Часть I. Глава 5

Джеру было комфортно рядом со своим другом. Он много смеялся, общаясь с Вильгельмом, принимал от него вкусную еду, защищал его во время споров со старшими. Джер молитвы не учил, просто открывал рот и для вида закрывал глаза, сидя с важным видом, но актёр из него был не очень хороший, иногда он попадался на обмане: закрывал глаза и засыпал. Больше всего мальчик любил прогулки, но маленькое пространство мешало как следует набегаться или спокойно полежать на траве без просьбы кого-либо уйти в другое место.

В один летний день он хотел залезть на дерево и посмотреть свысока на город, но упал. Когда ребёнок встал, возле кисти правой руки появилась кровь, белые штаны были грязные, а часть серого платья порвалась - рукава больше не было. Уровень радости понизился. Джер разозлился, а вскоре заплакал.

«Истекая кровью», он пошёл искать Вильгельма, очень хотелось пожаловаться. Поиски не были долгими - мальчик стоял возле двери на кухню и наблюдал за сидящей на ней бабочкой. Маленькое тело словно прилипло к поверхности, раскинув широко синие крылья с чёрными по бокам пятнами. Вильгельм заметил своего друга и отвернулся от бабочки; в тот день он был чист и вполне доволен.

- Пугаешь всех тут в чёрной одежде, как туча, - вредничал Джер в порыве несдерживаемых чувств, - и куда ты пропал после обеда? Я без тебя чуть не это... Это!

И он показал большую ссадину, из-за которой стали труднее заметными вены. Рядом были кровь и грязь. Вильгельм спокойно посмотрел на рану, но никак не мог представить историю её появления.

- Это ты как?

Джер очень старался прекратить плакать, но это получалось слабо, и его голос казался чужим.

- Та-ам очен-нь плохо-ое де-ерево рас-с-стёт, оно спец-ы-ыиально сде-елало тонк-кие ве-етки, чтобы я-а упа-ал.

- Чего?

Вильгельм такому ответу удивился. Он взял друга за раненую часть тела, потом за противоположную руку.

- А-а-а...

- Молчи!

Помотав головой несколько раз, он наконец решил что-то сделать.

- Жди, я приду...

И он помешал бабочке - открыл дверь и зашёл на кухню, оставив Джера в полном одиночестве. На кухне была Виктория. Она сидела за столом и листала какую-то книгу. Видеть Вильгельма она была не рада. Да и тот не сразу на контакт пошёл. Некоторое время он стоял на месте, молча выдерживая её взгляд на себе, но вскоре она отвернулась.

К бочке с водой Вильгельм подошёл, держа в правой руке кружку, что находилась до этого в одном из стоявших рядом сундуков. Ему было всё равно, кто из неё пил ранее, мальчик думал только о своём плане.

Он вернулся и сообщил о необходимом избавлении от грязи возле раны.

Промывая больное место, он успокаивал друга и старался всячески скрыть его плач от других детей. К счастью, никто не подходил к ним. Джера стали называть глупым из-за его общения с, по их мнению, странным человеком.

Одного Джера оставлять было нельзя, поэтому Вильгельм пошёл возвращать кружку вместе с ним. Тот уже понял, насколько его друг пытался скрыть произошедшее и молча, без лишнего шума прошёл с ним. Вильгельм положил кружку в сундук, они тихо вышли на улицу.

- Молодец, - он начал хвалить успокоившегося, счастливого Джера. - что не плакал там. Уверен, они начали бы тебя молитвой лечить. Ты бы потом умер от боли, ибо какой смысл языком молоть во время серьёзной проблемы?

- Не смешно!

- Не кричи, - Вильгельм задумался. - это ещё не всё.

Из порванной части платья друга он сделал длинную, толстую полоску ткани и замотал в два слоя на месте раны. Кое-как завязав узел, мальчик посчитал это надёжным, затем отпустил одну и взял другую руку Джера.

- Как я понял, - Вильгельм показал пальцем на вену. - эти синие линии тоже кровь, но, какая-то важная, не зря же её видно? Значит, лучше не падать сюда. Эти линии я спрятал, чтобы ты их не трогал, и рана быстрее зажила.

В ответ он услышал не благодарность, а смех.

- Стесняется при мне заживать?

- Не знаю, но лучше не думай об этом, вдруг, боль вернётся?

Джер смеялся, словно ничего не случилось. Вильгельм отвернулся и направился в церковь. Но друг решил пойти за ним.

- Ты будто этот... который... лечить который умеет.

Вильгельм встал на месте. Его удивили такие слова. Он посмотрел на Джера, словно на психически больного.

- Лекарь?

- Да! Прямо он.

- Лекарь Вильгельм, - теперь уже посмеялся он, только очень тихо, с закрытыми глазами. Но вскоре мальчик ненадолго задумался. С одной стороны, звучало красиво, особенно если фамилию добавить, но с другой - неясно, понравилось или нет, чувства были смешанные. - Неважно. Пошли.

- Так ещё рано мучитьс... молиться, - Джер хитро улыбнулся. Вильгельму это не понравилось. Он почувствовал прикосновение, а после этого Джер побежал. - догоняй меня!

Первое время было недоумение, но вскоре мальчик тоже включился в игру. Джер, несмотря на юный возраст и маленькое тело, бежал очень быстро. Лишь в самом конце игры он почувствовал усталость. Мальчики поочерёдно догоняли друг друга, смеялись, врезались в забор несколько раз. В целом, они повеселились. Вильгельм признался, что это была его первая игра и та очень понравилась. Он казался самым счастливым ребёнком в церкви.

Во время молитвы к нему вернулись прежние черты характера.

Перед сном Джер обнял друга, потом лег на кровать. Вильгельм удобно лег на спину, укрылся до груди и положил на руки живот. Как вдруг Джер вскочил с кровати и наклонился к его уху.

- Бежать отсюда надо, места мало, неудобно играть... и жить плохо.

Эту речь было практически не слышно, но Вильгельм понял каждое слово. Он вскочил и повернулся к другу. Тот уже засыпал. По спине прошла дрожь. Гробовая тишина наводила ужас. Стало страшно, но оставлять всё так было нельзя. Из чужих уст прозвучали собственные мысли.