Глава 41

Микаэлла — Синьора Де Кассас — чья-то рука дотрагивается до моего плеча и я резко открываю глаза. Осознание того что я в клинике приходит меньше чем за три секунды. Я быстро выпрямляюсь на кресле, где видимо вчера заснула. — Да, что-то с Массимо или с Ракель? — в груди сеется тревога и мои глаза расширяются от страха. — Нет, нет с ними все хорошо, мы даже перевели синьора Де Касаса в палату и вы можете его увидеть. Я наконец вздыхаю полной грудью, словно сдерживала дыхание со вчерашнего дня. Я прикрываю глаза и широко улыбаюсь. — Спасибо доктор — смотрю я на него и чувствую непролитые слезы, но отгоняю их — Я уже сейчас могу его увидеть? — Да, только не заставляйте его нервничать — Ох, конечно. Он кивает мне и уходит. Я вбегаю в ванную чтобы привести себя в порядок и направляюсь в палату Массимо. Сердце громко стучит в груди от превышения того что я его увижу. Как только я вхожу в палату с широкой улыбкой на губах, она тут же исчезает. Я вижу Массимо пытавшегося выдернуть провода от капельницы, что ему поставили. Тут же бросаюсь к нему чтобы остановить. — Массимо что ты творишь?! Тебе нельзя выдергивать провода, тебе только вчера сделали операцию. Прекрати! — смотрю я на него возмутимым взглядом, и он замирает. Его красивое мужественное лицо хмурится и в глазах невозможно что-либо прочитать. Я не знаю сколько это продолжается, но мы смотрим друг на друга словно вечность. — Массимо — тихо говорю я, моя дрожащая рука тянется к его, я хочу прикоснуться к немы, почувствовать его тепло. — Как ты себя чувствуешь? Он наклоняет голову на бок все еще хмурясь. — Кто вы? — произносит он и весь мир замирает для меня. Просто останавливается. Я думаю, что я ослышалась, но этого невозможно, тут тихо и я предельно ясно все расслышала. Он сказал кто я...он не помнит меня...он...забыл...Глаза щиплет от слез, когда я понимаю что он не помнит меня... Все же одинокая слеза катится по щеке, но я улыбаюсь. — Я твоя жена — глажу я его по щеке, его щетина стала больше, но мне нравится. — Жена... — повторяет он словно пробуя слово на вкус — Но моя жена обещала мне другие слова как только я открою глаза — говорит он и широко улыбается. Теперь настало время хмуриться мне. — Ты...ты помнишь меня? — я начинаю улыбаться как идиотка Он манит меня двумя пяльцами, веля приблизиться и я делаю это. — Я бы никогда не смог забыть тебя, даже после смерти, а теперь скажи мне то что ты хотела сказать — его дыхание касается моей щеки, когда он шепчет мне эти слова.

—Так ты все слышал?

—Микаэлла, скажи мне — рычит он — Я люблю тебя Массимо, чертовски сильно люблю. — говорю я эти слова смотря ему в глаза — Повтори — командует он — Люблю — Еще — Сильно, сильно люблю тебя — Еще — его губы вновь расплываются в улыбке — Я люблю тебя, и не устану повторять этого. — Я люблю тебя — говорит он эти слова и мое сердце падает, я даже не могла представить как нуждалась в них, словно наркоман — Я должен был сказать это первым, но когда вчера ты произнесла их, я слышал все и я чувствовал твои прикосновения, тот поцелуй, но не мог пошевелиться. Я кричал, звал тебя, но ты меня не слышала, меня словно прикрепили кандалами к земле и отняли голос. — он делает паузу, но я чувствую, что продолжаю плакать. Я чувствую его и мне больно, но несмотря на это я хочу ее забрать, я хочу его боль. — Я испугался, что никогда не смогу сказать тебе этих слов. Я люблю тебя, Микаэлла, так сильно люблю что эта любовь давно причиняет мне боль. Я хочу прокричать ее на весь мир, чтобы все знали что ты моя. — Я твоя, я давно твоя, с тех самых пор как коснулась твоей груди еще тогда у нас в саду. Теперь я понимаю, почему покой не оставлял меня с того дня. Я прижимаюсь своими губами к его губам и наконец чувствую себя как дома. Лишь с его поцелуями и объятиями, с ним... — Кхм... — раздается голос позади меня и я быстро отстраняюсь от Массимо — Как вы себя участвуете синьор Де Касас? — Секунду назад я чувствовал себя прекрасно — хамит то ли шутит он я не могу понять, но бью его по плечу. — Хмм шутите? Это хорошо...вы что хотели выдернуть провода от капельниц? — расширяет он свои глаза. — Я хочу домой, я прекрасно чувствую себя. — Неужели? Вы в курсе что вы вчера перенесли тяжелую операцию и чуть не погибли от потери крови? Я ахаю и прижимаю руку к губам, я не знала об этом, мне даже не сказали. Боже он мог...нет нет нет я даже не хочу думать об этом. — Я скажу вам что будет если вы уйдете сейчас, есть вероятность что швы разойдутся, на рану попадет инфекция, она начнет гноиться и нужно будет вновь хирургическое вмешательство. И ваше состояние при этом значительно ухудшится. — Нет! Не слушайте его, он никуда не собирается. Я позабочусь об этом — быстро говорю я. — Я доверяю вам синьора Де Касас, сообщу медсестрам чтобы они вновь поставили капельницу — сказав он уходит. Я со злобой смотрю на Массимо, даже его очарование не повлияет на меня — Ты слышал его. Мы остаемся, и как только он разрешит, ты выпишешься! Тебе это понятно? По его губам расползается сексуальная ухмылка, которая заставляет мои бедра сжиматься. — Мне нравится когда ты такая властная. — Да? Я могу всегда быть такой. Рука Массимо взлетает и гладит меня по щеке. — Как Ракель? — говорит он очень тихо и я чувствую что он обвиняет себя, пряча свой взгляд от меня — Она ненавидит меня... — Нет, конечно нет! Она в порядке, просто напугала, но в порядке — я сама тоже надеюсь на это, потому что даже я не знаю что произошло там. — Хорошо...как ее голос? Она говорила... — Да, врач говорит что фактор страха и стресса может быть показателем этого. И возможно именно поэтому она еще тогда потеряла голоc и это дало толчок сейчас. — Прости меня Микаэлла — в глазах Массими столько боли — Я не знаю как... — Эй — беру я его за щеки и сталкиваю наши лбы — Ты ни в чем не виноват, ты отправился в одиночку за ней, ты... — И облажался — прерывает он меня — Не говори этого! Ты не моргнул и глазом, ты слепо даже против протестов Симона отправился в пасть к дракону чтобы спасти ее и сделал это. Мне очень жаль за твою утрату... — Не смей — Массимо напрягается — Мне не жаль, ни секунды что я убил этого подонка. — Шшш хорошо детка, тогда и мне не жаль. Ты сделал все возможное и большее. И я люблю тебя. — Что интересно я сделал такого в свой жизни хорошего что судьба нас свела? — шепчет он в мои губы и я нежно целую их, это мимолетное касание. — Видимо много хорошего — улыбаюсь я ему, целую в последний раз и отстраняюсь. Именно в этот момент в палату заходит медсестра. На ее лице заметен страх, хоть она и пытается его скрыть. — Доброе утро, если вы позволите я поставлю вам капельницу — говорит она тихо — Он позволит. Как только Массимо ставят новую капельницу, он вновь засыпает видимо это препараты так действуют на него. Я тихо открываю палату Ракель и вижу что она спит. Когда я приближаюсь к ней, то замечаю как она нахмурила брови, ее дыхание прерывисто и она вся напряжена, она так сильно сжала челюсть, мне показалось что ей даже больно. — Ракель, проснись милая! Это всего лишь кошмар — трясу я ее. Но она издает непонятные звуки и мычит, с ее глаз начинают стекать слезы — П-пожалуйста... не...надо — тихо говорит она...ммм....я не хочу... — Ракель проснись! — трясу я ее сильнее — Проснись! Ее глаза резко открываются, зрачки не двигаются, а смотрят в потолок. Ее взгляд такой пустой и холодный, что я начинают бояться. — Милая, посмотри на меня, Ракель. Как только ее взгляд падает на меня, она начинает рыдать, а я вместе с ней. — Шшш прошло — сажусь я рядом на кровать рядом с ней и пытаюсь ее успокоить — Как долго этот кошмар будет мне сниться и преследовать?... — ее голос сиплый и хриплый — Скоро все пройдет обещаю. Ты больше не вспомнишь про этот ужас. — я обнимаю ее, но моя грудь сжимается от боли и неизвестности, которую она скрывает. Я не допустила чтобы ее осмотрел гинеколог, возможно в этом то и была моя ошибка. Но сейчас я боюсь что мы можем упустить что-то важное и неисправимое. — Милая, пожалуйста посмотри на меня и скажи — я вздыхаю, это не то что я бы хотела спросить у нее, но я должна — Дон Джулиана или кто-либо сделал тебе больно? — мои легкие разрываются от боли, потому что я не могу дышать пока не услышу ее ответ. — Ракель... — я не смотрю на нее, а просто обнимаю, может она стыдится, но ей не зачем, это тому, кто причинил ей боль должно быть стыдно — Пожалуйста...поделись со мной своей болью, отдай часть. Я помогу тебе милая. — Я...не помню, было темно и моя голова кружилась и...меня тошнило, какая-то тень нависла надо мной и... — И? — я шмыгаю носом — Боль...резкая боль в низу живота словно меня резали...

Я сильно жмурюсь и весь мир рушится как карточный домик.

Мне так стыдно пожалуйста не говори Массимо и Стелле, прошу, я не смогу жить с этим стыдом...

Говорит она на языке жестов. Я смотрю в ее глаза, они заплаканные и в них боль, уверена в моих тоже. — Пожалуйста, пообещай мне — ее пальцы впиваются в мои плечи. — Хорошо... — говорю я рыдая — Прости меня малышка, я должна была защитить тебяТы ни в чем не виновата — Виновата... — я смахиваю слезы — Малышка, мы должны тебя обследовать — Нет! — ее глаза расширяются — Послушай Ракель, об этом никто не узнает, клянусь. Мы не в Равенне, никто не узнает, даже Массимо. Он после операции. Он спрашивал о тебе, я сказала, что с тобой все хорошо. Он винит себя в произошедшем. Спустя бесчисленные мольбы, я уговорила Ракель на обследование, я была рядом, прямо рядом с ней, сжимала ее руку и гладила по волосам, пока врач ее обследовал. И после анализов, которые нам предоставили мы узнали что у нее нет никаких венерических заболеваний передающимся половым путем. Это была вторая лучшая новость, после того как мы прибыли в больницу. — Я люблю тебя — шепчу я ей в волосы, поглаживая их — И ты всегда можешь довериться мне, я всегда поддержу и помогу милая. — И я люблю тебя, очень сильно. Я улыбаюсь ее словам, мне хочется спросить ее помнит ли она что тогда спровоцировало ее на потерю голоса, но понимаю что у нас еще будет на это время, я не хочу давить. Мне достаточно того что она рядом, в целости и сохранности...

Три дня спустя... — Добро пожаловать домой босс — говорит Симон, как только мы выходим из машины. Спустя три дня Массимо рвал и метал что больше и дня не пробудет тут и врач позволил нам покинуть клинику, сказав что его рана заживает хорошо и нет никаких проблем со здоровьем. Как только Массимо слышит эти слова он сжимает мою руку, я позволяю ему. Его утрата еще слишком свежая, хоть он и это отрицает. Я сжимаю его руку в ответ чтобы дать ему понять что я рядом, всегда...Это странно, когда один единственный человек способен поменять всю вашу жизнь, мечты, то к чему вы стремились. Подарив взамен любовь, доверие, надежность, семью и дом... Все это олицетворяет для меня Массимо, и я уверена что я значу для него то же самое, если не больше... — Да...спасибо... — Ракель! — Стелла бросается к нам и обнимает сестру — Боже, я так боялась за тебя, прости меня, я не должна была оставлять тебя одну. —Ты бы ничего не смогла сделать — говорит Ракель и я чувствую как Стелла замирает, она медленно отстраняется и смотрит на Ракель, словно не веря что она заговорила. — Ты...говоришь...но как? Мы все начинаем плакать, я уже не помню сколько слез проронила за эти дни, но знаю одно, после этого все будет хорошо...все должно быть хорошо... Проводив Ракель в ее комнату, так как я хотела бы чтобы сестры остались здесь и сегодня я поговорю с Массимо по этому поводу. В нашей спальне его не было, по дороге в кабинет, я заметила что та самая комната где картина его мамы открыта. Заглянув внутрь, нахожу Массимо перед портретом. — Эй, ты как? — обнимаю его со спины — Я не знаю, я нал что после его смерти я займу его место, но теперь мне противно, от того что я его сын и буду продолжать его дело. — Посмотри на меня — разворачиваю я его к себе лицом — Ты будешь лучшим боссом, которого когда-либо видела Равенна. Ты будешь справедливым, а также безжалостным, требовательным, а тек же терпеливым, ты будешь тем, кого уважают и боятся одновременно. Ты не будешь как твой отец, ты будешь лучше, ты так же будешь лучшим отцом когда придет время — его взгляд смягчается и падает на мой живот, — Ты... — Нет — засмущалась я почему-то — Я просто сказала это потому что знаю когда придет время ты будешь самым лучшим. — Я люблю тебя, ты ведь знаешь. Мне ненавистна мысль что ты хотела сбежать... — Я... — Нет, дай мне докончить... Я хочу чтобы ты честно сказала мне чего ты хочешь, потому что чтобы то ни было, я сделаю это, я сделаю все что бы ты была счастлива и если это что-то в Лондоне, я... Я не позволяю ему докончить фразу и затыкаю его поцелуем. Я прижимаюсь к его губам так чтобы показать как я ничто без него и мое место и мой дом только рядом с ним... — Тебя — говорю я сквозь поцелуй — Только тебя — вновь целую я его — Ты все что мне нужно и мое место рядом с тобой. — Я никогда никуда больше не о пущу тебя после этих слов Микаэлла, ты ведь знаешь? — Знаю, именно этого я и хочу. Быть рядом с тобой, на веки...

— Так и будет — целует он меня в ответ

— Я хотела кое о чем попросить тебя

— Все что хочешь.

— Я хочу, чтобы мои сестры остались с нами тут, но если ты...

— Микаэлла — он вновь обрывает меня — Это их дом тоже, я бы никогда не позволил им уехать после того что произошло. Теперь это и их дом. Если даже Ракель будет сложно адаптироваться тут мы переедим.

Мои глаза наполняются слезами после его слез, как может мужчина так глубоко чувствовать, быть таким чутким? В этот весь Массимо, показывает всем окружающим свою безжалостную сторону, в то время как его мягкая сторона только для семьи.

— Не хочу больше видеть твоих слез — смахивает он их

— Массимо нам надо...ой извините, но нам действительно надо поговорить Масиимо — говорит Симон около двери — И это черт возьми не может подождать? Тот качает головой. — Я черт возьми босс и говорю чтобы это не было, это не важнее моей жены. Я улыбаюсь его словам, Массимо с первого дня ставил меня превыше всего, я для него всегда была в приоритете. — Босс... — Ты можешь идти Симон. — Думаю тебе нужно пойти и поговорить с Симоном. Ты теперь главный. А я буду ждать тебя — я прикусываю мочку его уха и слышу сдавленное рычание — У нас в кровати — еще один поцелуй в острую скулу — Голой — отстраняюсь я и ухмыляюсь ему проходя мимо Симона. — Микаэлла, черт!

________________________

Тааак Массимо в копилочку лучших мужиков.