Глава 9. Ветер перемен - предвестник бури

В лаборатории было тихо, не считая мерного жужжания аппаратов и анализаторов. Услышав, что кто-то вошел, Талисса оторвала взгляд от экрана компьютера и с удивлением посмотрела на Элларию.— Какими судьбами? — спросила девушка, и склонила голову к журналу, делая в нем какие-то пометки.— Женевьева мне все рассказала, — взволнованно ответила Лара, пытаясь успокоить бешеное сердце.— Вот как... — хмыкнула Талисса, поднимая глаза. — И что? Прислала тебя, чтобы убедить меня дать им еще денег на бессмысленную кампанию?— Да, — кивнула девушка, но тут же исправила себя, — то есть нет. Точнее да, она отправила меня, чтобы я попыталась тебя переубедить, но я не собираюсь.

Талисса удивленно приподняла бровь, внимательно разглядывая Элларию.— И зачем же ты тогда пришла?— Чтобы помочь.

Повисла минутная пауза, Талисса внимательно и с огромным удивлением смотрела Ларе в глаза, пытаясь разгадать ее мотивы, но в конечном счете кивнула и ответила:— Нам понадобится твой костный мозг. Прямо сейчас скажу, чтоб тебя подготовили к операции.— Талисса, это правда? — не выдержала Лара, задавая вопрос, который мучил ее изнутри.— Что именно?— Что вы сможете отключить эти гены?

Талисса поджала губы и с ноткой сожаления снова посмотрела на Элларию, наконец поняв, почему она так рьяно помогает этерналистам. Они были знакомы достаточно хорошо, но Талисса никогда не спрашивала у нее, зачем Лара так много отдает «Проекту Этерна», а теперь ей захотелось дать девушке надежду, но она совсем не отела ее обманывать.— Пока сложно сказать. Мы стараемся, но нам нужно время. Благодаря Пуджу мы значительно продвинулись вперед, но кто знает, какие трудности еще нас ждут.

У Лары снова защипало в глазах, но на этот раз ей хотелось разрыдаться от банального переизбытка чувств: в ней смешался страх, что ничего не получится, и надежда, которой ей так не хватало в последнее время.

Ее увели в операционную и подготовили для забора костного мозга. Через полчаса пришла Талисса в хирургическом костюме и одобряюще улыбнулась Ларе.

— Ты знаешь процедуру, — сказала она. — Сейчас мы дадим тебе легкий наркоз, сделаем надрез с внешней стороны бедра...— Я знаю, знаю, — кивнула Лара. — Начинайте.

К ее лицу поднесли маску, разум затуманился, а когда она проснулась — рядом сидел Анмир и гладил ее по руке.— Рад видеть тебя снова, — улыбнулся мужчина. — Как ты себя чувствуешь?— Хорошо, — тускло ответила девушка, пытаясь понять свои ощущения. — Ничего нового, бедро немного ноет.

— Ну тебе не привыкать, ты знаешь, что это нормально, — сказала вошедшая Талисса, неся в руках тонометр. — Я сейчас измерю тебе давление, и если все будет хорошо, нам нужно будет еще немного твоей крови.— Это разве не опасно? — спросил Анмир, уступая место Талиссе и давая ей сесть рядом с Ларой.— Он разве не знает? — удивилась ученая, застегивая манжету на плече у Лары.— Знает, — сдерживая улыбку, ответила Лара. — Просто переживает.

— Это очень мило, — вздохнула Талисса. — Но давление низковатое, лучше проведем забор крови завтра...— Нет! — испуганно перебила ее Лара. — Давайте сейчас. Ничего страшного со мной не случится, возьмите столько, сколько вам нужно.

Талисса с сомнением покачала головой, глядя на бледную, ослабленную девушку, но спорить не стала. Через десять минут какой-то молодой парень воткнул Ларе в вену иголку и подключил аппарат для забора крови.

— Мы возьмем немного, около двухсот миллилитров, — сказал он. — Талисса запретила брать больше, так что это дело пяти минут.

Когда все закончилось, наконец вернулась Талисса.— Я могу вернуться в комнату? — тихо спросила Лара, поглаживая Анмира по руке.— Я бы хотела настоять на том, чтобы какое-то время ты пробыла здесь, но не стану, — с улыбкой ответила ученая. — Если что — обращайся.— Может, тебе лучше остаться здесь? Ты... Ну прям очень бледная, — обеспокоенно заметил Анмир, а Лара в ответ улыбнулась и покачала головой. Движение вызвало у нее легкое головокружение.

Мужчина помог ей подняться, и Ларе пришлось несколько секунд посидеть на кровати, чтобы прийти в себя. Когда мир вокруг нее перестал качаться, кружиться и шататься, девушка, придерживаясь за плечо Анмира, встала, и они вместе пошли в комнату, где она почти сразу без сил рухнула на кровати, которые Анмир успел сдвинуть.

— Подумал, что так будет удобнее, — улыбнулся он, протягивая ей кофту и одеяло.— Спасибо, — ответила она, натягивая кофту. — Так действительно намного больше места.

Он укутал ее покрепче, хорошо прикрыл ноги и пристроился рядом, обнимая ее за плечи и поглаживая по голове. Лару мелко потряхивало от озноба и жуткой усталости, которая свинцом разливалась по телу; голова после наркоза и забора крови все еще была слегка мутной и очень тяжелой, а живот тянуло от голода, но сил, чтобы поесть, она бы в себе все равно не нашла.

— Расскажешь еще что-нибудь? — спросил Анмир, нежно перебирая ее волосы в руках.— Например? — устало и сонно спросила Лара.— А ты разве не ведешь дневники? Я помню, мы в детстве с родителями смотрели какой-то сериал про бессмертных вампиров, и один из них имел целую коллекцию дневников, в которых описывал свою жизнь. Ну, чтоб не забыть.— Нет, — хохотнула Лара. — Это все сказки. Не знаю ни одного бессмертного, который вел бы дневники. Я предпочитаю жить моментом, наслаждаться каждой секундой. Никогда не знаешь, что отложится у тебя в голове и останется в ней спустя несколько сотен лет.

Анмир открыл рот, чтобы сказать: «надеюсь, меня ты не забудешь», но в последний момент остановил сам себя, решив, что это может ее расстроить. Расстраивать Лару он хотел меньше всего, поэтому решил перевести тему.

— А как вы познакомились с Леоном? У вас такие близкие и теплые отношения, — спросил он, на этот раз не боясь услышать очередную грустную историю о любви. Почему-то Леон внушал Анмиру доверие, да и взаимоотношения Лары и Леона были скорее искренне-дружескими.— Ой... — вздохнула Лара, едва сдерживая смех. — Поверь, лучше тебе не знать.— Почему это? Я хотел бы знать о тебе все, — он поцеловал ее в лоб, заинтригованный ещё больше ее словами.— Ты очень расстроишься, — улыбнулась она.— Я обещаю не расстраиваться, — заверил ее он. — Рассказывай давай.— Леон мой правнук, — хохотнув, сказала Лара.— Что? — от удивления Анмир подскочил на месте и заглянул ей в глаза. — Ты не шутишь сейчас?— Нет, — покачала головой она. — У них целая династия военных. Когда началась Первая война, прадед Леона помог мне. Он забрал у меня дочь и увез ее в безопасное место, вырастил как родную, а она в итоге вышла замуж за его сына. Очень запутанная история, — улыбнулась девушка.

— Сивия рассказала мне о твоем прошлом, — сказал он. — Мне очень жаль. Я... Тоже когда-то потерял сына.

Он никогда не рассказывал эту историю Ларе, да она никогда и не лезла ему в душу, поэтому сейчас притихла, затаив дыхание.

— Я был женат, — начал он. — И мы с женой очень хотели малыша, но мы были молоды и не понимали, что не готовы. Когда он родился, все оказалось намного сложнее: мне пришлось больше работать, чтоб содержать семью, я почти не появлялся дома и слишком поздно заметил, что у Эдны начались трудности. Она не справлялась с ребенком, много плакала, выглядела постоянно уставшей. Я нашел ей врача, и ей прописали препараты от депрессии, сказали, после родов у женщин такое бывает.

Он тяжело вздохнул и сделал небольшую паузу. Лара не видела его лица, но по его голосу слышала, что ему очень трудно об этом вспоминать. Он перевел дыхание и продолжил:

— Тогда все стало налаживаться. Таблетки хорошо помогли Эдне, да и сынок подрос, стало немного полегче, я стал чаще бывать дома. Ничего не предвещало беды, пока однажды мне не позвонила мать Эдны и не сказала, что Бомак утонул в бассейне.— Какой кошмар...— Эдна выпила очередную дозу антидепрессантов и не усмотрела за ним, — голос Анмира задрожал. Он хотел сказать что-то еще, но не смог: настолько ему было больно. Лара выползла из одеяла и увидела, что он стыдливо прячет слезы. Девушка обняла его, пытаясь сдержать свои собственные.

— А год назад я не выдержал и развелся с женой. После смерти Бомака она еще больше углубилась в депрессию. Я честно пытался ее поддержать, но она каждый день на протяжении двух лет только и говорила мне о том, что это ее вина, постоянно плакала... А мне было больно.— Я тебя понимаю, — кивнула Лара. Ей очень хотелось подобрать ещё хоть какие-нибудь слова поддержки, сказать, что она не осуждает его, что он правильно поступил. «Да, плохие события случаются, но не стоит на них зацикливаться, нужно двигаться дальше», — хотелось сказать ей.

Но Анмир покачал головой, всем своим видом показывая, что хочет закрыть эту тему, и Лара не стала ничего говорить, только свернулась в клубочек и прижалась к его груди, жалея о том, что не может забрать его боль себе. Внутри все сжалось в тугой комок, и от переживаний и переизбытка эмоций у нее снова закружилась голова.

Девушка попыталась сосредоточиться на своем теле, но даже с закрытыми глазами она чувствовала, будто мир вокруг нее шатается и качается из стороны в сторону. Лара болезненно вздохнула.

— С тобой все в порядке? — тихо спросил Анмир, легко касаясь ее плеча.— Голова кружится, — тихо выдавила она.— Может, принести тебе что-нибудь? Воды или...— Виски, — перебила его Лара.— Виски? — с сомнением спросил Анмир.— Виски, — ещё раз повторила девушка. — Мне нужно немного поднять давление.

Анмир спустился в клуб, где в этот раз оказалось гораздо больше и людей, и шума. Согласно календарю в локаторе сегодня была суббота, и Анмир понял, что выходных не бывает только у механиков.

По всему клубу мелькали световые лучи, музыка была повсюду, и она была такой громкой, что ее, казалось, можно пощупать. Басы долбили со всех сторон, ударяя прямо в нутро мужчины и заставляя его сердце биться в такт музыке.

На танцполе дергалась немаленькая кучка людей, и все они были похожи на рагнарийцев. Анмир протиснулся сквозь них, впитывая запах пота и сладкого дыма, и опустился на свободный стул у бара.

За стойкой на этот раз оказался другой человек: молодой худенький парнишка с жидкими усиками и бесцветными глазами.

— Мне виски, — сказал механик. — С собой.

Бармен молча кивнул и потянулся к бару, как вдруг за спиной у Анмира, весело хохоча, появилась Белла и обняла его за плечи.

— Кто у нас тут такой безобразник? — широко улыбнулась она, сверкая пьяными глазами. — Отдыхаем после тяжелой недели?— Вроде того, — буркнул он. — Это для Лары.— Вот оно как, — прищурила глаза девушка, садясь на стул рядом с ним. — А почему она сама не пришла?— Устала, — неопределенно ответил Анмир, не уверенный в том, что сестре Лары нужно знать правду.

Белла прищурилась, внимательно вглядываясь в его лицо и заставляя смущено прятать взгляд.

— Она опять тусовалась в лаборатории?

Анмир промолчал, и это молчание стало ответом на ее вопрос. Белла чертыхнулась и тоже попросила себе виски. Она говорила медленно, с трудом выговаривая слова от опьянения, и периодически смахивала с лица налипшие мокрые пряди.

— Хоть убей меня, не понимаю я сестру, — вздохнула девушка. — Вот что им от нее надо? Несколько десятилетий пытают, пытают, издеваются...— Она просто хочет быть нормальной, — пожал плечами Анмир после недолгого молчания.— А мы, по-твоему, не нормальные? — хищно прищурившись, спросила Белла.— Нормальные люди умирают, — ответил он.

Белла закатила глаза, допила виски, схватила его за руку и потащило прочь из бара.

— Мне нужно к Ларе, — запротестовал он, но Белла его не слушала.— Я кое-что тебе покажу. Это быстро. Идем со мной, давай булками шевели! — заплетающимся языком проговорила она.

Удивление и интерес пересилили, и Анмир пошел следом за ней, прихватив на баре полупустую бутылку виски, оставленную барменом. Она провела его в жилой блок и запихнула в свою комнату, захлопнув за собой дверь. Комната ничем не отличалась от комнаты Лары и Анмира, даже кровати были так же сдвинуты, и мужчина догадался, что Белла живет здесь с Тиграмом. Которого, к счастью, не было.

Белла плюхнулась на кровать, закрыла глаза и притихла. Решив, что она заснула, Анмир попытался улизнуть, но Белла приподнялась на локтях, цокнула языком и угрожающе покачала пальцем.

Она сползла на пол и полезла под кровать, оставив Анмира стоять в недоумении. Кряхтя, Белла вытащила из-под кровати старинный кожаный чемодан, потертый временем, и стряхнула с него слой пыли.

Она похлопала рядом с собой, приглашая Анмира сесть рядом с ней на пол. Чемодан со скрипом открылся, и мужчина увидел внутри десяток толстых тетрадей: какие-то были старые, сильно потертые временем и с пожелтевшими страницами, какие-то выглядели новее.

Белла достала одну из тетрадей и открыла ее в произвольном порядке. Анмир заглянул внутрь и увидел потертую, выцветшую фотографию: Анабелла в белой шубе весело хохочет, сжимая в пальцах сигарету. Фотография вызвала в нем смешанные чувства: восторг, трепет и тоску, и он не понимал, чем это вызвано. Фотограф явно не отличался профессионализмом: некоторые части были смазаны, рука с тонкой сигаретой между пальцами в расплылась в движении, фон не представлял собой ничего особенного, но что-то его зацепило. У фотографии была душа.

— Это две тысячи семидесятый, кажется, — сказала Белла, листая дальше тетрадь. — Мы тогда только переехали в Европу, целыми днями развлекались, гуляли, напивались...

Оказалось, все остальные листы исписаны ее крупным, размашистым почерком, иногда между страниц мелькали еще фотографии, но Анмир не успевал их разглядеть.

Белла погрузилась в воспоминания, перестав замечать мужчину, сидящего рядом. Ее глаза медленно скользили по строчкам, а эмоции на лица сменяли одна другую: то легкая улыбка, то хмурая морщина между бровей.

— Белла...— Я тебя не просто так сюда привела, — вздохнула она, наконец захлопывая тетрадь. — Я не знаю, что ты там себе напридумывал. Вы все смертные считаете нас чудовищами, но мы такие же люди, как и все.— Я не считаю вас чудовищами...— Не перебивай! — резко сказала она. — Я пьяная, и ты ещё мысль сбиваешь...— Извини, — улыбнулся Анмир, наблюдая за тем, как она хмурит брови.— Ну вот и всё. Я забыла, что хотела тебе сказать...— Мама мне всегда говорила, что если забыл — значит то, что ты хотел сказать не так уж и важно.— Это правда, — протянула Белла, наблюдая за ним из-под полуприкрытых век покрасневшими глазами.— А как вы узнали, что бессмертны? — спросил Анмир, заставив Беллу помрачнеть.— А ты как думаешь? — недовольно хмыкнула она. — Умерли. Точнее, попытались.

Анмир нахмурился, слабо понимая, о чем говорит Белла. С каждым словом ему было все труднее понимать ее: она говорила ещё медленней, чем в баре, периодически замолкала, уставив взгляд в одну точку, надувала губы и тяжело вздыхала вместо слов.

— В две тысячи пятьдесят первом попали в жуткую аварию. Ехали в гости к родителям, хотели сделать сюрприз.— Вы были вместе в этот момент?— Да, — кивнула девушка. — Я пришла в себя первой. Машина была похожа на лист бумаги, который смяли и швырнули в мусорку. У Лары были переломаны все кости, ее будто тряпичную куклу там свернуло...

Анмир поежился, представив себе эту картину.— Лара была уверена, что нам просто повезло. Поэтому я убила ее ещё раз, — пожала плечами Белла.— Ты серьезно? — удивился мужчина. — Ты была настолько уверена в том, что вы бессмертные, что решилась убить сестру?— Да, — ответила она. — Она пришла в себя уже в реанимации и не видела той аварии. Мы никак не могли в ней выжить, поэтому я решила доказать ей, что это не просто везение.

Анмир молча почесал затылок, переваривая эту информацию. Неожиданно Белла схватила его за руку и заглянула ему прямо в глаза.

— Анмир, мы ничем не отличаемся от простых людей...— Я понимаю.— Не понимаешь, — отрезала она. — Мы — нормальные. Вот, посмотри.

Она схватила чемодан, перевернула его, и всё содержимое вывалилось на пол.

— Четыреста лет моей жизни. Мы не чудовища, Анмир.— Я не считаю вас чудовищами, Белла...

Она приблизилась к нему вплотную, глядя прямо в глаза. Мужчина чувствовал кожей ее горячее дыхание и запах крепкого алкоголя. Ее пьяный взгляд сверлил Анмира, словно она пыталась глазами разобрать его на запчасти и разложить по полочкам.

— Мы влюбляемся, страдаем, смеемся, плачем...— Я понял, Белла, — мягко остановил ее Анмир. Глаза девушки наполнились слезами, и она раздраженно их вытерла.— Я очень люблю сестру, — сказала она, заплакав ещё сильнее. — И очень боюсь однажды ее потерять.— Вам это вряд ли грозит, — растерянно сказал Анмир, совершенно не представляя, как поддержать девушку.— Она постоянно помогает этим этерналистам, а они только и хотят убить ее. Они боятся нас, Анмир. И хотят от нас избавиться.

Из глаз Беллы брызнули слезы, и мужчина обнял ее, пытаясь хоть как-то поддержать. Анмир чувствовал странную неловкость от сложившейся ситуации. Воображение нарисовало картину, где в этот момент в комнату зашел Тиграм, но, к счастью, дверь была по-прежнему закрыта, а Белла достаточно быстро успокоилась и вытерла слезы.

— Береги ее, ладно? — шмыгая носом, попросила девушка, собрав все свои дневники и аккуратно сложив их обратно в чемодан. Анмир молча кивнул. Они долго смотрели друг другу в глаза: Белла пыталась понять, стоит ли доверять жизнь своей сестры этому мужчине, а он взглядом пытался убедить ее в том, что справится. Наконец, Белла крепко обняла его напоследок и отправила к сестре.

Поднявшись в свой жилой блок, Анмир неожиданно встретил Тиграма, который шел ему навстречу. Анмир готов был поклясться, что увидел его хищную ухмылку, когда они переглянулись. Мужчины разошлись, и Анмир едва заметно проводил Тиграма взглядом.

Лара не спала. Она сидела на кровати, обхватив себя за плечи, и мелко дрожала.

— Что случилось? — встревоженно спросил Анмир, поставив виски на пол. — Ты стала ещё бледнее.— Нам нужно к Вейсу, — ответила девушка. — Кажется, мне пора отправиться в небольшое путешествие.