Глава 8. У всех своя история

Иногда сильнее всего на свете хочется, чтобы кто-нибудь сказал тебе что-нибудь – что угодно. Потому что это означало бы, что ты важен. А иногда дело не в том, что ты не важен, – просто на тебя не обращают внимания, потому что горе ослепляет окружающих и они перестают замечать тебя.

Джеймс Дотти

Маргарет

Вечером, после парочки долгих тестев мы пошли в комнату. Никого не устраивало то, что они делают. Я хочу связаться с отцом, но не не знаю как. Все телефонные звонки отслеживаются.

— Так, какого хрена происходит в этом гребенном штабе?!— прервал меня от моих мыслей Макс. Парень шестнадцати лет. Он прибыл в штаб раньше нас. Светловолосый парень смотрел на всех нас ждав ответа. — Успокойся и не ори. Ясно? Хейз сказал, что они следят за нами. Поэтому не ори. Хочешь высказаться, то говори тихо. — сказал Джош тихим голосом. — Меня это бесит. Вы вообще не думали об этом всем?— шипя сказал Макс. — Думали, но нам не нужно беспокоиться. Возможно те кого забрали не здоровы. Ты же сам знаешь, что обнаружили врачи.— после этих слов я даже не знала, Джош говорит правду или просто пытается успокоить ребят, которые все были на взводе. И вроде бы, после этих слов ребята поверили ему и успокоились. — Возможно ты и прав, Джош.— все расселись по кроватям и начали заниматься своими делами.

У меня до сих пор нет плана как связаться с отцом. Все телефоны отслеживаются, а если узнают, что я хотела сделать, то я даже не знаю, что будет со мной.

Я сижу на кровати. Очень твердо. Передо мной сидит Джош и о чём-то думает. Его лицо отражает какое-то волнение, ненависть, злобу, тревогу, но в этом взгляде нет страха. Когда я смотрю на него, мне становится интересно о чем он думает. Меня это беспокоит.

— Джош?— еле слышно сказала я, чтоб нас ни кто не слышал. — Да, Маргарет? — О чем задумался? Просто у тебя такой вид... — Я думаю, что они делают с людьми которых не отпустили и вообще, что нам делать. Когда мы шли в П.О.Р.О.З вся наша команда думала, что здесь самое безопасное место на данный момент в нашей стране , но что-то пошло не так. Как оказывается здесь могут навредить, убить, просто ставить опыты над нами. Я не могу ничего поделать и меня это тревожит...

Около минуты я думала над его словами и ответ пришёл сам собой.

— У меня есть идея!— подняла я медленно глаза на Джоша, который смотрел на меня уже с интересом. — Я тебя слушаю.— он сидел на против меня.— Эм... я думала несколько дней, как связаться с отцом и сейчас до меня дошло, как это сделать. Есть вероятность, что он знает, что здесь происходит. — Нет, это рискованно и опасно. Мы не знаем, что они сделают с нами, а тем более я переживаю за тебя. —Ооо... это так мило,— усмехнулась я и увидела, как Джош покраснел. Из-за этого мне стало ещё смешней.— Видел бы ты свое лицо.— тогда начали смеяться мы вместе. На нас посмотрела с недоумением вся группа.

— Из-за чего вы смеётесь?— спросил нас Эрик. За ним подошла Лили. Я и Джош посмотрели на ребят и вновь засмеялись.— Да, что? Говорите!— улыбаясь сказала Лили. — Это не так важно, как наш разговор.— ответил Джош. — И... — У Маргарет есть план, как связаться с отцом. — Я с уверенностью могу сказать, что этот план дерьмовый. Все потому, что нас поймают.— ответил уже серьёзно Эрик. — Да, ты даже не знаешь какой у меня план! — А мне и не нужно, но... готов послушать. —Эмм... нам надо забрать у кого нибудь пропуск в главный отсек, что тот человек у которого мы заберем, ходил туда. Как мне известно по плану, который я запомнила, в этом отсеке находится аппаратура по которой можно связаться с другими странами. А потом мы также выйдем незамеченными от туда. — У нас не выйдет,— все посмотрели на Эрика.— Что? Я говорю серьёзно. Там, за дверью до хрена народу. Мы не выйдем оттуда незамеченными. — Слушай Маргарет,— отвернувшись от Эрика Джош посмотрел на меня серьёзным, но умоляющим взглядом.— Я считаю, что Эрик прав. Весь этот план— это риск. Если нас поймают, то нам конец. — Нам так и так конец, если мы останемся здесь. Люди пропадают или на нас ставят эксперименты. Все это не выход. — Вы оба правы,— констатировала факт Лили.— Что тогда будем делать? — Нам надо попробовать.— сказал Джош.— Что? Да, ты спятил, что ли?— Эрик не трус, просто он волнуется, как и все мы. Это все отлично понимают. Джош вздохнул. — Эрик, помнишь о чем, мы говорили, когда ходили за едой? — Да... ладно. Я готов попробовать, но я все равно возражаю насчет этой идеи.Через сколько выдвигаемся? — После завтра в обед, когда вся охрана будет зациклена на людей в столовой. А завтра нам надо будет взять у кого нибудь пропуск.— Нас не заметят?— спросила даже не нас, а сому себя Лили. —Не думаю. Там будет слишком много людей. —Ладно. — Эрик повернулся на девяносто градусов и пошел к кровати. — Ребят, мы сумасшедшие!— смеясь сказала Лили и пошла к своей кровати.

***

В обед, по пути в столовую я встретилась с Терезой. Она была одета в черное платье и белый халат. На голове её блондинистых волосах, был сделан не совсем опрятный пучок, но ей это идет. И блеском накрашенные губы. Она посмотрела на меня своими выразительно зелеными глазами.

— Привет Маргарет! Как ты?— улыбнулась она мне дружелюбно и обняла.— Нормально, но я хотела бы у тебя спросить, кое что.— сделала я слегка виноватое лицо, тем самым извиняясь за такой вопрос. — Конечно, давай.— Ты знаешь, что нибудь о том, что они делают с нашими анализами? Ты ведь лаборант химического анализа, ведь так? — Да, верно,— она задумалась и как то не уверенно подняла на меня голову. Она поднесла ладонь тыльной стороной и прислонила его к уху. Якобы показывая, что здесь все прослушивается и такой конфиденциальный разговор она не может сказать в этих стенах.— Потом,— губами сказала она, обняла меня и положила мне что-то в руку.— Позвони отцу.— лишь сказала она и пошла дальше оставив меня в недоумении и шоковом состоянии. Я сжала пропуск сильнее в своей ладони и положила его в форму и пошла веселым шагом, хоть я и пыталась его скрыть, в столовую.

Людей в столовой было, как обычно много. Все «спасшиеся люди», очень сильно шумели, что не возможно было разобрать кто, что говорит. Как обычно я подошла к своему столику, где сидели Джош, Лили, Эрик и другие ребята с нашей группы. Увидев меня, они помахали мне и улыбнулись.

— Что ты так долго?— спросила меня Лили, когда я села рядом с ней. — У меня есть отличная новость, но достаточно странная.— выдохнула я свое волнение. Ребята смотрели на меня изучающим и выжидающим взглядом. — Я достала пропуск.— сказала я тихо и показала на форму в которой он лежал. — Как ты это сделала?— спросил меня Джош. — Ко мне подошла Тереза и отдала мне его, но знаете, что самое интересное?— Ммм? — Она сказала, чтоб я позвонила отцу, но откуда она могла узнать об этом? Кто нибудь из вас ничего об этом не знает? — Нет... нет, честно,— ответили мне ребята задумчиво.— Ты не думаешь, что нас могли подслушать? Или кто то услышал наш разговор и передал ей? Я даже не знаю.— сказала Лили. Все мы задумались над этим. Нужно будет спросить у Терезы, как встретимся в следующий раз, как она узнала об этом.

***

Вечером людей было недостаточно много, поэтому мы могли спокойно поговорить. Мы сели в круг, чтоб не сильно было слышно всем остальным, а если за нами следят, то просто не говорить, что то про П.О.Р.О.З.

— Ребята, у меня есть идея,— улыбнулся Макс почесывая руки.— Давайте сыграем в бутылочку, но не обычную. — Боже Макс!— воскликнула Лили.— тебе только одно... — Да нет же, я сказал, что она не обычная.— Ладно, говори уже...— вздохнула Лили.— Давайте так, мы будем крутить бутылочку и тот, на ком она остановится, то будет рассказывать свою трагическую историю,— улыбнувшись сказал он.— мы сможем узнать друг о друге гораздо больше. — Я не уверенна... не уверена, что хочу говорить об этом.— Вздохнула Лили. — Я не хочу рассказывать.— сказал твердо Эрик. — Вы скучные.— закатил глаза Макс. — Макс, просто некоторым людям тяжело вспоминать, что то из прошлого, а особенно из такого страшного.— я понимаю почему ребята отказываются, принуждать и осуждать их за это нельзя. — Давайте сыграем, а я начну первый.— Ладно... сыграем.— ответила Лили.

Мы сели в круг и игра началась. — Меня зовут Макс, мне шестнадцать лет. Я из Аризоны. Нападение началось ночью. Мои родители уехали по семейным делам в другой город и я решил устроить вечеринку. Ко мне пришло много народу. Мы пили, танцевали, играли и много чего было. Я со своей девушкой Джессикой поднялись на второй этаж в мою комнату... и позже мы услышали крики людей, что находились внизу. Я пошел посмотреть и когда выглянул с комнаты, то увидел людей, но они не выглядели живыми. Разлагающийся труп вот, что это было. Потом я вернулся быстро в комнату и запер её на замок, чтобы в комнату не зашли. Потом я открыл окно, посмотрел есть ли с моей стороны эти твари. Я спустил Джессику на крышу дома и вылез сам, а от туда мы уже побежали в полицию, но там творилось тоже самое. А сейчас я здесь.— выдохнув посмотрел на всех нас Макс. — Стоп... что случилось с Джессикой?— спросил Эрик. — Эм, она... она умерла. Я не смог её защитить. — Мне очень жаль.— сказала Лили и в этот момент наступило молчание. — Так, ладно. Я кручу.

Бутылочка раскрутилась. Все смотрели на нее завороженно, в ожидании на кого же она выпадет. Эрик. Бутылочка выпала на Эрика.

— Обязательно говорить свое имя? Вообще обязательно говорить? Можно просто послушать? — Эрик, так будет не честно, если ты не расскажешь. — Эх... ладно,— он на время замолчал. На его лице перемешивалось море эмоций. Боль, печаль, злость, ненависть, даже ярость. Я хотела уже остановить его, но он начал говорить.— Меня зовут Эрик. Мне восемнадцать. Я из Иллинойса. Мой папа был сержантом. Его отправили в командировку на юг, но он там умер. Мне тогда было шесть лет. Мама работала медсестрой. В то нападение она ушла на ночное дежурство в больницу, но она так и не вернулась. Об этом расскажу позже. Ещё у меня была... у меня была сестра. Ей было четыре года. Во время нападения я был в школе вместе с Джошем. Тогда был урок. Химия. Окна были открыты и мы услышали крики возле главных дверей школы. Все начали смотреть в окна, но ничего не увидели, тогда учитель вышел в коридор и потом она так и не вернулась, потом я плохо помню. Мы с Джошем побежали до больницы, а там никого, ну то есть живого. В больнице есть газовые баллоны и скорее всего они взорвались и больница горела. Потом мы побежали в детский сад за моей сестрой и... — он замолчал, погрузившись в себя. — Эй, Эрик, ты можешь не говорить если не хочешь.— сказала я.— Нет, я расскажу. Её звали Луиза, я её звал Лу. Она была маленькая, голубоглазая девочка со светлыми, кудрявыми волосами. Когда мы с Джошем прибежали туда, то я увидел, как на нее набежала эта тварь и начала её... а потом Джош оттащил меня и мы побежали за помощью. Забрали его сестрёнку и убежали. — Это ужасно видеть, как это было и ужасно потерять близких.— тогда бутылочка уже не имела смысла. Мы просто стали рассказывать друг другу все то, что случилось с нами из-за этой Вспышки.

У всех трагичная история. Каждый человек пострадал от Вспышки. У Эрика печальная история, как и у Макса, Джоша и Лили, чьи истории трагичны во всех смыслах.

— Меня зовут Лили Маршал. Мне семнадцать лет. Моему брату Клею пятнадцать. Папа ушёл от нас, когда мне было семь. Клею тогда было пять. Я не общалась с отцом, да и он особо не желал этого. Он просто нашёл новую семью и на этом все. Я не знаю жив ли он или нет. Моя мама учитель в младшей школы, была. Когда на школу напали, она пыталась защитить детей от них, но у неё не получилось спасти всех. Я смогла с Клеем убежать от туда. Вообщем каждый потерял близких в тот день. Как то так. — Знаешь, ты права. Здесь каждый потерял кого-то и это на каждом оставило свой собственный след.— сказал Джош. — А какая у тебя история?— спросила его Лили и тогда уже я смотрела на него. Ведь он никогда не рассказывал о себе ничего. — Я... меня зовут Джош Дэвис. Мне восемнадцать лет. Когда мне было тринадцать я узнал, что меня усыновили. Я перестал хорошо относиться к своим родителям. Устраивал тусовки, уходил ночью. Подростковый возраст и все такое. Какое-то время я перестал говорить слова люблю, что они родители, мама, отец. Потом я понял, что все это время они воспитывали меня, любили. Я извинился перед ними, а они сказали, что все понимают. Через год родилась сестренка. Во время заражения ей было пять. Она очень любила рисовать и собирать всякие камешки. Из-за этого я водил её каждые выходные на пляж. Она так радовалась этому и я был счастлив смотреть, как она улыбается и смеется бегая по песку. Никогда не забуду её такой. Счастливый ребёнок собирающий камешки. — Это он? То, что ты постоянно прячешь в кармане. Это её камешек?— спросила я тихим голосом. — Да, Топаз.— Как её звали? — Оливия, Оли.— сказал Эрик. — Очень красивое имя.— сказала Лили смотрев в пол. — Во время Вспышки мы убежали. Эрик, Оли и я. Пристроились к группе выживших и шли вместе с ними. Они тоже отправлялись в Вашингтон. Как то ночью, мы остановились в коттедже. Мы тогда так обрадовались, потому, что спать в палатках не очень комфортно. Там было все. Вода, кровати, замороженная еда. Ночью, когда все спали, они залезли в дом. Я дурак, ушел на задний двор, а когда услышал крики, то быстро полез в окно через крышу. Но было уже поздно. Я и Эрик смогли выбраться. Потом мы нашли другую группу выживших и так добрались до сюда. Теперь твоя очередь Маргарет.— после минутного молчания сказал он.— Мне не чего рассказывать. — У тебя что нибудь случалось?— спросил меня Макс. — Ты имеешь ввиду смерти? — Да.— Да, случалось. — Расскажи об этом. Ведь тебе не обязательно рассказывать про Вспышку. — Меня зовут Маргарет Браун. Мне шестнадцать лет. Пять лет назад моя мама заболела раком. Все мы были в шоке. Она была самая сильная, умная, добрая, мудрая женщина, она была моей матерью и остается ею. Когда она заболела мир порушился внутри меня, но в глубине души я была абсолютно уверена, что с нами обязательно произойдет чудо. Я верила, что мама выздоровеет. Как то ей стало лучше. Она хорошо ела и была бодра. Не могу этого объяснить. Это чувство было подобно лучу света, который бьет через темное, грязное облако. Маленький огонек надежды среди неутешительных фактов. Ты находишь его внутри себя и думаешь: "Все ведь может быть по-другому". Но этого не произошло. Моему братику тогда было год. Отец не слишком заботился о нас. Он военный. Всегда серьёзный, не веселый человек. Возможно, так повлияла на него война в Афганистане. Он никогда не показывал свою любовь, а после того, как умерла мама, мы начали ссориться с ним чаще, по пустякам. Он много работает— это вы знаете сами. Как я уже говорила, у меня есть братик, которому шесть. Его зовут Стив. Он очень активный, добрый и веселый ребенок. Я не представляю жизни без него. Просто я панически боюсь его потерять. Он единственный лучик счастья который остался у меня. Я пытаюсь защитить его, чтобы он не видел ничего плохого в этом мире, но не сильно получается,— я усмехнулась такой ситуации. Как вообще можно защитить ребенка от людей и этих тварей, что за стеной.— Из-за этого я оказалась здесь, чтобы защитить его, но...— остальное я не договариваю. Ребята меня поняли. Здесь нельзя говорить о П.О.Р.О.З. — Это ужасно. Мне очень жаль, что со всеми случилось столько плохого. Мы, можно сказать еще дети, но столько всего произошло, что от детей и ничего не осталось. Теперь мы должны защитить близких и себя от всего.— сказала Лили. — Ладно, все поделились историей своей трагичной судьбы, а теперь ложимся. Свет скоро отключат, а ещё у нас завтра большие планы.— сказала я и мы все легли по своим местам в ожидании темноты. У каждого человека есть своя история. У всех есть причина, почему они именно такие, какие они есть. Они именно такие не потому, что им так хочется. Кое-что в прошлом создало их, и иногда это невозможно исправить.

Остается лишь только лежать и переосмысливать все сказанное ребятами сегодня. Они делают тоже самое. Свет выключается, когда по коридору проходит Хейз.