Глава 20

Он вернулся, как всегда, без предупреждения.Дазай появился в дверях, будто не было месяцев боли, кровавых побегов, уничтоженных баз.

— Привет, — сказал он.

Чуя медленно выдохнул.— Ты опоздал на семь недель.

— Я знаю.

Молчание. Между ними — стены, годы, команды, ложь.И кое-что большее.

—

Они были осторожны. Вечно.

Дазай шептал за углом. Чуя злился в ответ.Их ссоры казались обычными — только внимательные замечали, как его голос менялся, когда речь шла о Дазае.

Юки подозревала. Эмма точно знала. Но никто не говорил.

Потому что это был их хрупкий угол. Их комната, запертая от всего мира.

—

— Ты снова исчез, — сказал Чуя, медленно зажигая сигарету.

— Это было нужно.

— Это ты так оправдываешь каждый свой побег?

— Это я так выживаю.

Чуя смотрел сквозь дым. В его взгляде — злость, боль, невыносимая тоска.

— Я устал от твоего выживания. Я хотел, чтобы ты остался.

— Я тоже хотел. Но не смог.

— Тогда зачем вернулся?

Пауза. Потом:

— Потому что ты всё ещё держишь меня здесь, — и Дазай коснулся своей груди, — и это не отпускает.

—

Они сидели на балконе. Внизу светились окна. Вверху — только звёзды.

— Я не знаю, что с нами, — прошептал Чуя.

— Это больше, чем слова. Но меньше, чем покой, — отозвался Дазай.— И всё равно я возвращаюсь к тебе.

— Потому что любишь?

— Потому что не могу не любить.

Тогда Чуя наклонился, взял его за ворот, потянул ближе.

— Тогда не исчезай. Ни сейчас, ни потом.

И в этот момент, под тенью ночи, они были честны — впервые за долгое время.

—

— Ты всегда играл в свои игры, — сказал Чуя. — Даже со мной.

— Я больше не играю.

— Тогда докажи. Не словами.

И Дазай остался. Впервые — не как шпион, не как стратег. Просто как человек.

Он мыл чашки на кухне. Зашивал куртку Чуи.Он сидел рядом, когда тому снились кошмары. Молча.

—

Чуя проснулся, солнце било в окно.Дазай лежал рядом, с открытыми глазами. Не двигался. Просто смотрел.

— Что?

— Думаю, как это возможно — быть рядом с тобой и всё ещё бояться.

— Бояться меня?

— Потерять тебя.

Тогда Чуя взял его за руку.Просто. Молча.

— Не делай это снова, Дазай. Не уходи.

— Я не могу обещать. Но я попытаюсь. Ради тебя.

—

Они не стали другими. Они не стали лучше.

Но они остались.

И это значило больше, чем любые слова.

Теперь, когда тишина между ними — это не страх, а покой,и когда взгляд — не проверка, а доверие,они, наконец, позволили себе не прятаться.

Пусть даже только друг от друга.

---