... — между поцелуями шепчет он, вцепляясь в волосы. — Ты, блять, представить не можешь, как долго я этого ждал, — Лино всё-таки отстраняется и рычит, облизываясь, — и не представляешь, сколько всего я хочу с тобой сделать. Завтра ты определенно не сможешь даже встать, черт, и я сделаю для этого все. От тихого и утробного, почти шипящего голоса, хотелось оглохнуть, Джисон со стоном откинул голову — ну или этому поспособствовала рука Лино, впутавшаяся в его волосы. Когда с его губ сорвался хнык, Лино усмехнулся. — Сука жаждет моего члена, Ханни? — он показательно прижался стояком к заднице, и, блятьблятьблять, толкнулся через одежду несколько раз, — не раз дрочил, представляя толстый член в своей похотливой заднице? О, блять, я знаю, ты дрочил, Ханни, я, блять, видел это, — и отстраняется и сдирает с Хана трико вместе с бельем, облизываясь, кажется, наслаждаясь видом. наслаждаться есть чем: перед ним Джисон валяется в одной только футболке, весь красный, со стекающим по лицу потом и слезами, согнутый пополам, и Лино наконец-то, блять, может вживую увидеть эти восхитительные ляжки и задницу, которым только поклоняться и стоит. Лино ухмыляется и приникает к промежности Хана лицом, буквально зарываясь туда. — Лино, стой!.. Б-блять... Лино слизывает с головки предэякулят, не отрывая глаз от чужого лица, и вбирает в рот, мыча от удовольствия. — Боже, Ханни, ты и здесь такой сладкий, — сказал он, на секунду оторвавшись от члена, — так бы и съел тебя. Старший чуть ли не вылизывал его, заглатывая член полностью и поддевая языком уздечку, спускаясь затем к мошонке и, блять, к розовому сфинктеру. От горячего дыхания Джисон втянул в себя живот, а уж когда Лино проник внутрь языком, — чуть не помер. — Ебать, — усмехнулся он, — клубничная, — и толкнулся языком снова. Джисон вскрикнул и рефлекторно сжал стенками шершавый язык. Лино фетишист, и он даже от этого довольно замычал. Когда тот уже продолжительное время не отрывался от чужой задницы, только наоборот, зарывался ещё больше, Джисон всё-таки понял, что старший одержим его задницей. — Лино-о... — похабно простонал он, будто бы насаживаясь на язык, от чего Лино легонько провел по сфинктеру зубами. — Я обожаю твою задницу, детка, — томно закатив глаза, он присосался к сфинктеру, в последний раз толкнувшись внутрь, и Джисона выгнуло. — Я-я... я это уже понял, — но Лино, видимо, не насытился, и начал вылизывать и осыпать засосами всю его задницу, — нгха!... б-блять... соберись и трахни меня уже. Лино зарычал и оторвался от задницы: волосы его растрепались, а слюна вперемешку со смазкой, которой ранее себя растягивал Хан, стекала по подбородку, что сделало его вид только необузданней. — О, детка, не волнуйся, я трахну тебя так сильно, что ты пожалеешь об этих словах, — и стал нетерпеливо стягивать с себя штаны. Джисон, увидев чужой член, подвис. Конечно, он видел его, когда они трахались по видеозвонку, но тут, вблизи, вживую, его видно слишком отчётливо, он видит каждую венку, проступающую на красной головке, и от этого становится дурно: он наверняка почувствует, как те пульсируют внутри него. Тем временем его перевернули и заставили встать на четвереньки. — О, ещё успеешь насмотреться, — отрезал Лино и ввел в Джисона сразу три пальца, от чего тот простонал. — Я... я растянул себя, можешь не переживать, — в ответ Лино только томно рассмеялся. — Детка, я не трахну тебя, пока не удостоверюсь, что в тебя помещаются четыре мои пальца, — и повел пальцами внутри. Джисону даже приятно от такой заботы, и он насаживается на пальцы глубже. Когда четыре Линовских пальца спокойно двигаются внутри, он наконец вытаскивает их и, надавив ладонью на чужую спину, заставив со стоном прогнуться, резко входит. — Б-блять!.. — вскрикивает Джисон, закатив глаза. Член внутри кажется ещё больше, он наполняет его, кажется, до краев, что смазка вытекает наружу, внутренности послушно раздвигаются, и так хорошо от этого становится, что вернуться в реальность Джисона заставляет только толчок. Лино вошёл в него на полную длину. — Сука... — прошипел тот и сжал тонкую талию до покраснений, — в тебе так охуенно, ебать, — и вышел, оставив внутри только головку, и вошёл обратно. Джисон выгнулся и простонал. — Блятьблятьблять, — слезы скатились по красным щекам от перевозбуждения, — Лино, глубже. — Я и так в тебе глубже некуда, — прорычал он, но всё-таки толкнулся, шлепнувшись бедрами о задницу, и раскрыл дырочку для себя ещё больше, — блять... Рука впуталась в волосы и потянула за них, заставив подняться, угол проникновения сменился и член теперь упирался в простату, от чего в животе все скрутило и Джисон рефлекторно сжался, что Лино понял по-своему. — Не смей кончать, — он толкнулся жёстче, — ты кончишь только тогда, когда я тебе разрешу. Жалобный скулеж вырвался из груди, и от жесткого толчка колени задрожали и подогнулись, и Лино в буквальном смысле держал его, как какую-то куклу, и натягивал на свой член. От такого проявления силы и власти хотелось скулить и выть. Когда свободная рука потянулась к тонкой шее, чтобы сжать ту и перекрыть доступ к кислороду, Лино плотнее прижался грудью к спине и продолжил свои толчки, крепко сжав руку. Джисон теперь находился в полной власти, он схватился за бицепс и сжал, пытаясь вдохнуть воздух, только от этого стало хуже (или ещё лучше), и тогда он непроизвольно открыл в немом стоне рот и высунул язык. — Блять... — прохрипел он. Толчки со спины его добивали, — Лино... Лино. Лино вдруг остановился, хрипло дыша у самого уха, отпустил горло и вышел. Джисон полной грудью вдохнул, но передохнуть ему не дали и схватили за локти, насаживая на член, как в одних из самых горячих обещаний старшего. — Я же говорил, — шипяще произнес тот, издеваясь, — говорил, блять, что не выпущу из постели и вытрахаю из тебя все мозги. Локти сжимают до синяков, член толкается так глубоко и быстро, что и впрямь выбивает из парня все мысли. Джисон не может нормально двинуться, а ему и не дают — держат в своих руках, как игрушку для траха, и наполняют членом. — Лино!.. — стонет он, когда в него толкаются особенно сильно. Чувство наполненности в заднице и собственное возбуждение, тяжёлым комом оседающее внизу живота, не позволяют ему думать и превращают мозги в кашу. Лино в буквальном смысле взбивает ему внутренности. Он вдруг с рычанием вгрызается в загривок, насаживая на свой член глубже, и заставляет промычать от удовольствия. — Твоя дырочка, блять, станет красной от того, как я буду ее трахать. — Лино, Лино!.. — вскрикивает Джисон, похныкивая, — я-я... дай мне кончить, пр-рошу!.. Низкий, томный смех вливается в уши. Лино в открытую издевается над ним. — О, а ты это заслужил? — он останавливается и толкается уже не так быстро, лениво, издеваясь. Джисон скулит. — Прошу, Лино, д-дай кончить... — Джисон похабно стонет, когда Лино резким и жёстким толчком наполняет его до упора. — Кончай, — даёт разрешение старший, — но учти, что кончать ты будешь на протяжении всего дня. И Джисон, стоная, кончает, потому что выдержать все это он не может: низкий шепот над ухом, толстый член внутри, грубые толчки и полная власть над ним — все это слишком давит на Хана, и в хорошем смысле, так что он закатывает глаза, когда вся тяжесть вдруг собирается в члене, и бурно кончает, сжимаясь. — Блять, — Лино в последний раз натягивает Хана на себя и изливается внутрь, не выдерживая сжатия стенок. Джисон в самый неподходящий момент вспоминает слова старшего о том, что он «накачает его спермой», потому что, ну, спермы реально много, очень много. Липкая и вязкая жидкость растекается внутри него, размазывается по стенкам, когда Лино выходит, и стекает по внутренней стороне бедра, — детка, повернись. Джисон слушается, вздыхает и на дрожащих ногах кое-как переворачивается, смотря на старшего. Член у того ни разу не спал, так и остался стоять. Он водит по нему ладонью и размазывает сперму и смазку, которую успел собрать со стенок, и смотрит на Хана с ухмылкой, от чего тот сглатывает. Поработай ротиком, детка, ну же, — Джисон сглатывает. Представляет, как вберет член полностью в рот и возьмёт за щеку. Он склоняется над ним, смотря из-подо лба на старшего, и высовывает язык, проводя им по головке и слизывая каплю предэякулята. Когда вбирает, посасывая, головку в рот, томно закатывает глаза, и Лино всё-таки не выдерживает: хватает за волосы и насаживает ртом на свой член, так что Хан невольно надувает щеки от толстого члена внутри и стонет. — Оо, блять, — Лино откинул голову, показывая острый, играющий под кожей кадык, — я выебу тебя в этот ебаный рот, детка... Джисон промычал и кивнул, на что Лино усмехнулся и, выйдя, толкнулся обратно. Толчки были быстрыми и жёсткими, и Хан не успевал даже слюну сглотнуть, так что та вместе с мутным предэякулятом стекала по подбородку. Лино толкался то в сжимающееся рефлекторно горло, то в пухлые щеки, но Хан в любом случае умоляюще скулил, закатывая глаза. — Малыш, — хрипло позвал Лино и вытащил свой член, ухмыляясь над тем, как Джисон неосознанно потянулся за ним, — стоит ли награждать тебя своей спермой? Джисон жалобно заскулил, брови устремились вверх, а язык высунулся. — Прошу, — он облизал головку, — пожалуйста, Лино, дай мне свою сперму. Лино подавил ухмылку от похабного вида младшего: весь его подбородок вымазан в мутной жидкости, а с высунутого языка капает слюна. — А ты заслужил ее? — Да! Да, я заслужил ее, Лино, прошу, дай... Старший всё-таки не сдержал ухмылки и стал водить рукой по своему члену. Вот он, Джисон, сидит перед ним и умоляет наградить его своей спермой, такой Джисон как из самых грязных мечт Лино. — Маленькая шлюха Джисони мечтает быть наполненным моей спермой с двух сторон, да? — издевается старший, и Хан сжимает свою дырочку, удерживая сперму в себе, — детка, ты примешь в себя всю сперму, которую я тебе дам. Джисон скулит и кивает несколько раз. Лино стонет и закусывает губу, с рыком в последний раз проводя по члену, и кончает. Сперма попадает в открытый рот — Джисон с упоением принимает ее, — и на нос и щеки. — Посмотри на себя, — утробно смеётся Лино, — весь вымазан в моем семени. Хан сглатывает и стирает пальцем сперму с лица, слизывая языком. Над ним ухмыляется Лино. — А теперь, — парень с удивительной лёгкостью поднимает его, поворачивает к себе спиной и усаживает на бедра, — пора принимать меня. — Чт... — не успел Джисон и слова вставить, как его резко насадили на себя, — а-ах... — глаза снова закатились. — Посмотри на себя, Ханни, — Лино прикусил изгиб шеи, а Джисон непонимающе устремил свой взгляд вперёд, и... замер. Перед ними было зеркало и он мог увидеть себя, сидящего на пиздатых бедрах и извивающегося на толстом члене, и Лино, что плотоядно смотрел на него из-за плеча, одна его ладонь была запутана в волосах и заставляла откидывать назад голову, а другая сжимала внутреннюю сторону бедра и оставляла раскрытым. Джисон видит свой изнывающий член, видит, как растягивается его дырочка под толстым членом, и... как его кожа на животе натягивается под членом. На животе проступают контуры Линовского члена, и он проталкивает его глубже, ухмыляется, устремляя свой взгляд туда же, куда и младший, и прижимает ладонь уже к животу, заставляя вскрикнуть. — Лино! — Джисон выпучивает глаза и пытается слезть с члена, но его удерживают на месте, — мха... Лино прижимает ладонь к выпуклости сильнее, встречая собственные толчки, и рычит от удовольствия. Глаза Джисона смотрят в потолок, язык высовывается, когда Лино жёстко толкается в него. Сперма, что была внутри него до этого, вытекает наружу, размазывая бедра Джисона и Ли. — Смотри на себя, Ханни: так нуждаешься в моем члене, что готов на все ради него, — шепчет прямо на ухо. Рука отпускает волосы и он подносит ее к чужому рту, проникая туда пальцами. — Нгх... — мычит Джисон, которого поднимают и опускают на члене. Он послушно берет пальцы, обводит их языком, облизывает, и его голову в итоге оборачивают к себе, чтобы впиться в губы. Язык проталкивается внутрь, ведёт по кромке зубов и сплетается с другим, и поцелуй этот такой дикий, и толчки тоже дикие — сам Лино весь дикий, как зверь какой-то, от этого конечности дрожат и мозг расплывается. Толчки внутри то ли отрезвляют, то ли, наоборот, заставляют потерять сознание и рассудок от удовольствия. — Детка, я буду брать тебя и качать своей спермой раз за разом, пока ты не забудешь свое имя и не потеряешь сознание от удовольствия и той наполненности, которой я тебя буду вознаграждать, — всплыло в сознании обещание Лино, которое тот дал ещё в самом начале. Джисон думает, что он реально может потерять сознание. — Лино, Лино!.. — вскрикивает он, когда от него отстраняются, и косит глазами при виде ниточки слюны, соединяющей их. Лино рычит и хватается обеими руками за бедра, толкаясь, почти не выходя. Джисон кладет ладони поверх чужих, и те кажутся какими-то маленькими. В конце концов Лино отпускает бедра и берет ноги под коленями, раскрывая Джисона для самого себя в зеркале. — Смотри, смотри, блять, на себя, похотливая сучка, — он хищно смотрит на отражение в зеркале, — шлюшка так жаждет большого толстого члена внутри себя, да? Джисон, не в состоянии нормально мыслить, кивает, хныча. Член внутри при каждом толчке задевает простату, и от этого слишком хорошо — хорошо до хриплых стонов, закатанных глаз и дрожащих конечностей. Его снова наполняют вязкой спермой, большая ладонь ложится на его член и доводит Джисона до извержения. Член все еще толстый, и член все еще в нем, и это и впрямь какой-то кокворминг, точнее, был бы, если бы Лино был более терпеливым. Тот поднимает его со своего члена и наблюдает, как сперма вытекает из прохода снова, ухмыляется и ставит парня раком, наполняя членом. Одна ладонь сжимает бедро, а другая давит на голову, прижимая ее к постели. Член плавно скользит внутри, Лино рычит, слезы сами по себе застилают обзор перед ним, и, честно, Джисон был готов свалиться в обморок, только взгляд цепляется за большое окно. Мысли, что приходят в голову, заставляют узел в животе скрутиться в предвкушении. — Стой, стой, стой! — он хлопает ладошкой по чужому бедру и просит остановиться. Лино, глубоко и тяжело дыша, останавливается и недоуменно смотрит на Хана, — у окна... возьми меня у окна. Лино пару секунд не вдупляет, но затем ухмыляется, и только от этого Джисон скулит. — О, маленькая шлюшка хочет, чтобы ее все видели? — он облизывает обнажившийся клык и выходит из Хана, — ничего, все не только увидят, но и услышат тебя, ведь я хорошенько постараюсь ради этого. Лино дотащил неспособного стоять на ногах Джисона до окна и нагнул над подоконником, так что он мог спокойно наблюдать с седьмого этажа, как на улице туда-сюда ходят люди. Неожиданная наполненность в заднице выбила из него все мысли. — Лино! — вскрикнул Джисон и вскинул голову. Его взяли за локти, как в тот раз, и натянули на свой член, — м-мх... — Ханни нравится? — на ухо прошептал Лино, — отвечай, когда тебя спрашивают, Ханни. Старший, кажется, отказался двигаться внутри Хана, пока тот не ответит ему, так что младшему не оставалось ничего, кроме как произнести заплетающимся языком: Д-да... да, Лино, боже, возьми меня, прошу... выеби меня, пока я не потеряю сознание. А Лино и уговаривать не надо — вышел и вошёл до упора, выбивая из Джисона крики и стоны, — его задница уже покраснела от того, как часто и сильно о нее шлепались, и, Хан уверен, завтра он и встать не сможет. — Ханни... Ханни, о, блять, как же я тебя обожаю, — рычит он, вгрызаясь то в плечи, то в загривок, то ещё куда, — задницу твою обожаю, блять, и тебя тоже. С-сука... Он опустил локти и принялся держать за бедра, вколачиваясь в тело ещё быстрее, чем до этого. — Лино!.. — Я не насытился, — прорычал, — я ещё, блять, не насытился. Джисон простонал особенно звонко от этого голоса, член упирается в простату, размазывает по стенкам сперму, и вообще наполняет-наполняет до краев. У Хана такими темпами и правда будет мозоль в заднице. Лино продолжает вбиваться, вталкивает свой член глубоко, сжимает бедра до синяков и наслаждается стонами, которые он выбивает из парня, — он, блять, настолько широкий, что накрыл его собой полностью, и понять, что под ним находится парень, можно только по тоненьким ножкам, выглядывающих из-под его. Лино довольно ухмыляется и жёстко толкается. — Нха!.. Л-лино, я... я хочу кончить... Старший шлёпает Хана по ягодице. — Кончай, детка. Все перед глазами затуманивается, слезы скатываются по щекам, вся тяжесть переходит в член и Джисон, громко стоная, кончает. Следом он чувствует сперму, разливающуюся по его стенкам.

________________________________________________________

Это конец спасибо что читали мою историю надеюсь вам понравилось