помешательство

К обеду следующего дня Глеб трезвонил мне в дверь, будто я через секунду должна была подбежать. Я открыла дверь и зло посмотрела на него. – Не умеешь ждать? - рявкнув на него сказала я, завязывая волосы в тугой хвост. – Почему ты еще не собрана, Арина? - возмутился парень, и прошел в квартиру, осматривая её. – Откуда ты узнал номер моей квартиры? - вопросом на вопрос ответила я. Глеб плюхнулся на диван. – Это не самая сложная задача, - он улыбнулся оголяя зубы. Я закатила глаза и пошла в спальню переодеваться.

Начало апреля радовало теплой погодой, ярким солнцем и не плохим настроением. Глеб выехал из периметра города, в окне мелькали многочисленные леса. – Куда мы едем? – Погода сегодня классная, правда? - улыбаясь спросил парень. Я промолчала. – Кстати, в твоей медицинской практике были летальные исходы? – Один раз. Случай с арматурой, - вздохнула я, жалея что ничего не смогла сделать для этой молодой девушки. Через пол часа мы оказались около какого-то водоема. Я вышла из машины, подойдя к берегу и попробовав воду ладонью. – Купаться конечно рановато. Хотя закаленным самый раз, - сказала я, пройдя обратно к машине, – И зачем мы сюда приехали? Глеб открыл багажник автомобиля, достав оттуда нарезку колбасы, сыра, какие-то напитки. – Как на счет пикника? Погода располагает, - он прошел к самодельному старому деревянному столу и поставил на него продукты. Я подошла следом и стала распаковывать овощи.Мы сидели друг напротив друга, солнце ласково пропекало голову. Глеб увлечено рассказывал про то, что крайнее свое день рождение не помнит совсем, такой замечательный выдался праздник. Вдруг, где-то со стороны водоема я услышала громкий детский крик. Я испуганно посмотрела на Глеба, тот на меня. Я быстро вылезла из-за стола и подбежала к берегу: посреди водоема бурыхтался мальчик и громко кричал «Помогите!»– Глеб! Глеб, там ребенок! - кричала я, не зная что делать. В какой-то момент воспоминания большим потоком пронеслись перед глазами, в ушах зазвенело, а в глазах резко потемнело. Я села на землю сильно рыдая. Ноги будто отнялись, я никак не могла на них встать. Сзади подошел Глеб. – Давай, Арина, вставай! Ну же! Помоги ему, он утонет! Вставай же! Или хочешь остаться виноватой в его смерти, а? - кричал он мне в спину, а я не могла придти в себя. Я с трудом взяв себя в руки, скинула обувь и кожаную куртку в сторону. Быстрым бегом я вбежала в воду, не чувствуя холода. Был лишь ужасный страх...я как можно быстрее доплыла до мальчика и схватив его за тело, потянула за собой к берегу. Когда мои руки коснулись земли, я легла на мокрый песок не переставая плакать. Мальчик встал на ноги и я увидела на ногах специальное приспособление, которое не дало бы ему утонуть. Мальчик с улыбкой посмотрел на меня и убежал куда-то в сторону. Поняв, что Глеб меня обманул, я встала и со всей силы ударила его по лицу. Парень вздохнув, вновь повернул голову в мою сторону и подойдя ко мне крепко обнял. Я пыталась освободится, но он так крепко меня держал, что я физически чувствовала боль. Когда силы в секунду меня покинули, я скатилась в руках Глеба на землю, а он вместе со мной. Я рыдала ему в кофту, крича о том, что я не виновата! Не виновата...

Прошел час, прежде чем я смогла успокоится. Я сидела облокотившись о дверь машины. Глеб аккуратно подошел и сел рядом со мной, протягивая мне бутылку с водой. Я сделала пару глотков, смотря на спокойное течение водоема. – То, что случилось с тобой и твоим братом в детстве - это не твоя вина, Арин. Это вина родителей, которые отпустили двух маленьких детей на речку и не проследили за их досугом. Это вина родителей, которые не рассказали своим детям, о мерах безопасности на водоемах, - спокойно говорил Глеб, смотря на меня, – Когда я узнал, что мой лечащий врач молодая девушка - удивился, потому-что обычно в таком возрасте сложно попасть на хорошую должность и вести серьезные операции в престижной больнице. Здесь либо связи, либо какое-то необычайное стремление стать врачом. Потом, когда мне рассказали, как ты вытянула меня с того света, не доверившись коллеге - я сам себе задал вопрос «Неужели она настолько сильно любит своё дело?». На комиссии убедился в том, что в целом, профессия врача тебя устраивает, но это не то, чем тебе действительно хотелось бы заниматься всю жизнь.Я молча слушала Глеба устремляя взгляд далеко в горизонт. – Всё дело в том, Арин, что ты всю жизнь пытаешься спасти своего погибшего брата ценой жизни других людей. Та вина за смерть брата, которая гложет тебя с самого детства, постоянно заставляет реабилитироваться в глазах погибшего мальчика. Я уверен, что если б не трагедия, ты бы стала замечательной художницей или актрисой, но ты ушла в медицину - потому-что в твоей голове - ты убийца, и тебе нужно спасти как можно больше жизней, чтобы заглушить ту боль, что сидит в сердце. Но с каждым пациентом легче не становится правда? Я молча со слезами на глазах взглянула на него. – Ты даже перенесла это на свою личную жизнь. Ты выбрала себе в партнеры человека, который каждый день убивает себя и которого срочно нужно спасти. И ты сделала это, и потеряла к нему какой- либо интерес. Сегодня, Арин, ты спасла мальчика. Сегодня ты перестала быть испуганным ребенком и откинула этот груз, что мешал тебе жить счастливо.

Договорив Глеб встал и сел в машину. Через пару минут, я села к нему. – Ты прав, - согласилась я, смахивая с щек слезы. – Я знаю, Арин, - Глеб достал сигарету и прикурил, выдохнув глубок дыма в салон. А потом он приблизился ко мне и прижал меня к себе, поглаживая по голове. Когда я подняла свой взгляд, он ласково смотрел на меня, и его карие глаза переливались от совсем темного к более светлому. Не знаю, в чем причина моего отключившегося разума в тот момент: может это пережитый стресс, или ужасная усталость, но я машинально приблизилась к парню и коснулась его губ. Тот, одной рукой держал сигарету, а другой положил ладонь на мою мокрую щеку, слегка её поглаживая. Он не прикрывал поцелуй, и не отстранялся от меня, от чего мозг совсем перестал работать. Не переставая целовать парня, я перелезла к нему и села на его колени. Руль упирался мне в спину, но в этот момент мне не мешало ничего. Глеб одной свободной рукой сжал мою талию, а потом прервав поцелуй, сделал большую затяжку, выдохнув дым мне в губы. Когда окурок улетел в окно, он двумя руками принялся трогать моё тело и целовать мою шею. Всё происходило так быстро, дико и резко, что я не успевала осознавать происходящее. Всё происходило как в каком тумане, будто я под гипнозом или наркозом. Целуя меня, Глеб наклонился к автомобильному бардачку и достал фольгированную упаковку. Я быстро приспустила его и свои джинсы до колен, а он открыв зубами упаковку, надел на себя презерватив и отодвинув моё нижнее белье в сторону медленно вошел. Я не думала ни о чем: ни о том, что кто-то мог нас увидеть, ни о том, что он женат. Казалось, что я сплю. Я стара активно двигаться на Глебе, а он яростно целовал мою шею, оставляя красные следы на ней. Запустив пальцы в его кудрявые волосы, я сжала их в кулак и оттянута так, чтоб он смотрел на меня. Выдыхая горячий воздух ему в губы, каждый толчок приближал меня к невероятному удовлетворению.

Обратный путь проходил в полнейшей тишине. Ни он, ни я не издали ни звука за всю дорогу. Когда мы подъехали к моему дому, я попыталась проглотить образовавшийся ком в горле, но ничего не получилось. Глеб держал руки на руле и не оборачивался в мою сторону. – Глеб, я...это... - я пыталась подобрать нужные слова, но язык будто начал заплетаться. – Мы обсудим то что произошло, Арин, - перебил меня Глеб, – Но позже. Иди домой, отдыхай.

Я молча вышла из машины и поднялась к себе в квартиру. Как только за мной закрылась дверь, я спустилась по спине на пол и закрыла лицо руками.