🐰 27 🐰

Новость о необходимости остановиться в новом общежитии не вызвала во мне недовольства. Скорее, я чувствовал себя непринуждённо, покидая квартиру Джуна. Просто для меня это было слишком комфортное, свободное и уютное пространство. Так что не имело значения, если придётся вернуться обратно в кошивон. Однако несмотря на то, что условия оказались намного лучше, чем я думал, предоставленное жилище оказалось более неудобным местом.

— Я не ожидала, что здесь кто-то останется, поэтому прибиралась в спешке... — жена босса «Алисы», с которой мы познакомились на вечеринке в честь основания компании, спросила с извиняющимся выражением на лице. — Тебя точно всё устраивает? Комната слишком тесная и прохладная. Я использовала её как склад...

Поначалу мне было неловко, поскольку я не думал, что местом, в котором меня поселят, окажется мансарда в доме босса, однако его жена, похоже, переживала даже больше, чем я.

— Дом такой большой. Не понимаю, почему он хочет, чтобы ты спал здесь. Прости. Я несколько раз говорила ему, что тебя не следует поселять здесь, но он настоял.

— Всё действительно в порядке.

Это было правдой. По сравнению с кошивоном, в котором я жил раньше, эта просторная комната с отдельным санузлом казалась дворцом. Похоже, из-за моего внезапного появления здесь убирались в спешке, на что указывал нераспакованный матрас, брошенный на кровать. Я огляделся. С другой стороны стены располагался книжный шкаф, оставшийся совсем нетронутым: деревянные полки были заставлены книгами и манхвами о боевых искусствах, которые обычно читали мужчины.

Проследив за моим взглядом, жена босса пояснила:

— Он сказал мне оставить книги, поскольку они могут тебе пригодиться. Если тебя что-то заинтересует, не стесняйся и читай.

— Это книги босса?

— Нет, мои.

— ... Ах.

— Кстати, здесь нельзя курить.

— Хорошо.

— Можешь читать любые книги, но только не про супружескую неверность.

— ...

— Мой муж сказал, что женщин можно приводить только старше 98 лет, а мужчин нельзя независимо от их возраста.

— ... Понял.

Она перечислила ещё несколько вещей, на которые стоит обратить внимание, и уставилась на меня. Я догадался, что последует дальше, и, опередив её, коротко обозначил:

— Я не изменяю ему.

— Если не хочешь, чтобы тебя зарезали ножом, то это само собой разумеющееся, — с улыбкой произнесла она.

Я не смог заставить себя улыбнуться в ответ.

— Что-то ещё?

— Мой муж действительно любит Джуна.

Об этом каждая собака знает, поэтому нет никакой необходимости в очередном напоминании. Однако, решив, что на то есть причина, я кивнул.

— Иногда мне кажется, что если наш сын и Джун упадут в воду, то он выберет Джуна.

— Ни за что.

— Ну, как бы там ни было, если он действительно так поступит, я закатаю своего мужа заживо в цемент.

— ...

— Я имею в виду, вот как сильно он заботится о Джуне. Ты ведь понимаешь?

— Да.

— И меня беспокоит будущее Джуна. Если с ним что-то произойдёт, мой муж, без всяких сомнений, не оглядываясь побежит за него мстить. Конечно, всё будет в порядке, ведь Джун так компетентен в работе, но у меня дурное предчувствие. Мой муж убеждён: твой уход из компании и переезд в новое место произошли только потому, что Джун намеревался доверить ему тебя, дабы следить за твоей целомудренностью.

— Это...

— Знаю. Звучит немного абсурдно.

Немного?

— Думаю, с Джуном что-то случилось, и из-за этого Чанми был вынужден уйти из «Dream». Все уже знают, что ты его человек. Так что, если у него возникнут проблемы, ты будешь первым, кого вышвырнут. Я права?

— Вроде того.

Её лицо помрачнело.

— Я хочу попросить тебя об одолжении. Пожалуйста, не сообщай ему о ситуации Джуна. Если он узнает, то может попросту разбомбить здание «Dream».

***

Её опасения были несколько преувеличены, но в какой-то степени я мог согласиться. Может, не бомбу, но как минимум пару камней он бы бросил. Такая вот безграничная любовь дяди к своему племяннику.

— Джун, должно быть, счастлив, — проворчал я и лёг на кровать, которая пахла новой мебелью.

Я очень устал. Пережить дневной допрос владельца «Алисы» оказалось тяжелее, чем сниматься всю ночь напролёт. Ни с того ни с сего меня вышвырнули из компании, впредь я могу даже не рассчитывать на нормальную работу, и теперь мне приходится торчать на чердаке с книгами.

Тем не менее в этой ситуации не было ничего такого. Скорее, у меня болела голова из-за нового менеджера, который вёл себя, как моя свекровь. Так почему же я не могу уснуть, если даже не расстроен? Какое-то время у меня не получится делать то, что хочу, моя удобная кровать исчезла, и я разлучен с любимым человеком.

Разве этого недостаточно? Неужели я смогу уснуть только после того, как всё брошу и упаду на самое дно? Жуткий страх окутал меня, словно туман. Я ничего не вижу перед собой, когда один. Есть вещи, которые мне не хочется отпускать, даже несмотря на то, что трудно сделать шаг вперёд. Желание жить сдерживало удушающее чувство вины.

Теперь я в замешательстве. Не лучше ли избавиться от своей жадности? Что, если мне придётся отказаться от Джуна? В темноте вспыхнул маленький огонёк. Яркий свет мобильного телефона был дверью, ведущей наружу из узкой комнаты, отрезанной от остального мира. Это всегда был он. Разговаривал со мной через маленький экран размером с ладонь и вытаскивал из этой темноты.

[Я чертовски голоден.]

Сумасшедший ублюдок. Изнутри вырвались ругательства, но мои губы изогнулись в улыбке. Этот парень сейчас сидит на работе с бесстрастной миной, а сам раздражается из-за того, что хочет есть.

- Закажи себе что-нибудь из еды. -

[Я уже заказал.]

- Как поешь, возвращайся к работе. -

[Не хочу.]

Я рассмеялся. Сотрудники, которые торчат с ним до самой ночи, даже подумать бы не могли, что идеальный директор Ким ненавидит так много работать. Ну, он тоже человек. Мне хотелось утешить его, но перед этим нужно кое-что выяснить.

- Что ты задумал? Почему босс стал моим менеджером? -

[Догадайся. Подсказка в том, что сегодня я чувствую себя дерьмово.]

Что за бред? Какое отношение его настроение относится к тому, что босс стал моим менеджером?

Новое сообщение пришло раньше чем я успел написать все бранные слова, которые хотел.

[Как ты собираешься с этим разбираться?]

А с чего это мне нужно разбираться с его паршивым настроением?

Я снова разозлился, но внезапно кое-что пришло мне в голову. Почему у меня ощущение, что подобное уже происходило раньше? Кажется, когда мы отправились в «Алису», чтобы встретиться с Девятнадцатилеткой... Блять, он узнал про сегодняшнее. Должно быть, босс рассказал ему.

Это несправедливо. Я не мог выразить своё негодование из-за того, что слишком медленно печатал, поэтому сразу нажал на кнопку вызова, дабы быстро высказать ему всё, но из динамика раздавались лишь протяжные гудки. И когда уже собрался повесить трубку, вдруг прозвучал его голос.

[Да, Пак Чимин.]

Услышав своё имя, я внезапно потерял дар речи. Почему он так ласково зовёт меня по имени?

— Ты... Чего так поздно ответил на звонок?

В ответ на мою придирку послышался протяжный вздох, будто сбрасывающий напряжение.

[Любовался твоим именем на экране. Ты редко звонишь мне первым.]

О, правда? А ведь действительно... обычно именно Джун связывался со мной.

— Ты всегда занят. И если я позвоню тебе без повода, ты обязательно разозлишься.

[Я ни за что не разозлюсь, если это будешь ты.]

— ...

[Ты тронут?]

"Тронут"? Я взъерошил волосы. Почему-то мне стало жарко.

— Разве ты не чувствовал себя дерьмово?

[Мне было нечем заняться, но ты позвонил, и я почувствовал себя намного лучше.]

"Было нечем заняться"? Эти слова привлекли моё внимание, но в данный момент меня больше волновало кое-что другое.

— Слушай, я не знаю, что тебе рассказал босс, но этого ребёнка Гебина, или как там его, отругали и выгнали.

[Его зовут Кевин.]

— Сейчас не имеет значение, как его зовут, — я резко сел и стиснул зубы. — Разве босс не говорил об этом? После того, как мы выгнали Гебина, он ещё несколько часов издевался надо мной, будто допрашивал преступника. Чёрт, мне было бы не так обидно, если бы я получил хотя бы тысячу вон от Гебина.

[Его зовут Кевин.] — он снова твёрдо произнёс его имя.

— У меня сегодня чуть кровь из ушей не пошла, думаешь, мне не наплевать, как зовут этого ребёнка?

[Я не хочу, чтобы этот ублюдок получал от тебя прозвище.]

Оторвав телефон от уха, я уставился на экран растерянными глазами и спустя небольшую паузу ответил:

— Ты действительно псих.

Послышался короткий смешок. После этого я снова лёг на кровать и ещё какое-то время слушал сумасшедшие вещи, вылетающие из его рта. Это был бессмысленный разговор, и он длился дольше обычного. Но никто из нас не хотел класть трубку. Даже чувствуя сильную сонливость, я закрыл глаза и продолжал слушать его голос. Мне не хотелось засыпать. Было обидно упускать это время.

***

[Владелец «Алисы» теперь твой менеджер?!]

— Да.

[Какое облегчение. Слава Богу.]

— Какое ещё облегчение? Он же ничего не знает об этом бизнесе. И мне кажется, он здесь только чтобы следить за мной, а не работать моим менеджером.

[Ха-ха, так это ещё лучше! Если бы он оказался лучшим менеджером, чем я, тебя бы у меня забрали!]

— "Забрали"? Я что, вещь?

[Кхм... Ах, а ты слышал какие-нибудь новости о директоре Киме?] — выкрикнул он, поспешно сменив тему.

Я нахмурился.

— Что за новости?

[Говорят, он окончательно решил уйти со своего поста. С завтрашнего дня уже освободит кабинет.]

— Разве это уже не было решено?

[Но ты не слышал, куда направляется директор Ким?]

— Куда он направляется?

[Ходят слухи, что он собирается вернуться в Соединённые Штаты, где раньше работал.]

— ...

[Руководитель Пак и вся команда директора Кима уже улетели в США. Сейчас ходят разговоры, что господин Ким последует за ними. Он тебе не звонил? Никаких намёков на свой отъезд не давал?]

— Нет.

Выслушав ещё несколько беспокойных предположений менеджера Чоя, я повесил трубку и на мгновение уставился на свой телефон. Америка... Возможно, ему действительно будет лучше уехать. Если он останется в Корее, то продолжит творить безумные вещи из мести.

— Что ты делаешь? Разве тебе не нужно готовиться выходить?

Когда голос бывшего менеджера исчез, послышался голос нынешнего. Неужели опять восхождение? Последние несколько дней он заставлял меня подниматься в горы, утверждая, что мне нужно тренировать свой разум и тело.

Я встал, молясь, чтобы это был не Пукхансан*. Однако сегодня лица менеджера и Коди были другими. Нет, их одежда также выглядела иначе. Костюмы идеально выглажены, а туфли блестели, как зеркала.

_____________*Пукхансан — горный хребет, расположенный к северу от Сеула.

— Куда вы собираетесь?

— Как куда? На работу.

— Но в моём расписании ничего нет.

— Ещё как есть.

— И что же?

— Ты должен быть удивлённым. И раз уж я так быстро нашёл тебе работу, прояви немного уважения.

Я действительно едва не удивился, но слово "уважение" отрезвило меня.

— За что на этот раз я должен вас уважать?

— Да, меня нужно ув... А?

— Расскажите, в чём будет заключаться моя работа, чтобы я мог подготовиться заранее.

— О, готовиться не нужно. Просто приди туда, посмейся, поздравь и возвращайся обратно.

— Поздравить?

— Ага. Один мой знакомый открыл магазин в городе. Я сказал, что возьму тебя с собой. Эй, что это за выражение?

— А какое у меня выражение?

— Впечатлённое. Ладно, прекращай. Мне самому неловко, что ты так восхищаешься моими способностями. Пойдём уже.

Я последовал за ним из офиса, спрашивая себя: "Неужели это небесная кара за то, что я не умер?"