Лунный свет

   Икшанец никогда не был плохим человеком, но его поступки никак это не подтверждали. Помощь превращается в убийство... Он и так скромен, а теперь и в отчаянии. С того момента, когда сюда попал, всячески помогал новым жителям станции. Судьба его колечил и до этого: вроде бы получил образование, но он оказался не нужен. Слишком умён был. Ни семьи, ни друзей... Только общение с детьми хоть как-то украшало его серые дни. И вот, зимой, во время очерёдного феврвльского метеля, он лёг на снежный сугроб и уснул. Его никто не искал, не подавал в розыск. Маленьким он был, незаметным. А когда наступил апрель, Икшанца нашли, но уже мёртвого. Куда похоронили - никто не знает. Знают, что он что-то писал, рисовал. Пытался обрести друзей, показать, что желает познать истинной дружбы. Но его произведения так и не были опубликованы. Всё полетело в дно Забвения.   Икшанец верил, что дядя Девы вернётся, поможет. Он верил в силу морали - ту силу, которая держит всю анархию.   Так думает и теперь, находясь в свободном плавании по пространству. Икшанец закрыл глаза и пытался уснуть. Сначала ему приснилась машина, в котором сидело чучело. Вышитое удивлённое лицо смотрело на белый мир так испуганно, что хотелось выпрыгнуть из лап сна, лишь бы не видеть этого. Он газовал, обороты увеличивались, спидометр не понимает, какая скорость. На заднем сиденьи сидел он сам. В багажнике сидит упырь. Весь озобленный, глаза сверкают, готов уже поломать кости. Кому-кому, но первому достанется Икшанцу. И резким взмахом огромного ножа разделил машину попалам. Но машина ехала даже без водителя-чучело. По инерции всё также летел. А потом ещё нож цапнул кусок багажника, и ещё, и ещё. Пока Икшанец вовсе остался один с сиденьем...   Его сон переменился. Теперь он стоял, а на него смотрел какой-то чувак с чёрным пучком волос посреди снедой головы. Незнакомец начал говорить: "Привет! А смотри, кого я сюда привёл! ". Он отошёл направо, и Мкшанец увидел, что за ним всё это время стоял упырь, улыбаясь на пол-лица. Икшанец орабел, он не знал, куда бежать. А незнакомец словно вырос и потемнело, а затем злостно захохатал. Упырь уже прыгнул и... - Математик!   Спящий проснулся и поднял глаза. Прямо на него сверкали глаза Духа, летающего над станцией. Но, очевидно, так и не смог пробраться сюда, из-за чего улетел в глубину мира. Хотя... Есть ли вообще глубина в бесконечности? Немного даже глуповато это звучит. Наверное, если есть такое выражение...   Икшанец тихо полез вниз станции. Именно там каким - то чудом оказался тот самый участок панельки, где он жил на Земле. Правда, приходится входить в квартиру через окно своей комнаты, так как осталось только это, и то, половину всего, чего было раньше. Рисунки полностью захламили стол. Икшанец не раз винил себя за неаккуратность и пытался бороться с этим, но бумаги так и не уходили со стола. Его манил тот маленький мир, придуманный лично им. Всё изображало жизнь диковенных существ в городе. Очень похожих на упырей, только тут намного приятно на них смотреть. Они здесь не шевелятся и пытаются понять других жителей. Такие добрые, такие милые... Но почему-то в жизни так бывает грустно. Кажется, всё вокруг - это вымысел чокнутого безумца, у которого отрафировано чувство логики.    А, может, так и есть?..