24 глава

– Ммм...– Мне звонила Рита, я беспокоюсь. Здесь мое сердце подскочило и забилось как бешеное, а щеки загорелись куда сильней.Момент истины.Сейчас мы все и узнаем.Интересно, он соврёт или скажет правду?Хотя ответ очевиден, конечно, он не признается, но его ответ все равно интересен. Почему, пока не понимаю. – И? Что с этого? Что она тебе наплела, раз ты отказываешься трахаться? Что... Они собрались сделать это прямо в коридоре?Вот уж не ожидала.И это я наплела? Хватает же ему совести такое говорить! – Что?! Она сказала, что ты к ней подкатываешь. Рязанов, это правда...? – подруга задаёт вопрос, громко усилив тембр голоса, а я перестаю дышать, закусываю до боли губы. Но слышу звук расстёгивающейся ширинки. В этот момент думаю, чем бы заткнуть уши, но тело словно онемело, а в горле пересохло. – Нравится? Я знаю, что да... Тук. Тук. Тук.Кровь стучит по вискам, а голова начинает кружиться, мне нужно присесть, иначе я просто свалюсь.Ненавижу свой организм и такую восприимчивость стресса, чуть что так сразу сознание терять. Судя по издаваемым звукам, несложно было догадаться, чем они там занимаются. А когда из прихожей раздаётся громкий шлёпок и не менее звонкий стон, то я все же оседаю на пол.Мамочки. Зачем я пришла... Они занимаются сексом прямо сейчас, судя по всему, очень страстным, как во всех известных фильмах.Пока я, как дура, нахожусь на кухне, а моя подруга об этом знает.Делает это назло мне, я уверена.Зря, зря я согласилась. И куда деваться? Как мне уйти?Как выкинуть из головы эти пошлые стоны и шлепки плоть о плоть, что теперь ещё долго будут стоять в ушах.Как вычеркнуть яркий образ, что нарисовался перед глазами и встал неподвижно.Но как оказалось, это не самое неприятное, что могло произойти.Когда он начал говорить обо мне, задыхаясь в порыве страсти, тогда я поняла, что этот человек навечно останется для меня тем ещё мудаком. – Нет, не правда. Малыш, ты вообще ее видела? Она же стремная, просто серая, невзрачная моль по сравнению с тобой. Одни ее бабушкины вещи чего стоят, да мне рядом с ней противно находиться, – говорит он не слишком четко, но я понимаю каждое слово, что хлыстом бьет по ноющему сердцу, пока их тела бьются друг о друга, вбираю их в себя. – Я бы никогда не обратил на неё внимания, если бы не твоё предложение.– Не верю тебе... Я же сказала, что перепила в тот день. Ты мне что-то недоговариваешь, и, если... – непонятное мычание. – О, Филипп!Раздаётся истошный стон, что разносится по всей квартире, такой громкий, что уши закладывает.Или же это у меня в голове такой звон...Не знаю, но последнее все же могу услышать. – Свет. Она ничего не значит, будь спокойна...Вот так просто.Я стала жертвой игр Филиппа Рязанова, а теперь он просто заверил свою девушку в том, что я никто, что на такую, как я, даже смотреть противно.А она не вступилась, только радостно завизжала, настолько громогласно, что не понимаю, почему стены ещё не задрожали.Дальше слушать не хочу, закрываю уши и глаза, считаю в голове.Не думать, главное не думать.Я услышала достаточно, того, что не следовало знать. То, что я ещё долго не забуду.Значит так парни видят меня со стороны. Это оказалось достаточно обидно.Тогда почему же он пристал?!Почему распускал руки и так жадно смотрел? Почему? Я не понимаю, ничего не понимаю.Меня втянули в эту грязь. Я не виновата.Опускаю руки, понимаю, что все закончилось, они разговаривают и шутят.Судя по диалогу, Филипп собирается уходить.Мне бы стоило дождаться, как он выйдет за дверь. Но я с быстро колотящимся сердцем и выжженным в прах самолюбием поднимаю свой рюкзак и выхожу из кухни.Они даже не раздевались, чему я искренне благодарна. Света замечает меня первой и хитро улыбается, проводя рукой по груди парня, что застегивал ширинку и, чмокнув ее в лоб, повернулся в мою сторону.– Какого ху...– Извини, Свет, что ввела тебя в заблуждение, – сказала громко, обращаясь к подруге, но не сводя взгляда с Филиппа.Выражение его лица стоило того, чтобы появиться так внезапно и спутать все карты.В его взгляде было много всего: удивление, страх, непонимание, он явно шокирован, даже рот приоткрыл.Мне хотелось дать подлецу пощёчину за все то, что он произнёс.Кажется, он видит это на моем решительным лице, поэтому продолжает молча смотреть растерянным взглядом.‍  ‌ ‌     ‌ ‌ ‌     ‌   ‌ ‌   ‌       ‌   ‌ ‌ ‌   ‌ ‌       ‌ ‌     ‌ ‌   ‌   ‌       ‌   ‌ ‌‍Вот сейчас я более чем уверена, что теперь он ко мне не подойдет. И пока он не одумался, решаю не устраивать сцен и, собрав остатки гордости, просто уйти...