Глава 16

Затем вся вновь прибевшая семья стала разгружать вещи, а я уже больше постеснялась смотреть в его сторону. Я выросла. Я стала понимать, что нельзя было так открыто и явно показывать свою симпатию молодому человеку, поэтому я старательно отворачивалась, но, клянусь, мое сердце рвало на части, как сильно я хотела посмотреть на него. Дотронуть до него.

-О, Лита, - моя мама выглянула в окно и помахала рукой матери Сэма. - Давно вас тут не было видно. Надолго в этот раз?

-На месяц, джана, - ответила Лита Мусаевна, между делом продолжая давать указы своим детям, как и что выносить из машины.

Тот момент был словно вновь я десятилетняя девчонка, а он тот же пятнадцатилетний мальчик, приехавший на лето погостить, только вот все изменилось, и мне было так страшно, безумно просто страшно, что он уже и не помнил всех своих обещаний.

Я увела Марию в сторону и стала залпом рассказывать ей историю пятилетней давности, а она весело и звонко смеялась, уверяя меня, что это все было детсткой влюбленностью.

-Ляали, не обижай на то, что я тебе скажу, - сказала мне Мария тогда. - Я - твоя подруга и должна говорить только правду, но посмотри на себя и на него. Он - столичный парень, он - красивый, ты слышала, как вкусно пахнем от него!? А ты? Ты - всего лишь Ляля, которая даже брови не выщипывает и не красится, ты одеваешься в эти длинные плотные мамины юбки, в то время, как все остальные ходят уже в современной одежде... Очнись, Лялька!

Я снова посмотрела на Сэма, который был так увлечен беседой с кем-то из наших соседей, что даже не смотрел в мою сторону, и вздохнула: Мария права - такие, как я, никогда не подойдут таким, как Сэм.

После этого жизнь в городке резко изменилась. Точнее, она была такой же, но для меня все перевернулось. Я стала замечать, что никто из мальчишек не считает меня привлекательной (папа же не считается, да?) - я никогда не наряжалась, я любила одевать излюбленные вильветовые юбки в пол зимой и хлопковые летом, я не красилась, не выщипавала бровей, а волосы исправно заплетала в толстую и длинную косу, в то время, как другие мои ровесницы расцветали на глазах - откровенные вырезы, шокирующая длина мини-юбок, начесы на голове, накладные ресницы... всего и не упомнишь.

Я исправно ходила в школу, а после школы обязательно садилась с книгой в сад, в котором когда-то Сэм вырвал сорняки, и молилась, чтобы мимо меня хотя бы один раз прошел он.

Однажды после школы Мария, знавшая, что я торчу в саду в ожидании Самира, потащила меня на футбольное поле, чтобы хоть как-то скрасить мою тоску. Я до сих пор помню, что как только мы пришли туда, то сразу же я увидела Самира, игравшего в футбол с другими ребятами.

-Мария, смотри! - я ткнула в бок подругу, и та кивнула:

-Он - красавчик, да?

Мы сели на скамейки, которыми было окружено поле, и стали смотреть на игру. Самир был нападающим, он ловко и умело справлялся с мячом, уводил его у соперников, а потом смело забивал голы один за другим. Каждый раз я вскакивала и радовалась, как маленькая, а он даже не замечал, что я так отчаянно болею за него.