30. Конец Страданиями Куколки

Аэро.

Четыре ебаных месяца. Четыре. Тупоголовые ублюдки не могли найти Тима и мою куколку. Четыре месяца я ждал, искал, ломал голову, а они всё не могли понять, где они прячутся. Это было невыносимо.

Эта мразь осмелилась так поступить — украсть то, что принадлежит мне. Прямо у меня из-под носа. Я не мог просто так это оставить. Я убью его. И не просто убью — я сделаю так, чтобы он пожалел о каждом дне, что осмелился встать у меня на пути.

Сейчас мы уже здесь. Мои люди тихо и быстро убивают его людей. Каждый выстрел — это шаг к моей мести.

— Энцо, будь в доме с нашими, убивайте этих пидорасов, чтобы ни одного не осталось. Ник, ты будь на втором этаже, жди моего приказа. Я на террасу, он там, — сказал я ребятам в наушник, голос мой был холоден и твёрд.

Они в один голос ответили: «Понял», и я пошёл наверх. Поднявшись, мои кулаки сжались до боли, и я издал тихое рычание, когда увидел то, что происходило передо мной. Ебаный рот, я сотру его в порошок.

Он держал её за талию и тянул к лестнице, а внизу стояла машина. Лина сопротивлялась, говорила, что не пойдёт с ним. Но Тим был сильнее. Моя куколка совсем исхудала, выглядела как тень самой себя. Это надо исправить.

— Убери руки от того, что принадлежит мне, — рычу я, чувствуя, как челюсть сжимается до предела.

Моя девочка резко обернулась, услышав мой голос.

— Аэро… — прошептала она, и по её щеке скатилась слеза.

Моё тело рвалось броситься к ней, обнять, поцеловать, сделать всё, чтобы почувствовать её рядом. Но не сейчас. Не здесь.

— Она тебе больше не принадлежит, — сказал Тим серьёзным голосом, но я слышал дрожь в его словах.

— Ты смеешь говорить это мне? — усмехнулся я. — Я сказал — отпусти моё.

В этот момент куколка воспользовалась моментом и резко оттолкнула его, рванув ко мне. В воздухе раздался резкий выстрел, и тут же послышался всхлип. Я сделал пару быстрых шагов вперёд и поймал Лину на руки. Он выстрелил ей в плечо — чёртов сукин сын.

— Ты хуево стреляешь, Тим. Ты ничему не научился, — прорычал я.

Я аккуратно посадил Лину на пол, встал перед ней, словно щитом, и вытащил из пояса пистолет. Зарядил, палец лёг на курок.

— Ник, поднимайся, забирай Лину. Бегом! — прорычал я в наушник.

— Я хорошо стреляю, только мне не приходилось убивать девушек, в отличие от тебя, — сказал Тим, пытаясь сохранить лицо. Ложь.

— Лгун из тебя никакой. Ты забыл, кто реально убил девушку? Причём свою. Ты думаешь, я не знаю? — рявкнул я, и в голосе моём звучала ярость.

Тим растерялся, и воздух порезал второй выстрел — уже от меня, в его ногу. Он рухнул на колени, сжимая раненую ногу.

— Босс, мне уезжать вместе с Линой? — раздался голос Ника за моей спиной.

— Посади её в машину, отъедь за угол, обработай рану и будь с ней, — отдал я приказ, не отводя взгляда от Тима, и пошёл к нему.

Схватил его за волосы, заставляя смотреть мне в глаза.

— Ты сдохнешь, Тим, — прорычал я, чувствуя, как в груди поднимается волна ненависти.

— Это мы ещё посмотрим… — шепчет он, но резкая боль в бедре и боку заставляет  меня опустить взгляд.

Боже, он серьёзно? Ударил ножом в бедро и бок. Я перевожу взгляд на него.

— Идиот, ты серьёзно? Я не умру от этого. Хотя, если буду валяться тут и не остановлю кровь — умру. Но я не планировал умирать сегодня, — усмехнулся я, чувствуя, как адреналин бьёт через край.

Он попытался замахнуться на меня снова, но я ударил его по руке, и нож отлетел в сторону.

— Приветик, Тим, — холодно сказал я, и резкий выстрел в лоб положил конец его жизни. — Пока Тим.

Тело безжизненно рухнуло назад, и тишина заполнила пространство, нарушаемая лишь учащённым дыханием и звуками, доносящимися из машины. Я опустил пистолет, но пальцы всё ещё дрожали от напряжения и злости. Кровь медленно стекала по моей руке, которую я прикладывал к ранам, пытаясь хоть как-то остановить поток.

Спускаясь вниз, я видел, как Ник осторожно открыл дверь машины и помог Лине залезть. Он все обработал, молодец. Она держалась из последних сил, но взгляд её был полон решимости. Я подошёл к ним, постучал по стеклу, чтобы Ник вышел, и увидел, как он внимательно смотрит на меня, готовый к любому моему приказу.

— Всё хорошо? — спросил он, заметив мою рану.

— Да, — кивнул я, — как Лина?

— С ней всё в порядке, — ответил Ник. — Дать тебе бинт босс?

Я кивнул. Ник дал бинт я осторожно все забинтовал. Приедем домой и там все решим. Я сел в машину и Лина сразу прижалась ко мне, дрожа и тихо всхлипывая. Я осторожно обнял её, чувствуя, как её тело слабеет, но дух остаётся крепким.

— Эй, куколка, — прошептал я, — всё позади. Я рядом. Мы уедем отсюда, и больше никто не причинит тебе боль.

Она подняла голову, глаза блестели от слёз, но в них уже была надежда.

— Поехали в аэропорт, домой, — сказал я, и Ник завёл мотор.

Машина тронулась, и в этот момент Лина тихо произнесла:

— Я… я беременна… от тебя.

Я замер. Сердце застучало быстрее, мысли метались. Как? Когда? Почему я не заметил?

— Как давно ты узнала? Какой срок? — спросил я.

— Я узнала, когда мы были у врача, — ответила она, — тогда я сказала тебе, что просто что-то не то съела… Уже четвёртый месяц. Я хотела рассказать тебе вечером, когда мы вернёмся с мероприятия, но… но он…

Слёзы снова потекли по её щекам, и я крепче прижал её к себе.

— Всё будет хорошо, — прошептал я, — ты со мной. Я забрал тебя, и теперь никто не сможет тебя тронуть.

Она подняла подбородок, и я наклонился, чтобы поцеловать её в губы. Этот поцелуй был обещанием — обещанием защиты, любви и новой жизни, которая начиналась прямо сейчас, несмотря ни на что.

Шесть лет спустя.

— Эй, Аделина, где наш папа? — спросила я у дочки.

Девочке только шесть лет но она уже стала — умной, красивой и такой же сильной, как её мать. Аэро постоянно именно так и говорит. Её глаза светятся радостью и беззаботностью, а улыбка могла растопить любое сердце.

— Вон папа, — сказала она, указывая пальцем на штору в гостиной.

Аэро вышел из-за шторы, улыбаясь, и подошёл к нам. Он взял на руки сначала дочь, потом меня.

— Две мои девочки, — сказал он, глядя на нас с такой любовью, что слова казались лишними. — Я вас очень люблю.

Я улыбнулась, прижалась к нему, а Аделина засмеялась, обнимая нас обоих.

— И мы тебя, — ответила я, и в этот момент я поняла, что все испытания, все боли и страхи были не зря. Мы — семья. Мы вместе. И теперь ничто не сможет нас разлучить.

В этот день, как и каждый следующий, я была благодарна судьбе за то, что Аэро и наша дочь рядом.

Мы смотрели друг на друга, и в наших глазах горел огонь, который никто и никогда не сможет погасить. Это был огонь нашей семьи — крепкой, непобедимой и вечной.

Конец.

______________________________________

Вот и все ребят. Спасибо всем, кто был вместе со мной и вместе с героями пока писалась книга. Люблю вас всех. Надеюсь, моя следующая книга которая скорее всего будет в апреле , тоже так вам понравится.